Надежда Скай – Бывшие. Хочу всё исправить (страница 6)

И вот, когда у меня всё стало прекрасно, когда я чётко знаю, какая у меня будет хорошая дальнейшая жизнь, появляется, как ясно солнышко, эффектно, кстати, бывший муж! Немного повела плечом, чтобы прогнать образ наглой улыбки Назара и его тепло, когда стоял почти вплотную. Ухо до сих пор горело от его языка, а его голос настойчиво продолжал повторять в моей голове: «Не факт, жена». Жена? Опоздал с таким заявлением на шесть лет, Назар! Я тебе не ЖЕНА, если только бывшая. Смирись.

Боря расплатился с таксистом и потянул в подъезд, приступая к тому, что ещё должно было начаться раньше. Горячие и требовательные поцелуи обрушились уже в лифте. Прижав меня к стенке кабинки, он напористо лез под платье, вовсю гуляя губами по шее, ключицам и мог бы ниже, но вырез не позволял добраться до груди. В сексе у нас с Борей было полное совпадение. Мы оба знали, как хотим и чего хотим от партнёра, поэтому оргазм я получала каждый раз. Вот и в эту ночь хотела получить максимальное удовольствие, но… Но чёртов Никольский! Он мне все планы смешал и разрушил. Эмоционально я была выжата, и сил не осталось буквально ни на что. Мне бы остаться одной, обдумать ситуацию, выдохнуть…

В свою большую квартиру Боря, как истинный джентльмен, пропустил меня первой. Разулась и встала, испытывая неловкость, как в первый наш раз. Включив подсветку в гостиной, Боря прошёл к бару. С чего это продолжение? Вот совсем не хочется пьяного секса и пьяного Борю рядом.

– Ян, выпьешь со мной?

– Нет, и тебе не желаю.

– Почему? Вечер прошёл превосходно… – как-то сквозь сжатые зубы выдал мой жених.

Я нахмурилась, присаживаясь на диван. Что-то мне уже очень хочется домой.

– Борь, что не так? Я впервые вижу тебя в таком состоянии, – рукой показала на стоящий рядком крепкий алкоголь.

– Нормально всё…

– Но я же вижу, что…

Фёдоров резко развернулся и впился гневным взглядом. А потом встал напротив, делая большой глоток. Я вжалась в мягкую спинку дивана, не понимая внезапной перемены настроения. Ведь ещё буквально несколько минут назад Боря готов был заняться со мной сексом в лифте, его возбуждение упиралось мне в бедро. А сейчас волком смотрит.

– Ты знакома с ним?

– С кем?

– Никольский, – снова большой глоток, а у меня брови вверх ползут.

Мы же с Назаром вроде убедительно играли роли новых знакомых, будто видим друг друга в первый раз. Где прокололись? И сейчас у меня есть выбор: рассказать Боре правду или продолжать врать. Ни то и ни другое меня не устраивает, а Фёдоров буравит меня взглядом, ждёт ответа.

– Ты пьян.

– Не так сильно, как могу. Ты не ответила.

– Ты сам нас представил, забыл?

Боря криво улыбнулся, кивая. Снова подошёл к бару и плеснул ещё порцию крепкого янтарного. Я же смотрела на его спину и отчего-то жалела Борю. Ведь расскажу ему всё, не сегодня, на трезвую голову. И ясно понимаю, что может не понять, обидеться или хуже. Но в любом случае он должен знать.

– Он так смотрел на тебя… Будто ты не моя женщина, а его. Я дико заревновал.

– Борь… Я твоя женщина. И мне неприятна твоя ревность.

Боря присел рядом и взял за руку. Поцеловал ладонь, а потом усмехнулся.

– Я ведь правда тебя сильно люблю. И чёрт возьми! Его сальные взгляды не мог не заметить… Поэтому спросил, – он прижал мою ладонь к своей щеке, закрывая глаза. – Прости меня…

– Не надо так больше.

– Угу. Постараюсь. Ты у меня безумная красавица, и сложно не ревновать.

– Борь… Я устала и… Я поеду домой.

– Но… – Фёдоров свёл брови, а потом кивнул. – Хорошо. Я вызову тебе такси.

– Спасибо.

– Но завтра мы с тобой обязательно пообедаем и, может…

– Завтра решим, – поцеловала его в щёку, вставая, пока Боря не передумал.

В такси я хотела обдумать этот вечер, занять себя полезным анализом, чтобы дома уже быть максимально спокойной и без круговорота мыслей в голове быстро заснуть. Но, как назло, таксист попался разговорчивый, то и дело отвлекая. В итоге я так и не смогла уйти в себя. Над дверью в подъезд перегорела лампочка, пока достала телефон, подсветила себе, чтобы приставить магнитный ключ, не заметила, как рядом встала мужская фигура.

– Поговорим?

Вздрогнув, чуть не отпустила ручку двери, когда уже почти вошла. Назар с наглой улыбкой смотрел на меня, наслаждаясь моему неприятному удивлению.

– Принесла нелёгкая…

– Нелёгкий, – он прошёл за мной и остановился рядом. – Идёшь?

Глава 5

Назар

Я сидел в машине и ждал. Уже неделю я проводил своё время в ожидании под забором детского сада, вместо того чтобы ехать и решать другие важные вопросы. Но это было на хренноллиард важнее. Водителя, как всегда, отпустил, чему тот и был рад, уже, видимо, привыкнув к моим таким загонам. Нервно барабаня пальцами по рулю, неотрывно смотрел на хорошие железные ворота, периодически скидывая звонки мобильного. Не хочу отрываться от жизненно важного дела, не хочу пропустить.

Да, я чётко знал нужное время, но приезжал раньше, чтобы, не дай бог, не пропустить, не профукать вспышку. И пока ни разу не профукал… Осталось немного – и я получу, что безумно хочу. Опираясь на руль подбородком, краем уха улавливаю лёгкую музыку из динамиков, постукиваю в такт.

В Краснодар я окончательно вернулся два месяца назад. До этого последние полгода был частыми наездами. Сначала контролировал процесс смерти ненавистного деда, а потом долго и муторно вступал в права наследования. И вот я, тридцатидвухлетний малыш, наконец-то свободен от конченого старого мудака. Теперь я владелец огромного аграрного холдинга и имею глобальные планы в сфере строительства в своём любимом регионе, в своей любимой стране. Я наконец-то вернулся туда, куда с дикой болью рвалась душа, а сердце постоянно ныло о своей половинке, о той, которую я так дерьмово растоптал и бросил. И, сука, понадобилось так много времени!

Я снова разозлился на свои мысли, стукнув ладонью по рулю. Тот громко просигналил, а мимо проходящие мамаши со своими чадами подпрыгнули и стали меня ругать, вернее того, кто их напугал. Машина тонирована в полную задницу, меня совершенно не видно, поэтому не видел смысла как-то извиняться, да и не хотел.

За мной припарковался новенький люксовый внедорожник. Я ненадолго отвлёкся на его созерцание и чуть не просрал вспышку. Моя Малинка вместе с Сашкой – какой уже у меня большой сын! – вышли из ворот садика и подошли к этой самой новой тачке. Я, не отрываясь, сжав зубы, смотрел, как Фёдоров целует ту, которая до сих пор царит в моём сердце, и жмёт руку моему сыну. Он явно переигрывает, а я с ума схожу от ревности все эти долбаные полгода. Стоит только подумать, что этот мужик всё это время целовал, ласкал и делал своей мою Яну… Бля! Чёрная пелена перед глазами. И как бы меня ни выкручивало, а сделать пока ничего не могу. Меня нет в жизни Яны. Пока…

– Ты правильный выбор сделал, сынок.

Я стоял напротив его стола, проклинал его всей душой, жалея, что нельзя убить взглядом. Хотя для него это будет самая лёгкая смерть. А я сейчас безумно хотел, чтобы этот старый мудак мучился, харкал кровью и молил меня о пощаде. Но вместо этого мой дед Никольский Степан Васильевич бодро встал с кресла, прошёл по кабинету к мини-бару, плеснул в два бокала по порции выдержанного вискаря и передал один мне.

– За новую жизнь. За нового Никольского.

– Пошёл на хрен, – оттолкнул его руку с бокалом и сел в кресло, скрестив руки на груди.

Моя жизнь разрушена до руин. Моими же руками с его подачи, а он тосты гласит. Ненавижу.

– Не злись, Назар. Ты всё правильно сделал. Теперь они будут жить хорошо и… в безопасности, – на последнем дед ухмыльнулся, зная мою болевую точку.

– Я очень на это надеюсь, иначе… Я всё сделаю для того, чтобы от твоего бизнеса, тебя и твоей фамилии ничего не осталось. Даже грёбаной памяти, – нагнулся и опёрся локтями на свои ноги, пронзая ненавистью последнего члена своей семьи.

– Успокойся, Назар. Мы пришли к соглашению… даже письменно. Поэтому можешь расслабиться и спать спокойно.

– У тебя, блять, есть правнук! И ты, не моргнув глазом, выкидываешь его из своей жизни!

От моего гневного крика не было никакого толка. Дед даже бровью не повёл. Снова опустился в своё чёртово индивидуальное кожаное кресло и опёрся подбородком на сцепленные руки. Да, мы это уже не раз проходили. Но я не мог принять то, что по указке умалишённого старика должен бросить самых любимых на этой земле людей.

– Ты правильно сказал. Из своей жизни… и твоей. Он мой запасной вариант и рычаг давления на тебя. Не будь твой отец ведомой овцой, то не было бы всего этого, – дед развёл руками, мол, не я виноват в сложившейся ситуации.

– Отец выбрал свою жизнь. И правильно сделал.

– Меня радует, что ты так его защищаешь. Он предал меня…

– И теперь ты отыгрываешься на мне?

– Нет. Я возвращаю своё.

Фёдоров с дебильной улыбкой влюблённого мужика садит в свою новую тачку моего сына, а потом и мою жену. Бывшую, но не для меня. Пусть весь мир думает, что мы бывшие. Я же продолжаю Малинку считать своей настоящей, хоть и не хранил верность последние пять лет. Как, в принципе, и она. Хмыкаю злобно, ведь предъявить ничего не могу, понимаю, что сам её бросил. Бросил ту, без которой подыхаю до сих пор. Но не исчез из её жизни навсегда, не забыл и никогда не забуду.

Да, я не смог окончательно, а именно в целях безопасности, отойти от своей семьи. Через год стал понемногу переводить деньги Малинке, оправдываясь перед совестью, называя их «настоящими алиментами». Благо друзья были и остались настоящими, помогли с конфиденциальностью, и Янка так не поняла, откуда на протяжении стольких лет ей сыпались всё крупнее и крупнее суммы. Те же друзья помогли и с информацией по семье, каждый месяц полный отчёт о Малинке и нашем сыне. И пока не появился Фёдоров у неё на горизонте, я спокойно работал как ненормальный, как-то жил и мечтал феерично вернуться, когда испустит дух мой самый главный враг – мой родной дед.