Надежда Шестакова – Связь крови (страница 3)

Бетти поднялась на ноги, резко отряхнулась и, бросив в мою сторону взгляд, полный злости и презрения, процедила что-то о том, что я ненормальная. Затем развернулась и направилась к школе, напоследок добавив, что мне это с рук не сойдёт.

Второй урок уже начался. Теперь я опоздала и на него. Макс осторожно обнял меня за плечи и повёл в сторону школьного здания. Я не стала сопротивляться его заботе, сейчас у меня просто не было на это сил. Я и раньше догадывалась, что он ко мне неравнодушен, но сейчас, заметив тревогу и неподдельное беспокойство в его взгляде, окончательно в этом убедилась. Никогда прежде я не видела его таким внимательным, таким растерянным и сосредоточенным на ком-то, кроме себя.

– Пойдём, я провожу тебя, – тихо сказал он и, заметив, что меня всё ещё знобит, снял с себя ветровку и аккуратно накинул мне на плечи.

У медсестры всё произошло слишком быстро. Она тут же начала суетиться вокруг меня, усадила на кушетку, что-то бормоча себе под нос, измерила давление и, нахмурившись, заявила, что в таком состоянии меня нельзя оставлять в школе. Она распорядилась немедленно вызвать мою маму, вернее, наставницу, о чём, разумеется, не имела ни малейшего представления.

Не прошло и получаса, как Александра уже была здесь. Она не стала задавать лишних вопросов, лишь коротко кивнула медсестре и забрала меня из школы. Мы молча ехали домой, и только когда город остался позади, она наконец заговорила.

– Виолетта, что случилось? – спросила она спокойно, но я слышала напряжение в её голосе.

– Александра, я сама не понимаю, что со мной происходит! – вырвалось у меня. – Эта девчонка довела меня… Мне хотелось убить её. Разорвать. Уничтожить. Понимаешь? Во мне словно зверь проснулся!

Я говорила быстро, возбуждённо, жестикулируя, будто пыталась выплеснуть то, что всё ещё бурлило внутри. Наставнице я всегда могла довериться. Я рассказывала ей о своих страхах, сомнениях, мыслях, обо всём, что тревожило меня. Она никогда не отмахивалась, не злилась, не осуждала.

Александра отвернулась и задумалась, словно взвешивая каждое слово. В её молчании было что-то тревожное. Оно давило сильнее любых упрёков. Я уже догадывалась, о чём она думает, и от этого внутри всё сжималось. Некоторое время она не произносила ни слова. А я тем временем отчаянно цеплялась за надежду, что произошедшее ещё не повод везти меня в спецшколу. Да, это случилось впервые, да, я сорвалась… но, может, ещё можно подождать?

Чувства внутри меня были противоречивыми. С одной стороны, я давно ждала начала настоящего обучения, принятия себя, новой жизни. Но с другой, я была совершенно не готова так резко всё менять. Покинуть дом. Расстаться с наставницей. Остаться без единственного человека, который всегда был рядом. Мне было по-человечески страшно. Но, к сожалению, мои надежды не оправдались. Александра повернулась ко мне и, грустно улыбнувшись, сказала:

– Пришло время ехать.

Меня охватила паника.

– Нет! – почти вскрикнула я. – Ещё рано… Давай подождём. Пожалуйста.

– Виолетта, девочка моя, – мягко ответила она, – ты и сама знаешь, что ждать нельзя. Ты становишься опасной. Если ты потеряешь контроль, могут пострадать люди.

– Я знаю… – голос дрогнул. – Но я так не хочу расставаться со своей привычной жизнью. С тобой…

Горячие слёзы покатились по щекам. Я пыталась сдержаться, но не смогла.

– Александра, я люблю тебя. Ты для меня как мама. А там… – я судорожно вдохнула, – там я буду совсем одна. Без тебя. Мне даже не с кем будет поделиться тем, что я чувствую…

Во мне говорил человек. Не дампир. Не охотник. Просто испуганная девочка. Александра остановила машину, повернулась ко мне и крепко сжала мою руку.

– Девочка моя, мне тоже тяжело отпускать тебя, – сказала она тихо. – Но мы не расстаёмся. Я буду навещать тебя. И ты не будешь одна.

Увидев, что её слова не убеждают меня, она добавила:

– Там много таких же подростков, как ты. Они тоже боятся. Тоже учатся. Ты сможешь найти друзей. Ты не останешься одна.

Я слушала её, но внутри всё равно росло ощущение, что впереди меня ждёт не просто новая школа. А жизнь, из которой уже не будет дороги назад.

Я посмотрела на неё печальным взглядом и попыталась улыбнуться, хотя не была уверена, что это вообще можно было назвать улыбкой. По моим щекам катились безысходные слёзы. Я никогда не плакала при посторонних, не желая показывать слабость. Но Александра не была для меня посторонней. Она знала меня слишком хорошо, понимала без слов, и потому я позволила себе расплакаться.

– Всё, вытирай слёзы. Нам пора ехать. Нельзя терять ни минуты. Я отвечаю за тебя, и должна обеспечить твою безопасность. – сказала Александра уже более строгим, собранным тоном.

Машина тронулась с места. Я понимала, что она права. Если это началось, дальше может быть только хуже. Тянуть нельзя. Мне действительно нужно уезжать как можно скорее. Я надеялась, что там мне станет легче. Что я научусь контролировать себя, приспосабливаться к новой себе, к своей силе. Никто не обещал, что обучение будет лёгким, но я не хотела потерять себя. Не хотела утратить ту человеческую часть, которая всё ещё жила во мне. Я не хотела становиться монстром.

– Ты права, Александра. Пора ехать.

Тихо произнесла я, скорее для себя, чем для неё.

В тот же вечер мы вылетели в Швейцарию, где находилась школа полукровок, в которой мне предстояло учиться. Однако дорога оказалась не такой простой, как я ожидала. После длительного перелёта нас ждало ещё около семи часов пути до самой школы. Перелёт вымотал меня до предела. Я буквально валилась с ног. Или это просто нервы брали своё. Уснуть в самолёте так и не удалось, стоило закрыть глаза, как в голове всплывали неприятные, тревожные мысли. Я знала, с приездом в новую школу моя жизнь начнётся с чистого листа. Уже ничто не будет таким, как прежде. И, учитывая, сколько школ я сменила за свою жизнь, эта, как подсказывал внутренний голос, станет худшей из всех.

Прилетев в Швейцарию, Александра арендовала машину, и мы отправились в долгий путь. Для неё дорога была лёгкой, в отличие от меня. Она была взрослым дампиром и обладала поразительной выносливостью, тогда как я чувствовала, как усталость постепенно накрывает меня с головой.

Первую часть пути мы ехали по шоссе, затем дорога ушла в горы. Именно там и находилась моя новая школа, в закрытом, безлюдном месте, отрезанном от мира. Будто там не подростков обучают, а зверинец выращивают. От этой мысли внутри неприятно сжалось. Выходит, теперь наставница будет от меня совсем далеко.

Я смотрела в окно, наблюдая, как редкие огни остаются позади, и с каждой минутой вокруг становилось всё темнее и тише. Возможно, на мне просто сказывалось нервное напряжение, дорога казалась бесконечной, а тревога не отпускала.

– Ты вернёшься обратно? – на всякий случай спросила я, не отрывая взгляда от дороги.

– Не совсем.

– Что? – я резко повернулась к ней.

– Мне нужно лететь в Грецию.

– Зачем?

Александра тяжело вздохнула и с хладнокровным выражением лица ответила:

– Меня вызывает Совет.

Сердце неприятно кольнуло.

– Ты возьмёшь себе новую подопечную? – спросила я и сама удивилась, почему при этой мысли стало так грустно.

– Возможно, но не сразу. Сначала я хочу убедиться, что ты устроилась и с тобой всё хорошо.

Она тоже выглядела расстроенной. Это показалось мне странным, Александра всегда была уравновешенной и сдержанной, по её лицу почти невозможно было определить эмоциональное состояние.

– Что-то произошло? – не выдержала я.

– Нет, Виолетта, всё нормально, – ответила она, явно не желая продолжать разговор.

– Нормально? Тогда зачем ты понадобилась Совету?!

Александра лишь пожала плечами, давая понять, что разговор на этом окончен.

Совет дампиров находился в Греции. Он следил за порядком, стараясь уравновесить мир тьмы и света, чтобы такие существа, как я, могли существовать, не причиняя вреда окружающим. И, разумеется, тех, кто нарушал установленные законы, наказывали. Обычно Совет не вызывал к себе по пустякам. За всё время, что я жила с Александрой, она бывала там всего пару раз. От этой мысли внутри неприятно сжалось. Я тоже начала нервничать. Что им нужно от Александры? Она не могла в чём-то провиниться, это точно. Тогда что?

Александра, словно прочитав мои мысли, начала подбадривать меня, наверняка жалея о том, что проговорилась:

– Не бери в голову, Виолетта. Я уверена, что ничего серьёзного не произошло.

– Как скажешь, – ответила я, стараясь выглядеть спокойной, хотя внутри становилось жутковато. – Но ты ведь мне расскажешь, зачем тебя вызывали?

– Конечно, расскажу. А пока отдыхай, у нас впереди ещё два часа пути.

Я откинулась на спинку сиденья и уставилась в окно. Мы ехали по узкой дороге, по обе стороны которой тянулись маленькие аккуратные домики. Рядом с ними играли дети, бегали, догоняли друг друга, заливисто смеясь. Я невольно позавидовала им. Как же мне хотелось быть обычным человеком.

Однажды я спросила у Александры, хотела ли она когда-нибудь быть человеком. Она ответила, что главное, не то, кем ты являешься, а то, чтобы у тебя оставалась добрая и светлая душа. Она говорила, что люди могут быть жестоки не меньше вампиров. С их особой жестокостью мне сталкиваться не приходилось, но я верила Александре. Она всегда была права. Она видела в жизни куда больше, чем я, и умела делать выводы.