Надежда Сакаева – Академия Сказочных Созданий, или Яга дракону не товарищ! (СИ) (страница 25)

— Нет, ну ты видел лица стражников? Кажется, они меня больше, чем тебя напугались, — хохоча, скатилась по драконьему крылу прямо в сугроб.

Впрочем, попа уже к холоду привыкла, а снег, наверно, и потеплее Змыевой чешуи будет.

— Не тебя, а твоих рейтуз. Линялые же, махровые, да в придачу драные, — засмеялся в ответ брат декана, теперь уже вслух.

— Драными они из-за тебя стали, — я обернулась…

И ахнула, застыв на месте — Змый стоял передо мной голый.

Вот прямо совсем. И даже от морозного ветра не ежился.

Ого, интересно, а у братьев все части тела одинаковые? А то у этого… столько волос на груди.

— Упс, вот это незадача, — вскинув брови, Змый удивленно изучил свой внешний вид.

Впрочем, прикрыть хоть что-то не спешил. Нет, ему правда совсем не холодно?

Я еще раз смерила дракона взглядом, и тут-то до меня дошло, что мы сейчас в дальнем углу Академической территории находимся, а прямо передо мной стоит мужчина.

Голый с головы до пяток.

— Какого ляда, ты творишь, змеюка? — взвизгнула, кинув в него муфтой. — Чтоб тебя, извращенец!

— Заело у тебя, Маш. Все извращенец, да извращенец. Пластинку смени, а то сотрешь совсем, — дракон ловко поймал многострадальный кусок меха и нацепил его… правильно, на руки, как полагается.

— А кем еще назвать того, кто по улицам нагишом бегает? — я отвернулась, перестав на него пялиться.

Хотя, хотелось, даже очень. Фигура у Змыя была вполне себе — мышцы там, всякие кубики-квадратики.

— Я ж не сам разделся. Видимо, это твоя межмировая магия решила, что раз дракон, значит и одежда ни к чему. Так что выходит, извращенка тут только ты, — хмыкнул Змый. — И, да, разглядывай, если хочется. Я не стесняюсь.

— Не хочется, — фыркнула, впрочем, не слишком уверено. — Как нам в академию теперь возвращаться?

— Так это, перебежками, — пожал плечами чешуйчатый гад. — Драконом я точно улетать отсюда не собираюсь, не то братец мое инкогнито раскроет. А силы мои после Велесовой ночи уже обратно в навь ушли.

Я представила наше путешествие — энтузиазма оно мне не внушало. От слова «совсем».

Голый Змый — не мышонок, его в карман не запихнешь.

Да если б и можно было — надо оно мне больно, обнаженных мужиков по карманам рассовывать.

— Ну ты же не хочешь меня тут бросить, Маша, — печально протянул Зиый. — Холодного, голодного, одинокого, на морозе.

— Переигрываешь, — вскинула брови. — К тому же, у тебя кожа холоднее льда, привыкнуть должен был.

Бросить, конечно, хотелось, да совесть боюсь не позволит. Она у меня такая, очень отзывчивая к голым мужикам в беде. Поэтому пришлось вздохнуть и согласиться на это сомнительное мероприятие.

Добирались до Академии весьма… эпично.

Я — в разведке, выбирая самые безлюдные тропы. Змый — следом, прячась за кустами, выдавая при этом абсолютно бесполезные советы.

Из-за зимы кусты, за редким исключением, были облезлые, и ничего особо не скрывали, а сам Змый что-то прятать не спешил, хотя муфта моя до сих пор у него оставалась. Так что нагляделась я на все драконьи достоинства и недостатки вдоволь. Алекса таким не видела, как этого гада ледяного.

Недостатки (кроме излишней самооценки), стоит признать, у дракона отсутствовали, одни достоинства. Некоторые прямо так и вовсе очень заметно выпирали… грудь, например. Чем он ее так накачал, анаболиками? А когда в одежде — не скажешь даже. Только переборщил немного. Неправильно это, все равно, когда у мужика грудь больше моей.

— Это, Маш, не у меня грудь большая, а у тебя маленькая, — закатил глаза Змый.

— И все у меня нормальное! Красивое, вот! — возмутилась.

Свою фигуру я любила и оскорблять никому не позволяла — где мало, где много, главное, все мое, родное.

— Я разве сказал, что некрасивая? Я, наоборот, большие объемы не люблю, — пожал плечами дракон.

С горем пополам мы почти добрались до Академии, и даже никому на глаза умудрились не попасться.

Впрочем, здесь больше роль сыграло то, что ужин уже начался, и все студенты с профессорами в столовую ушли. А мне теперь голодать из-за всяких выдумщиков.

— Ты сама придумала меня драконом сквозь двери протащить, — хмыкнул Змый. — Так что сама и виновата.

Я шмыгнула носом. Ну да, придумала на свою голову. Теперь жалею. И попа в драных рейтузах мерзнет.

— А как дальше? — спросила, останавливаясь недалеко от входа, за вечнозеленым кустом, хоть немного прикрывавшим драконьи выпуклости. — Ну, то есть, ты же не будешь по коридорам Академии голым бегать? Тебя ведь так твой брат сто процентов заметит. Или сразу на площадку для телепортации отправишься?

— Точно, телепортация! — Змый хлопнул себя по лбу. — Не скучай, Маш, потом еще увидимся.

И дракон исчез в снопе алых искр.

Вот же ж! Это он, небось, специально надо мной поиздеваться решил — не мог же всерьез о собственных умениях позабыть.

Сначала я матернулась про себя.

Потом вслух.

А потом рассмеялась.

Злиться на Змыя охоты не было — во-первых, я и сама прекрасно знала, что каждый из трех братьев умеет исчезать, и появляться по своему желанию. Даже без сил — лично ведь видела. А во-вторых, ничего плохого все равно не случилось. Наоборот, вроде как приключение забавное вышло.

Вернувшись в свою комнату, увалилась на кровать, закинула руки за голову.

Да уж, Машка, насобирала ты себе парней полный комплект. И что теперь делать с ними? На зиму солить? Так уже зима, поздновато запасы делать.

Хотя, кажется, я события тороплю, как обычно. Змый мне предложений ни лапы, ни хвоста своего не делал, целовал разве что. И то, скорей всего своему брату назло. Да и мне с ним отношения не нужны…

— Ого, завтра, видать, снег растает, раз в твою шебутную голову дельная мысль затесалась, — фыркнул Мрак.

Все это время он тихонько в углу сопел, свернувшись в калачик.

…со Змыем, конечно, весело и целоваться очень приятно, но не искрит. Как будто не с парнем, а с подругой лучшей прогулялась. Так же легко и здорово, только свадьбу не сыграешь.

По кошачьи мяукнув, Мрак закатил глаза и дальше спать лег. В дверь постучали.

Открыв ее, на пороге я обнаружила аппетитно пахнущую тарелку с мясным рагу. В воздухе тихо таяли алые искры.

Классно! Теперь хоть голодная не останусь, а то желудок уже урчит, сам себя переваривает.

Змый постарался? Наверняка он, больше некому. Не декану же мне в комнату еду таскать.

Ай, молодец, дракоша. Хоть и гад чешуйчатый, но угодил — теперь и спать спокойно лечь можно.

Наевшись, отключилась сразу же, едва глаза закрыла.

А новый день начался весьма неоднозначно.

После вчерашнего путешествия спала я крепко, утром едва проснуться сумела, и то не до конца.

Потирая глаза-щелочки, зашла в ванную.

— Ты что делаешь? — русалка, что сейчас, оказывается, занимала эту комнату, брызнула в меня водой.

— Извини, не знала… — я тупо уставилась на ее хвост. — Запираться надо, не одна живешь.

Огромный, зеленого, как и ее волосы, цвета, с мелкой рыбьей чешуей, он занимал почти все место. Понятно теперь, почему в крыле природников такие лохани здоровенные. А я гадала, зачем так бездарно пространство тратить на излишества.

— Запиралась, точно помню. Может, замок сломался? — развела руками подруга.

Хвост под моим взглядом дернулся, залив теперь уже пол. Нет, ну подумать только — реально рыбий. Красивый, конечно, почти как в кино, но все равно… и тиной пахнет. Как я теперь на Улькины ноги спокойно смотреть буду, если такое видела?

Зеленые чешуйки ближе к талии становились еще мельче, выцветали, чтоб вновь проявиться лишь в районе груди. Надо же, как целомудренно… ого! Да у нее еще и жабры есть! Шевелятся!