Надежда Сакаева – Академия благородных невест. Укрощение строптивого (страница 9)

– Зевс, – пожал плечами Теон.

– Ты же говорил, что он женат?

– Ага, но своих жен он возносить не спешит, и каждые пять лет ищет себе новую, – хмыкнул Теон.

– И что, есть желающие? – я поглядела на восторженных невест, что кокетливо стреляли глазками и едва ли не заглядывали Зевсу в рот.

– Разумеется, – скривился Теон. – Каждый раз одно и тоже, и каждая надеется стать последней.

Вслед за Зевсом, начали прибывать и другие лойды – вот на траву сада ступил настоящий красавчик, с золотыми волосами; вот вышагнул из белой дымки коренастый мужичок, больше похожий на пекаря, чем на бога.

Всего я насчитала восемь «женихов» на сто двадцать две невесты. Точнее, девять на сто двадцать три, вместе со мной и Теоном. Да уж, конкуренция в академии поражала – наверно столько же людей претендовало на бюджетные места в МГУ, хотя, как по мне, учеба куда лучше туманных перспектив непонятного вознесения.

Наконец, когда все лойды выбрали себе места за столами, кураторы дали негласную отмашку приступать к трапезе, и я с удовольствием схватила вилку, принявшись за еду. Теон кушать не спешил, а все больше сверлил меня взглядом, чтобы в итоге неодобрительно произнести:

– Милая, ты ешь, как крестьянка.

Старушка-дуэнья тут же сделала мне страшное лицо, и хотела было что-то сказать, но я успела первой:

– Я ем, как голодная и уставшая девушка, дорогой. И тебе советую попробовать. Тут очень вкусно готовят.

Дуэнья (надо бы узнать ее имя) закашлялась, задохнувшись от возмущения. Я похлопала ее по спине, не прекращая уминать за обе щеки. Потому что, во-первых, и впрямь успела изрядно проголодаться. Ну а во-вторых, оставался шанс разозлить Теона так, чтобы он сам избавил меня от должности своей невесты. Тем более, что током меня бить больше не собирались.

Договор-договором, однако бескультурное поведение в наше соглашение не входило.

– Я заметил, – закатил глаза лойд, с завистью поглядев на других девушек, что словно птички ковырялись в своих тарелках. – Но все же впредь веди себя более изысканно. Я не желаю, чтобы в мою жену тыкали пальцем.

– Ты сказал мне быть послушной, и я послушно ходила на занятия весь день, – хмыкнула в ответ. – Теперь, выходит, мне и поесть спокойно нельзя? Впрочем, ты ведь всегда можешь выбрать себе более изысканную жену.

Дуэнья, наблюдавшая за нашим диалогом, схватилась за сердце.

– Или я могу вернуть тебе старого куратора, – прошипел Теон, опасно сверкнув глазами.

Кажется, злить его и дальше пока не стоило. Хорошо, что я успела наесться.

– Ну что ты, дорогой, не надо беспокоиться, – улыбнулась, покачав головой.

– Прекрасно, что мне попалась столь понимающая невеста, – Теон ядовито улыбнулся в ответ.

Вот и поговорили.

Остаток ужина прошел в тишине. Невесты за нашим столом опасливо поглядывали на Теона, и кажется остались совсем голодными. Дуэнья смотрела уже на меня, то и дело пытаясь завести вежливый разговор и разрядить напряженную обстановку. Сам Теон хмурился, и на его лице ясно читалось – «За что мне все это?». Я же просто пила чай, стараясь хлюпать достаточно громко, чтобы это злило лойда, но не слишком сильно, чтобы он окончательно не вышел из себя.

Наконец, Теон поднялся, сбираясь уходить, и я вздохнула с облегчением.

– Ну что ты, дорогая. Не стоит так расстраиваться, ведь завтра мы увидимся снова, – ехидно ухмыльнувшись, выдал лойд, вызвав очередной, теперь уже тяжкий вздох.

– Буду ждать с нетерпением, – фыркнула, поднявшись следом.

– Не сомневаюсь, ведь завтра в академии выходной, а значит, мы весь день сможем провести вместе.

О, боги, за что мне это?

– Какое счастье, – с сарказмом проговорила вслух, раздумывая, есть ли хоть один шанс избежать этих мучений.

Судя по всему, шанса не было – вряд ли Теон решил бы отказаться от своих планов, ну а у меня права голоса не имелось. Разве что взбрыкнуть, чтобы он снова назначил мне Грымзельду… в голове всплыла картинка, как сижу за столом и вывожу своей кровью «Настя будет слушать старших», и я передернулась. Нет уж, лучше все же Теон.

Лойд тем временем взял мою руку, перевернул ее, холодными губами коснулся запястья и прошептал:

– В следующий раз молись тише, а то я могу и обидеться.

С ужина я вышла злая и крайне недовольная.

Прекрасно, просто прекрасно! Мало того, что мне завтра весь день мучится, так еще и за мыслями своими нужно следить? Или Теон не все мысли читает, а только конкретные?

Ладно, с другой стороны, сейчас у меня еще оставалось свободное время перед отбоем, и хотя бы его нужно было провести с пользой.

То есть, сходить в библиотеку, или читальный зал, или что здесь есть, чтобы раздобыть всякие божественные книги и вооружиться информацией. А то я ведь даже не знаю, покровителем кого являлся Теон и чего мне от него ожидать…

– Невеста сто двадцать три! – раздался позади строгий оклик, и мне пришлось остановиться.

Грымза! А ей-то чего от меня надобно?

– Да, госпожа Грымзельда? – ответила, кое-как нацепив на лицо улыбку.

Господи, Теон, если ты меня слышишь – да чтоб ты провалился!

– Возмутительно! – воскликнула жаба, для показательности всплеснув руками. – Мне уже сообщили о твоем неприемлемом поведении! Да что ты вообще о себе возомнила? Так позорить академию! Никогда! Слышишь? Никогда мне еще не приходилось краснеть за своих воспитанниц, и я не допущу…

Она все что-то говорила и говорила, нервно притоптывая ногой и брызжа слюной, а я, с видом прилежной девочки, разглядывала узор на ковре и размышляла, когда же меня оставят в покое. Судя по визгливому тону – истерика грозила затянутся на добрых полчаса. А времени у меня, между прочим, не так много.

– Чего ты глазами хлопаешь? Иди сейчас же! – закончила Грымзельда, заставив меня недоуменно вскинуть брови.

Куда еще идти? В библиотеку что ли? Как-то быстро закончилась эта выволочка…

Пожав плечами, направилась туда, куда изначально и собиралась, но грымза тут же поймала меня за руку.

– Куда это ты собралась? Конюшни в другой стороне! – воскликнула она, глядя на меня так, будто хотела прикопать прямо тут.

– Конюшни?

Выходит, эта мстительная гадина назначила мне наказание? Или ее попросил Теон?

– Конюшни! Но если ты не прекратишь нарываться, то я передумаю, и вместо конюшен будут загоны для мантикор! – взревела грымза.

И хотя «загоны для мантикор» звучало довольно интересно, но жаба произнесла это таким тоном, что рисковать я не стала.

– Хорошо, госпожа, – кивнула, развернувшись, чтобы пойти к выходу.

– И не думай, что если лойд Теон запретил наказывать тебя физически, то ты самая умная, – прошипела грымза мне вслед. – Я ни от кого не потерплю такого пренебрежения правилами, и не позволю, чтобы одна нахалка портила имидж самой престижной женской академии!

На это я ничего не ответила, лишь подумав, что все-таки Теон тут не причем, и всему виной мстительная натура этой мымры.

Может, мне стоит пожаловаться? Хотя нет уж, лойду показывать свою слабость я не собираюсь!

До конюшен добралась быстро, разыскала рабочий костюм своего размера, переоделась и вздохнула, оглядывая масштабы работ. Лошадок после занятия уже почистили невесты, а вот стойла нуждались в уборке, хотя и не были слишком запущенными.

Ладно, где тут инструменты?

Не так я хотела провести этот вечер, но с другой стороны, прибирать у зверюшек куда лучше, чем драить туалеты в самой академии. И хорошо, что грымза не додумалась назначить мне такое наказание…

Хлопнув в ладоши, я отправилась к небольшой кладовке, где хранились виллы, лопаты и прочее необходимое, когда позади меня раздался знакомый голос:

– Решила прокатиться?

Я вздрогнула, обернувшись.

Теон стоял возле одного из стойл, небрежно облокотившись о перегородку. При этом он умудрялся выглядеть чудовищно красиво в своем черном камзоле с серебристым шитьем, что так ненавязчиво демонстрировал крепкие мышцы и широкие плечи.

Но как лойд прознал про наказание, и зачем явился? Поиздеваться что ли?

– Решила почистить конюшни, – фыркнула в ответ, задрав подбородок.

– У меня идея получше, – ухмыльнулся Теон. – Давай все же прокатимся.

Хм… провести время с лойдом, или драить конюшни? Конечно же конюшни, лошадки хоть не такие засранцы…

– Нет, спасибо, – скривилась. – Во-первых, у меня дела, и зверушки требуют моей заботы.