Надежда Рыжих – Роман о детективе. Любви неясные мотивы (страница 3)

Софья прошла мимо секретарши, забыв поздороваться, чем несказанно удивила служащую. Та проводила ее задумчивым взглядом, но ничего говорить не стала. Заглянув в кабинет по собственной инициативе через несколько минут, спросила, не нужно ли чего, но босс ее проигнорировала. Она сидела за столом, задумавшись, и постукивала указательным пальцем по столу.

«Итак, я под пристальным наблюдением не простого парня из охраны, не самого муженька, а настоящего детектива. Ну, Кирилл! Как посмел?! Это переходит мыслимые границы».

– Тоня, вызовите ко мне Яну, – выходя из ступора, попросила мнущуюся у двери растерянную секретаршу.

– Будет сделано, Софья Васильевна.

Через несколько минут в кабинет постучали, и вошла девушка, худощавая, невысокая, под стать Софье, но с рыжими волосами, собранными в скромный пучок, зелеными глазами и четкой линией губ, которые тут же стали подрагивать, пытаясь, то ли улыбнуться, то ли что-то сказать.

– Яна, у меня большая проблема,– взмахнула руками огорченная начальница, выскакивая из-за стола. – Не смейся!

– Что опять не так?– выдохнула обреченно девушка. – Напросилась на «комплименты»? У кого-то горе от ума, а у некоторых от роскошной жизни. И не смеюсь я!

– Хватит тебе! И так тошно. Тут проблема определенного свойства. Кирилл сошел с ума! Что житья не дает своей ревностью, ты знаешь.... Представь, иду на работу, а следом плетется какой-то тип. Пройти парочку кварталов среди всплеска природы – это ни с чем несравнимое удовольствие. Деревья в кронах шумят, волнуются… Ветви сгибаются в приветствии… успокаивающе шелестят листьями… С клумб разносится пьянящий аромат… А среди цветов, как заведенные, насекомые… жужжат… Точь-в-точь, как в детстве моем!

– Ах, ах, ах! В твоем детстве и южное лето имеется.

– Лето южное прекрасно! Долгое, тепло-жаркое… Со сливами, висящими на деревьях: синими, желтыми, красными; яблоками, стремящимися вниз под собственной тяжестью; щебетом птиц; гомоном кузнечиков в ночь; носящимися в темноте над деревенской дорогой летучими мышами; отчаянными котами, которым и собака не указ: до того воинственны. Невероятное чувство единения с природой!

– А я мало что видела, но верю на слово. Лишь помню, как что-то там… розовело, лиловея… И коровы в этой пестроте…

– Прости, прости, если обидела своими воспоминаниями!

– И не обидела вовсе. Ты всегда такая прямолинейная.

– Постоянно удивляешь смешными выражениями….

– Не подлизывайся. Я почти готова к неприятностям. Говори уже, не томи. Так что за спешность? Что приключилось?

– Кирилл не понимает, что со мной происходит: почему вдруг стала ходить пешком и восторгаться природой. Частенько устраивает сцены ревности, слежку. Ему, видите ли, кажется, что у меня любовник завелся. Сколько можно терпеть эти разборки?! Желаю проучить его немедленно. Поможешь? Конечно, поможешь. Ты же моя подруга!

– Софья! – ужаснулась та. – Ты во что меня втягиваешь?

– Ни во что такое. Не переживай. Все на уровне игры. Он даже не узнает. Мы же ему не скажем, правда?! Несколько дней и все, – затараторила та. – У нас только волосы разного цвета. Глаза, лицо в значительной степени схожи, а фигуры – не отличить. Вечером меняемся и пусть тот тип, что мнит из себя детектива, охотится за ложной добычей. А ты живи, как жила… А как он вчера за деревом прятался! Но я – стреляный воробей, на мякине не проведешь, поэтому все сделала, чтобы усложнить ему задачу. Плана еще не было, но сегодня шла на работу и вдруг подумала… Ах, да! В деньгах счастья нет, но без них – никак. Выдам тебе… на кафе и… парики.

– …парики. Если парики, то, конечно… – промямлила Яна, смиряясь. – Курятник готов к обороне. Все перья дыбом!

– Почти, – рассмеялась начальница. – Ах, чего только не случается на тропе любви! Осуди меня. Кто, если не ты?!

– А это даст результат?

– Нет.

– Стоит ли тогда сотрясать пространство? Как поступим?

– Как, как… Ты мой костюм наденешь, я – твой. Я смою косметику, ты – нанесешь. Конечно, я тебя накрашу… в первый раз. Дальше – сама. Учись! Все.

– А кафе зачем?!

– Глупышка! Переодеваться второй раз на дню… Где еще, если не там?! – жутко удивилась Софья.

– А-а-а, – протянула Яна, – как все сложно… Хорошего человека должно быть предостаточно?

– А как же! Для устойчивости.

– И к земле его придавим косметикой?

– Придется сильно постараться, чтобы сыщика нашего вокруг пальца обвести. Он-то парень ушлый. Не зря детективом работает. Наверняка, видал – перевидал всякого, хоть и молодой… А как, кстати, я влезу в твои костюмы?! – вдруг озаботилась подруга, округляя глаза. – Как-то… не подумала…

– Впервой, что ли, ни о чем не подумать, легкомысленная ты наша?! Вроде, один размер носим. С чего вдруг поправляться вздумала? – лукаво поинтересовалась Яна. – Причина сильно уважительная? Та, о которой догадываюсь с некоторых пор?

– Это так, – вздохнула Софья. – От тебя не скроешь, а Кириллу говорить боюсь. Вдруг, что не так! Откроюсь, когда врачи заверят, что все в наилучшем виде.

– Придется вспоминать театр, – вздохнула подруга. – Получится обмануть профессионала, играя в шпионские игры?

– Получится! Лица моего он не видел. Я все для этого сделала. Но тебе необходимо освоить косметику, а мне, увы, часть дня проводить без нее. Страшно! Привыкла к боевой раскраске. Чувствую себя голой, если не мазну, то там, то сям…

– Понятно, – тяжело вздохнула Яна. – По два раза на дню краситься? Это какой-то ужас! А когда работать?

– Мы, ведь, не желаем разоблачения?! – забеспокоилась Софья. – Придется! Чтобы подчеркнуть яркость одной и безликость другой. Про работу не беспокойся.

– Спасибо за красноречие, любезная подруга.

– Умоляю, не обижайся!

– Понимаю. Слова жалят, но… справедливы. Что дальше? Что прикажете, госпожа начальница?

– Не будем терять времени. До полудня непременно сходи за париками. Нам, ведь, нужно время, чтобы подготовиться, примерить и прочее… Может, детектива увидишь, – кокетливо улыбнулась Софья. – Ты не замужем, а он, все-таки, мужчина.

– Если мужчина, так сразу замуж?! А если не понравится? – парировала Яна. – Как выглядит, рассмотрела?

– Одного взгляда недостаточно, чтобы определить. Среднего роста. Ничем не выделяется из общей массы. Одет неприметно. Ой, отстань! Будет ходить за тобой по вечерам, рассмотришь, если пожелаешь…

– И куда слюне деваться от вида вишен на столе?

– Вот именно!

Припарковался Ян у обочины дороги, не доезжая нескольких метров до турфирмы. Достал термос с кофе и приготовился ждать несколько часов. Не верил, что днем случится что-то, уличающее жену клиента сразу и наверняка, но сидел и добросовестно отрабатывал свой кусок хлеба. Рассматривал между делом каменную кладку здания, выполненную из красного и белого кирпича; роскошную, но банальную, вывеску с устремленным в бездонное небо самолетом, ярким солнцем над ним, пальмами и уголком моря; не выпуская из вида высокую красную дверь с большим кольцом-ручкой, которую, практически, чуть ли не просверлил зорким взглядом.

И дверь, поддаваясь его настойчивости, вскоре приоткрылась. Из недр привлекательного для отпускников заведения выскользнула худенькая девушка в бежевом костюмчике. Повернувшись к нему боком и низко опустив рыжеватую головку, поспешила через дорогу. Прошмыгнула, как мышка, меж трехэтажных домов старой архитектуры и потерялась минут на тридцать. Появилась с небольшим белым пакетом и, все также, опущенной головой, будто чужие взгляды неимоверно смущали скромницу. Что-то милое почудилось ему в ее облике. В душе шевельнулась слабая надежда. Он встрепенулся. Только решил присмотреться внимательнее к юной деве, как над крышами показался краешек солнца и лучи, отразившись в лобовом стекле автомобиля, ослепили его на миг.

«Курьер, похоже, а туфли, как у хозяйки», – отметил машинально то, что успел заметить, прикрывая глаза. Этого времени оказалось достаточно, чтобы девушка вошла в помещение. Обнаружив сей факт, он разочаровался. "С какой стати это может быть она, та единственная?" – подумал с горечью и вздохнул.Не давая себе возможности раскиснуть, стал размышлять, а не перестроиться ли на другую сторону улицы, чтобы не увариться до готовности тушенки под палящими лучами. В итоге, решил чуть потерпеть, опасаясь, что его маневры привлекут к себе ненужное внимание. Затененные стекла автомобиля, при его мазохизме, позволяли оставаться незамеченным для пешеходов и любопытных, а для него сейчас это самое главное. По дороге, меж тем, проносились автомобили, по тротуару спешили люди, а он сидел и ждал.

Целый день в фирму кто-то входил, выходил, но интересующий его бордовый костюм не показался ни разу. За это время солнце поднялось в полуденную синеву неба, затем прикрылось белыми тучами, чуть позже темными, и, к радости Яна, в автомобиле заметно посвежело. Его «старичок» не имел кондиционера, и потому в жаркие дни изгалялся над «наследником деда» со всем коварством старенькой души. Во второй половине дня ждать стало легче, так как турфирма, проявляя сочувствие к несчастному автомобилю, погрузила его в свою тень надолго….

Шумная стайка сотрудников выпорхнула из контролируемых дверей, тем не менее, совершенно неожиданно, и откровенно радуясь окончанию рабочего дня, быстренько растеклась в разные стороны. Среди них мелькнула девушка в бежевом с рыжим пучком на голове. Он с сожалением подумал, что в другое время с удовольствием бы кинулся вслед и попытался познакомиться… Была у него в раннем детстве рыжеволосая подружка по проказам, оставившая неизгладимый след во впечатлительной душе. Он не помнил ее имени, но, повзрослев, с особым трепетом присматривался ко всем рыженьким, не осознавая истинную причину своего интереса.