18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Надежда Попова – Архивы Конгрегации - 2 (страница 17)

18

Кто-то из слушателей тихонько присвистнул.

— Весьма точная характеристика положения, — согласился Кифер и сделал вид, что не заметил, как порозовели щеки рыжего веснушчатого парня в заднем ряду. — Теперь вы понимаете, почему старостин сын меня только что не облобызал: иного способа поведать о своих бедах кому следует у них не осталось.

— И вам удалось решить их проблему, майстер Буркхард? — с надеждой спросил рыжик-свистун.

— В определенной мере, безусловно, — кивнул следователь и пояснил в ответ на застывший на половине лиц вопрос: — Каждый должен заниматься своим делом. Моя задача как дознавателя — расследовать дело, установить личность виновного и задержать его, при необходимости вызвав на подмогу группу захвата. Задача зондергруппы — прибыть на место и уничтожить или захватить тех, на кого укажет следователь. Снимать проклятия, наложенные давно сожженным малефиком, — задача expertus’ов и иных служителей Конгрегации, сведущих в вещах потусторонних. Мое дело в данном случае состояло в том, чтобы собрать максимум сведений и сообщить о творящемся непотребстве тем, кто действительно способен помочь. Expertus’ов туда съехалось немало, и повозиться им пришлось изрядно. Что именно они там делали — не знаю, не вникал. Но чаще всего творить волшбу оказывается намного проще, чем исправлять ее последствия. Насколько мне известно, — добавил он, не дожидаясь очевидных уточнений, — избавить незадачливых крестьян от их напасти удалось, но отмаливали это место долго.

И не только отмаливали. У одаренных служителей Конгрегации есть свои методы. А кроме толпы expertus’ов, за ту несчастную деревню денно и нощно молилась добрая половина Abyssus’а. Но об этом господам курсантам знать рановато.

— Хочешь еще о чем-то спросить? — поинтересовался Буркхард у поднявшего руку «непоседы».

— Да, — кивнул тот. — А что делать, если дожидаться подмоги некогда?

Подвиги Молота Ведьм решительно не давали молодому поколению покоя. А Кифер Буркхард помнил, как нашел тогда еще не живую легенду, а желторотого выпускника умирающим от ожогов на фоне догорающего баронского замка, куда тот полез на верную смерть, потому что не мог иначе. И кто знает, что бы было, останься он тогда снаружи дожидаться подмоги.

— Поступайте так, как велит ваша совесть и ваш долг, — посоветовал инквизитор. Гнать юнцов на рожон не позволял здравый смысл, а требовать осторожности — жизненный опыт.

Кифер обвел аудиторию изучающим взглядом. Впечатленные рассказом макариты были удивительно тихи и задумчивы.

— И какой же вывод вы можете сделать из сей поучительной истории? — осведомился следователь, дождавшись, пока курсанты переварят услышанное, и благожелательно кивнул вскинувшему руку «умнику».

— Что, запрещая обывателям самим принимать и, главное, приводить в исполнение столь серьезные решения, — сразу же выдал тот без запинки, — мы, помимо прочего, ограждаем их же от возможных катастрофических последствий подобных действий.

— Верно, — одобрил Буркхард, мимоходом отметив это «мы» из уст еще недоучившегося следователя. Надо будет намекнуть ректору, что штутгартскому отделению не помешает молодой толковый служитель годика так через два. — Что же, господа курсанты, судя по звону колокола, наше время давно вышло, а вам пора направить свои стопы в сторону трапезной, ибо не должно делам давно минувших дней отбивать аппетит ныне живущим.

Старые четки

Авторы: Мария Аль-Ради (Анориэль), Дариана Мария Кантор

Краткое содержание: Четки, оставленные Курту отцом Юргеном, сыграли в его жизни очень важную роль.

Этот день был безмерно долгим, нежданно страшным. Пыль дороги и пепел смерти в одно смешались. И, вернувшись к чужому дому, Где уютно, тепло, спокойно, Ты растерянно смотришь на вещь, что тебе отдали, И в душе разговор воскрешают позавчерашний Старые четки, посмертный подарок святого, что жизнь тебе спас. Темные бусины, в старческих пальцах бывавшие множество раз. Carissimi, nolite peregrinari in fervore qui ad temptationem vobis fit quasi novi aliquid vobis contingat Sed communicantes Christi passionibus gaudete ut et in revelatione gloriae eius Gaudeatis exultantes. Этот замок насквозь опасен, непредсказуем. Забираться сюда вдвоем — та еще затея... И когда уже нет спасенья, Как и времени на сомненья, Ты врага бьешь святою реликвией, сам не веря, Что помогут тебе пережить этот ад безумный Старые четки, посмертный подарок святого, что жизнь тебе спас. «Может, ты просто молиться не пробовал?» — спрашивал он как-то раз... Ave, Maria, gratia plena! Dominus tecum; Benedicta tu in mulieribus, Et benedictus fructus ventris tui Jesus. Sancta Maria, mater Dei, Ora pro nobis peccatoribus Nunc et in hora mortis nostrae. Amen. Это кладбище сплошь окутал зловещий морок. Черно-белые тени плотным кольцом сомкнулись. Как сразить свое отраженье, Коль твои все его движенья? Губы шепчут псалом, и надежда души коснулась: На руке двойника нет в помине знакомых четок... Старые четки, посмертный подарок святого, что жизнь тебе спас. Бусины в трещинках, что твою душу и жизнь сберегали не раз. Dominus pascit me, et nihil mihi deerit; in pascuis virentibus me collocavit, super aquas quietis eduxit me. Animam meam refecit. Deduxit me super semitas iustitiae propter nomen suum. Этот скепсис, привычный с детства, сломить непросто. Бог нечасто своим вмешательством нас балует. Только видя за чудом чудо, Не признать и грешно, и трудно: Он не глух и не слеп, справедливость Небес существует. Ныне в память о том ты, с руки не снимая, носишь Верные четки, посмертный подарок святого, что жизнь тебе спас. Темные бусины перебираешь с молитвою ты каждый раз. Nam et si ambulavero in Valle umbrae Mortis, non timebo mala, quoniam Tu mecum es... В тишине так обманчиво кроток