Надежда Паршуткина – Город Ветров (страница 7)
Открыл дверь, и мы оказались в предбаннике. Тут стояла скамья, было несколько вешалок на стене пол и стены были деревянные. Жрец подошел ко мне вплотную и положил руки на талию, по коже пробежались мурашки.
— Госпоже помочь раздеться? — спросил он. Он еще спрашивает, от его горячих рук жар пошел по всему телу, да меня бы не только раздеть можно, но прикусив язык, и собрав мысли в кучу, я сказала.
— Я разденусь сама и мне нужно такое же полотенце, как и на вас.
— Простите госпожа. Я не понимаю вас, — он убрал руки. Эх, как жалко, что я достаю ему только до груди. Так хотелось увидеть его взгляд, но для этого надо задирать голову, ладно обойдусь.
— Что не понятного? Не буду же я при вас голая ходить. Несите полотенце.
— Как прикажете госпожа, — и он вышел, в его голосе слышалось недоумение. Жрец принес полотенце, подал его мне и уставился на меня.
— Вы можете выйти? — сказала, наконец, я ему.
— Хорошо, я жду вас в бани госпожа, — и он скрылся за дверью. Раздевшись и сложив аккуратно вещи, я подвязала полотенце и вошла в баню.
В бани была огромная печь, в которой пылал огонь, возле печи стояла железная бочка с горячей водой, рядом стояла еще одна, я так понимаю с холодной водой. Был большой полок, и полок пониже на нем стоял таз с водой, рядом лежал ковш, щетка, мыло. Жрец сидел на полке, опустив голову, странно, но меня так тянуло подойти к нему. Он услышал, как закрылась дверь, сразу же вскочил и натянул на лицо дежурную улыбку.
— Госпожа, — он подошел ко мне, — присаживайтесь.
Я забралась на полок и посмотрела Жрецу в глаза. И тут я удивилась, у него один глаз зеленый, а второй синий. С ума можно сойти от одних только глаз. А взгляд такой печальный, печальный.
— Госпожа снимет полотенце? — спросил он меня.
— Нет, — тихо ответила я.
— И как вас прикажете мыть в полотенце госпожа?
— Я сама.
— Сами? — удивился он, и брови его взлетели.
— Ну да, я умею. Вы можете идти.
Жрец встал в недоумении.
— Я вас не устраиваю госпожа?
Я удивилась такому вопросу, прям в лоб. Вот что ему ответить? Когда я от его присутствия нагрелась сильнее, чем от тепла бани, я молчала.
— Вы сами позвали за мной! Вы передумали? Пригласить другого Жреца?
— Нет! — резко ответила я. Он стоял в недоумении.
— А как вас зовут? — выпалила я, а то раздеваться перед незнакомым мужчиной в мои планы не входило.
— Как вам угодно госпожа, — ровным голосом ответил он.
— Света.
— Что простите? — удивленно спросил он.
— Меня зовут Светлана. Прекратите говорить мне госпожа. Вы не мой раб, — выпалила я ему.
— Все мы рабы Богине Ветров госпожа.
— Я прошу, чтобы вы называли меня Светланой.
— Алексий, — сказал Жрец, он смотрел на меня мягким взглядом. — Меня зовут Алексий.
— Очень приятно, — сказала я и потонула в его нежных глазах. Ну, вот зачем я столько выпила?
Алексий, Алешка, Леха, смотрел на меня, а я вся с ума сходила от его глаз.
— Светлана снимет полотенце? — спросил он.
— А вы меня поцелуете? — вот это я сказанула и, судя по его реакции, я сказал это вслух. Он опешил, но молча, продолжал стоять рядом со мной.
Наверное, это все вино, и жаркая баня, а может я, просто потеряла совесть, но я села, напротив, него и снова задала вопрос. Он стоял как статуя и лишь моргал и смотрел на меня. И тут я обвила его шею руками и поцеловала его в губы. Его губы были горячими и сухими. Я нежно своими губами стала ласкать его губы, а он продолжал стоять истуканом и не отвечал на поцелуй. Я провела языком по его губам, он дернулся в моих руках, словно я провела раскаленным железом, и приоткрыл свои губы, выдыхая легкий стон. Я снова начала ласкать его губы и свершилось чудо! Робко и неумело он отвечал на мои поцелуи. Его руки осторожно легли на мою талию и от живота по всему телу разлился жар, я потеряла голову окончательно.
Стала покрывать его лицо поцелуями, щеки, ровный точеный нос, глаза с густыми ресницами, он ловил мои поцелуи губами, руками прижимал к себе все сильнее и сильнее. От губ я перешла к шеи и начала спускаться к груди, мои руки блуждали по его сильному телу и там где только что проходили мои губы появлялись мурашки. Через силу, преодолев самого себя он отошел на шаг от меня, он тяжело и глубоко дышал, полотенце не скрывало того что я разбудила в нем желание.
— Госпожа… — вымолвил он, смотря на меня затуманенным взглядом.
— Светлана, — поправила его я. — Поцелуй меня Алексий, — нежно сказала я.
— Так… так нельзя госпожа, — сказал он и отошел еще на шаг.
— Жаль, — печально сказала я, и опустила голову. Странно как-то, как помыть так можно, а как заняться любовью так нельзя. Он подошел ко мне вплотную, я подняла голову, чтобы взглянуть на него, а он накрыл своими губами мои губы. Я положила руки ему на грудь. Наш поцелуй длился целую вечность. Мы останавливались, продолжали снова. Вначале я учила его, но он оказался способным учеником и быстро перехватывал инициативу. В кольце его нежных рук я чувствовала его каждой клеточкой своего тела. Слышала его сердцебиение и у меня сорвало крышу. Я опустила руку к его силе и мощи, сорвав с него полотенце. С губ Алексия слетел легкий стон.
Мне хотелось слышать его стоны чаще, они будоражили мою кровь. И я пошла поцелуями по его телу к самому дорогому. Он стоял, не шевелясь, и лишь когда мои губы обхватили его член, он вздохнул и хотел опять отойти. Но я удержала его. Благодаря моим рукам, губам и языку, стоны с губ Алексия срывались все чаще и чаще. От его стонов я сама приходила в экстаз и начала постанывать.
— Светлана, — сказал он хриплым голосом и приподнял меня за плечи. Заставляя смотреть в его глаза. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но я и тут опередила его.
— Я хочу тебя, — томно произнесла я и сняла полотенце. Начала снова целовать его губы.
Он обнял меня, прижал к себе и просто отвечал на мои поцелуи. Я села на полок раздвинула ноги и придвинулась ближе к Алексию. Но он не шелохнулся. И тут меня осенило, я у него первая. Взяв инициативу в свои руки, ну а что, наглой надо быть до конца. Я обняла ногами его талию и придвинула его к себе вплотную. Жар прошел между моих ног. Он открыл широко глаза и смотрел на меня, я продвигала его вглубь себя, пока он не наполнил меня до краев. С моих губ сорвался вздох. Помедлив немного, я начала потихоньку двигать бедрами, спустя мгновение Лешка перехватил инициативу, стал медленно входить и выходить из меня. Наши стоны смешались в единое целое, он покрывал поцелуями мое тело, шею, губы, грудь. Его руки блуждали по моей спине, он стал набирать темп, его было во мне так много, что я потеряла голову и стала рассыпаться на тысячу кусочков.
Когда стала собираться воедино, поняла что лежу на его груди, а он обнимает меня и гладить мои волосы. Я подняла голову и улыбнулась ему. Он поцеловал меня в губы и произнес.
— Я помою тебя.
— Угу, — это все что я могла сейчас сказать. Я улеглась на полок и закрыла глаза, наслаждаясь тем как его руки, нежно скользили по моему телу. Когда я стала уже вся в пене, он нежно стал смывать ее с меня. Затем завернул меня в полотенце и вынес обратно в комнату, положил на диван. После вина, секса и горячей бани меня поклонило в сон.
Алексий посидел около меня немного, сквозь опушенные веки я видела, что он любуется мной.
— Светлана, — мягко сказал он. — Светлана, нужно одеваться, тебе нужно к Богине.
— Нее, — протянула, потягиваясь и зевая, я. — Я как-нибудь в следующий раз к ней зайду.
— Если ты не посетишь Богиню, в этом буду виноват я.
— А ты скажи, что я была.
— Верховная узнает правду. Вставай.
Он вышел, и вернулся через пять минут уже одетый. В руках у него была моя одежда. Я не пошевелилась, чтобы встать с дивана, глаза просто сами закрывались. Лешка стал сам аккуратно одевать меня. Поскольку он мучился, во мне взыграла совесть, и пришлось помогать ему. Через пять минут я была одета и стояла на ногах. Алексий подошел ко мне, обнял меня за талию и прижал к себе. Поцеловал в лоб, а я подставила ему губы. В мое уставшее тело ворвалось желание с новой силой. Но Алексий отодвинул меня от себя и опустил голову.
— Можно я приду к тебе еще раз? — вот это я спросила. Я даже сама себя удивила этим вопросом. А он поднял на меня блестящие глаза, в которых застыла надежда.
— Ты, правда, придешь?
— Правда.
— Я очень буду ждать тебя, — сказал он и взглянул в окно, — Светлана, мы давно уже должны были быть в Храме, — он взял меня за руку. — Идем.
Глава 9
Он вел меня быстрым шагом по длинным коридорам. Нам дорогой никто не встретился, лишь окна и стены из голубого мрамора. Пройдя последний коридор, мы встали у двухстворчатой резной двери. Дверь была словно из золота, на ней были вырезаны цветы от цветов шли листья, листья переходили в бутоны, а бутоны в цветы и так по кругу. Ручки были в виде распустившихся роз. Алексий открыл двери.
— Проходите госпожа, — сказал он сухим голосом. Я взглянула на него узнать, что изменилось, и почему, он стал таким холодным, но заглянув в глаза, я увидела океан нежности, я растаяла. Неужели я ему понравилась? А он мне? Судя по его взгляду, это так и есть. Видно он боится, что нас кто-нибудь услышит.
— А вы? — спросила его я.
— Я буду ждать вас здесь госпожа. К Богине Ветров вы должны пойти одна.
Я вошла в помещение. Это был большой зал, без окон, но со всех сторон был окружен стенами на четвертой, вместо стены стояли колонны. Через которые проходил легкий ветер. Зал был из голубого мрамора. Посередине зала стояла лавка в виде дуги, и верхушки этой дуги тянулись к потолку. Странная лавочка, на ней же совершенно неудобно сидеть, только по одному можно на нее сесть. Больше ничего в этом зале не было. И в какую сторону молиться? Какая странная обитель для Богини.