Надежда Олешкевич – Тень Шифира, или Семь мужей для попаданки (страница 51)
- Кому я говорила не врываться в родительские покои?
- Мама, ты не понимаешь! - всплеснула руками моя четырнадцатилетняя девочка. - Они прилетели! Они прилетели, а вы здесь спите.
- Лирия, для начала выйди, - предельно ровным тоном сказал Алард. - Подожди за дверью, пока мы оденемся. Но лучше сама реши проблему, ты с ней в состоянии справиться?
- Папочка, ну-у-у-у, - захныкала она, топчась на месте. - Они там ждут, не могу же я к ним выйти. Я не одета хорошо, а это женихи. Меня нужно объявить со всеми почестями, я ведь дочь Среднего судьи, не абы кого вообще-то. Нужно, чтобы мое появление стало для них праздником. Они вообще-то ради меня прилетели, а вы здесь спите! Хватит спать! Идем, идем!
- Могу выйти к гостям я, - не стесняясь своего внешнего вида, встал рядом с Лирией Дэйран.
- Фу, фу, фу, не надо. Они еще подумают, что вы здесь… Ну, ма-а-а-а-а-ама-а-а-а! - снова начала она топтаться на месте.
В дверях появились мордашки девятилетних двойняшек Оли и Зиалинды, рожденных от Истана и Найарда - как так получилось, никто толком не понял. Девочки похихикали, стоило их заметить, спрятались, но потом снова выглянули.
- Попроси Нигейл, - предложила я, протерев лицо ладонью.
Не выспалась… Просто Алард так внезапно появился дома после очередных переговоров, а каждый раз, когда кто-то из мужей долго отсутствовал, то ночь после возвращения была очень бурной и страстной. Они словно хотели показать, как соскучились по мне, да так, что потом хотелось целый день отсыпаться и вообще никуда не выходить.
- Нигейл? - скептически выгнула бровь дочь, припомнив старшую из сестер, которой на данный момент уже было двадцать. - Да она заморозит всех своим ледяным взглядом. Лучше уж… Кирию.
- Кирия у бабушки, - покачал головой Дэйран.
- Как так, нельзя. Сегодня же такой день, сегодня мои смотрины. Как она могла, как вы ее отпустили? Это провал, все плохо!
Дочка схватилась за волосы, закричала яростно и убежала, а хихикающие двойняшки последовали за ней, громко топоча.
- Нужно вставать, - вздохнул Алард, поднимаясь. - Лучше не заставлять ждать делегацию из Лита, а то сама понимаешь, какими невыносимыми литары могут быть.
- Ты же сам сказал, что с них пора сбить спесь, - вместо того, чтобы последовать его примеру, Дэйран скинул халат и залез на кровать, явно собираясь хотя бы напоследок перед долгим днем показать весь свой звериный запал.
- Эй, эй, - схватил его за руку крылатый муж и потянул назад. - Ты тоже должен присутствовать.
- Не вижу надобности.
Я хотела бы согласиться, что слишком рано Алард решил устроить смотрины для дочери, ведь ей всего четырнадцать. Девочке нужно время, пространство, свобода, а не жених с высоким самомнением, коими обычно были одаренные литары. Вот только в спорах я никогда не занимала чью-либо сторону. Молчала, наблюдала. Если вопрос касался конкретно меня, тогда, конечно же, брала слово.
- Это укрепит наш союз с Литом. И вообще, твоя Кирия сейчас находится в Лесвере без присмотра. Ей всего восемнадцать, наделает делов еще.
- Пусть делает, ради этого мы и живем.
- Нет, каждому ребенку нужен порядок и строгость…
- Люблю вас, - тоже поднялась я с кровати и поцеловала одного, а затем второго мужа.
Оставила их спорить о том, как правильно воспитывать детей. Быстро ополоснулась и отправилась к своим малышкам, которые под присмотром Найарда и Кеша уже завтракали в малой столовой.
- Мама Яна, - сразу спрыгнула со стула младшая и побежала ко мне навстречу.
Я подхватила ее на руки, поцеловала в носик. Какая же она у меня милая, необычная. Давным-давно было страшно стать женой сразу для шести мужчин, ведь это огромная работа, любить каждого и не выделять никого. А еще казалось, что в сердце не хватит места для их всех. Но нет, даже осталось, к тому же вместило в себя моих очаровательных дочерей.
- Доброе утро, Таэра.
- Добе уто! Добе уто! Папа Кеш! - указала она на Донаши, который в это время подставил тарелку с десертом своей родной дочери, Катрин, а потом на второго моего мужа: - Папа Иад!
- Да, верно, - погладила я маленькое золотце по щеке. - Папа Найард.
- Да-а-а, вено, - повторила она, кивая.
- Верно, верно, - согласился он и тоже приблизился.
Достал из-за спины розовый цветок. Вставил его в мои волосы.
- А мне? А мне?
- И тебе, конечно же, как я мог забыть о малышке Таэре? - сказал он и вставил второй цветок уже в темные локоны девочки.
Правда, растение тут же пожухло в ее волосах, потому как она переняла от отца его способность вытягивать из окружения жизнь. Это работало пока только на растения, притом сорванные, а еще на пораненных животных, поэтому мы старались не подпускать к ней таких.
- Не пойму, как ты приручила Рарна, - убрал Найард испорченный цветок.
- Любовью? - пожала я плечами и направилась к столу.
- Она у тебя целебная, - быстро поцеловал меня растан.
- Волшебная, - предположил Кеш, а Катрин этим временем всунула в и без того полный рот еще одну ложку десерта, от чего ее щеки стали, как у хомяка. - Вот куда, не помещается ведь.
Словно почувствовав, что о нем заговорили, вместо Донаши появился Рарн.
Ему обычно не нравился дневной свет, не нравился наш уютный дом на севере Вольных земель, за которыми начинались Белые равнины, что помогало Одилару находиться рядом со своей родной стихией. Не нравилось, что вокруг возведенного мужьями замка вскоре выстроился целый город и стал столицей Валирии. Столицей королевства людей, хотя сейчас здесь жили все, кому захочется.
Да-да, мне попался тот еще бука.
Дхарг не одобрял действия Аларда, который безустанно заключал союзы и разные договора, тем самым укрепляя позицию нашей семьи. Не нравилось, что Истан вместо того, чтобы заниматься своим призванием в виде грандиозных завоеваний, сидел в монстрятнике и создавал новые виды животных. Не нравилось, что за домом у нас был огромный сад и теплицы Найарда, которые кормили нас в любую пору года. Не нравилось то, что Одилар заново не завоевал Белые равнины, хотя мог бы снова стать правителем снегов - дело в том, что целый воз монет для расплаты с Занбергом он получил именно за то, что отдал захваченный трон ледяным нергиям. Теперь вот управлял Вольными землями и вполне был доволен своим положением. А еще Рарну не нравилось, что Дэйран ничем толковым не занимался и постоянно вертелся возле меня, что уносил показать закаты или рассветы, что отправлялся со мной на пикники в уединенные места, что сплавлялся со мной по реке и вообще тратил время на глупости…
Еще ему не нравилось делить меня с другими мужьями. Не нравилось, что каждый раз по ночам их было двое. Дэйран и Алард. Истан и Найард. Одилар и Кеш. Одилар и он…
Как-то так исторически сложилось, разделились сами.
Зато дхаргу нравилась я. Я и мое общение. Я и наша дочь. Я и энергия Шифира, которая очень быстро становилась такой же светлой и вкусной, как его любимая жена.
А вообще на приручение этого мужчины ушли годы. Признаться, даже хорошо, что Кеш был в их паре главным и находился со мной большую часть времени, потому как с Рарном оказалось невероятно сложно. Он превратился в бомбу замедленного действия, когда могло взорваться в любую секунду. Поначалу вел себя спокойно, изучал обстановку, никому не вредил. Ко мне тянулся. Потом начал буйствовать, но Истан нашел способ, как подавить его и с помощью заклинания вернуть Донаши. Правда, после такого обращения дхарг еще больше злился, выходил из себя. Поэтому пришлось искать другой выход, сближаться, лично заниматься миротворческой миссией и делать из него нашего союзника, а не врага. Шаг за шагом, я смогла достучаться до этого мужчины, сама привязалась к такому неразговорчивому мужу и несколько лет назад попросила Истана найти способ, как разделить их с Кешем. Хватит им делить одну жизнь на двоих.
- Папа Алн! - запрыгала на моих руках Таэра и потянулась к отцу.
Суровое лицо мужчины сразу посветлело, из глаз пропала магия, показав обычную серую радужку. В них заплескалось бездонное обожание.
- Моя девочка, - даже в голосе присутствовало благоговение, потому что Рарн готов был чуть ли не молиться на нее.
Вот что с черствыми мужчинами делали дети. После рождения он стал реже злиться и выговаривать свое неодобрение. Едва появлялся, сразу спрашивал о Таэре, готов был часами напролет с ней играть и даже стоять над кроваткой, наблюдая за ее сном. Избалует, ой, избалует…
- Доброе утро, - приблизилась я к нему и поцеловала в щеку.
- Мама! Папа! - дочка обхватила тонкими ручками наши шеи. - Тебя ублю!
Мы одновременно улыбнулись. Муж обнял меня за талию, рывком прижал к своему боку, подарил долгий взгляд, который сложно было выдержать и не смутиться. Правда, в этот момент Катрин закашлялась, выплюнула часть десерта на стол.
Таэра начала вырываться и поспешила к ней, повторила за Найардом, который постучал ей по спине. В малую столовую вошел Истан, задержался в дверях, оценивая открывшуюся картину. Хмыкнув, двинулся к нам с Рарном и протянул тому живую мышь.
- Что мне с ней сделать? Убить? - удивился дхарг.
- Да, да! - отозвалась его дочь, потеряв всякий интерес к сестре. - Хочу бить!
- Нельзя никого бить, - погладила я ее по голове и с укором посмотрела на мужа.
- Что, такова моя суть, - как ни в чем не бывало пожал он плечами и снова повернулся к безлику. - Что ты от меня хочешь?