Надежда Олешкевич – Стань моим монстром (страница 8)

К обеду нас построили, чтобы объявить о начале третьего испытания. Охари долго говорил вступительную речь, прохаживаясь от одного края строя к другому. Он в который раз напомнил, что еще есть возможность отказаться, рассказал, насколько это опасно и что не желает видеть любого вида сопли в предстоящем походе.

- Герни, Рик, Сивин, Акрэй, Тэпин, Драмен, Ари, Глой, Люмен, Фелио, - отчеканил он наши имена.

Мы по одному выходили вперед, не забывая стоять ровно и слегка приподнимать подбородок.

- Где Акрэй? – прикрикнул Камфри.

- Не явился, - ответил кто-то из стоящих сзади.

- Тогда Карм, ты за него, - объявил он последнего участника нашей группы. – Остальные во второй. Первая завтра выходит, идите готовиться. Вечером отдельный сбор.

Мы быстро разошлись по своим палаткам, собирая вещи в длительный поход. Еще было неизвестно куда именно направимся, но предполагалась не двухдневная пробежка по лесам. Я думал, что можем застрять и на неделю, если не больше.

На вечернем собрании, где мы уже сидели на стульях в тускло освещенном шатре, узнали все точки, которые предстоит посетить. По рассказу Охари стало понятно, что в дороге проведем очень много времени, ведь придется дойти до Сталиков, потом добраться до Туманного леса и там еще топать к самим Красным ущельям. Только теперь узнал, что слишком мало положил в свой мешок еды.

На следующее утро мы отправились в ближайший черш. Нам не впервой выдвигаться в длительный поход, но никогда раньше численность не была настолько мала. Всего десять человек в предводительстве нашего Охари. Вскоре должны дождаться и второго, старшего, назначение которого в походе полностью не известно.

Зачем закаленным в многочисленных тренировках два надзирателя? Казалось, что он больше будет присматривать не за нами, а за Камфри, чтобы тот не относился предвзято к своим ученикам. Тоже вариант. Или предстоящее испытание настолько сурово, что без присутствия опытного Анахари просто нельзя обойтись.

Я шел в первых рядах, не желая плестись сзади. Раньше со мной всегда находился Люмен с братом, иногда присоединялся Герни или Тэпин с Кариром, который не прошел дальше. А сейчас приходилось сдерживаться, чтобы не обернуться на друга, теперь замыкающего нашу группу.

Пришел к выводу, что не стоит жалеть по поводу сказанной шутки. Он все-таки умный малый, должен был понять ее. Поэтому причина такой отстраненности была в другом, и это не давало покоя.

Когда подошли к ближайшему чершу, услышали какие-то вопли вперемешку с криками. Не думая ни секунды, всей группой направились туда.

На крайней линии поселения обнаружили рыдающую женщину, которую окружила огромная толпа людей. Наш Охари с трудом пробрался к ней, сразу же приседая рядом.

- Что случилось?

- Там… - сквозь всхлипы проговорила она, указывая в сторону леса. – В двор… гатагрия, - и снова разрыдалась, голося на всю округу.

Камфри встал, внимательно осмотрел присутствующих и подошел к самому спокойному. Всего лишь посмотрел на него, после чего тот начал пояснять:

- Гатагрия прорыла яму под забором.

- Яму? – послышалось сразу с нескольких сторон от наших рядовцев.

Черное животное никогда не будет так поступать. Оно прыгает, высоко, быстро, ни на секунду не останавливаясь. Может женщина перепутала гатагрию с другим зверем?

- Именно яму, - мужчина в годах поднял палец, оборачиваясь к нам. – Потом Лизи начала отбиваться от нее. Животное пробиралось внутрь, рычало, много раз пыталось ударить лапой. Чуть ногу не откусило, но находчивая женщина успела прикрыться веником, который развалился в щепки от огромных зубищ.

Так и хотелось вставить свое слово, чтобы уточнить по поводу «отбиваться». Чем? Как? От гатагрии? Серьезно? Но Охари был главным, он опрашивал мужчину, и я не имею никакого права встревать с уточнениями.

- Покажите нам то место, - попросил Камфри после окончания рассказа.

Тот кивнул головой и пошел на выход из черша, чтобы подойти к зданию с другой стороны.

Во дворе пострадавшей слышались голоса, которые раз за разом повторяли, что это немыслимо. Они ругались на фуласов, которые не проследили за двором, обвиняли во всем власть, не удосужившуюся лучше придумать защиту для чершев. Но разозлило больше всего, что смогли приплести к виновникам и Анахари, который бродит непонятно где, не защищает их земли, совершенно перестал выполнять возложенную на него обязанность.

Я даже сделал шаг по направлению к ним, но меня задержал Герни, взявшись за руку.

- Не надо, им бы только помилитисить.

- Ты о чем? – попытался сделать вид, что не собирался ничего высказать в защиту Анахари.

Герни усмехнулся сам себе, отпуская мою руку. Он понял мой порыв, но и знал любимую привычку, поэтому давно перестал обращать внимание на такого рода ответы.

Охари тем временим пристально осматривал вырытую яму, следы больших лап рядом с этим местом, нашел немного черной шерсти снизу на заборе. Не забыл уточнить у нашего провожатого время, когда все произошло. Оказалось, не прошло и пятнадцати минут. Он проделал все это довольно быстро, поэтому вскоре отдал приказ:

- Расходимся в ряд, тихо двигаемся вперед. Окружаем в кольцо, не издаем ни звука. Поймавшему могу засчитать испытание.

От последних слов рядовцы заметно оживились, быстрее выполняя его указания.

Мы аккуратно шли вперед по следам животного, не надеясь увидеть его. Ведь зачем гатагрии останавливаться тут, когда может в это время быть уже на другом краю Малого леса. Но к великому удивлению - заметили.

Некоторые застыли на месте, видя, как зверь вылизывает свою шерсть. Остальные, менее внимательные, продолжили двигаться, небрежно ворочая головой. Хотелось остановить их, попросить быть более осторожными, лучше смотреть под ноги, ведь у этого зверя отменный слух.

Так и тянуло сейчас найти все сильные и слабые стороны в нашем отряде. Подмывало на секунду притормозить, чтобы перестроиться, распределиться иначе. Но Охари сейчас за главного, он ведет нашу группу, поэтому сдерживал любые порывы и тихо продвигался вперед.

Странная гатагрия нам попалась. Она встала, чуть прошлась, всматриваясь вдаль, совершенно не обращая на нас внимания. Я думал, что такие животные всегда вслушиваются, настороже, никогда не теряют бдительность. Еще на входе в лес должна была почуять, увидеть раньше, тише двигаться, замечать каждый шорох. Гатагрии мало кого боятся, но тем не менее всегда пытаются контролировать ситуацию. По крайней мере рядовцам давали такую информацию при обучении.

Мы осторожно двигались к ней, прячась за деревьями, ступая только на мягкую землю, стараясь не издавать не единого звука. Как минимум четверо из нас так делало, а остальные вели себя менее осмотрительно. Особенно Сивин, который случайно наступил на ветку, даже не обратив на это внимания.

От пронзившего тишину треска гатагрия повернула к нам голову и в долю секунды скрылась из виду, убегая глубоко в лес.

- Мар. Ну ты майм, Сивин, - вскрикнул Тэпин.

- Чего это? – удивился тот.

- Мы ведь ее почти окружили, - покачал головой Герни.

- В смысле? – Сивин никак не мог понять, что сделал не так.

- Будь внимательнее, - похлопал его по плечу Охари, подавая знак остальным, чтобы двигались за ним.

- Под ноги смотреть не учили? – снова послышались возмущения Тэпина.

Когда выходили из леса, в черше опять послышался женский визг, но рассмотреть или понять в первые пару секунд так ничего и не получилось. Мы все разом побежали туда, обнаруживая побледневшую женщину с трясущимися руками. Ей уже помогали остальные, пытаясь выпытать что произошло, но она ни слова не могла промолвить. Оказалось, что даже кричала другая.

В конечном итоге разузнали, что гатагрия снова наведалась в этот черш, но испугалась разбитого кувшина с молоком и просто убежала, не причинив женщине никакого вреда. Та раз за разом тихим голосом вспоминала ужасную картину, когда животное крушило ее двор, но потом услышало звон, от чего быстро скрылось из виду.

Меня все интересовало, с каких это пор грозный черный зверь стал таким боязливым, убегающим от обычного звона, и не нашел силы противостоять обычному венику. Две женщины с разными историями, не укладывающимися в голове. Я бы расспросил их подробнее, задал кучу вопросов, пытаясь докопаться до истины.

Гатагрия не такая, совершенно. Убежать, никого не убив? Смешно!

Нет, я не кровожаден, рад, что все обошлось всего лишь их испугом. Но эти рассказы удивляли, поражали и немного возмущали. Заметил, что парочка ребят так же не поверила им, но никто не встрял в расследование Охари, который знал, что надо делать в такой ситуации.

Или ему так казалось. А хотя, не стоит подвергать сомнению его опыт. Лишние расспросы от Камфри ничего не дадут, а только еще больше расстроят трясущихся женщин, ведь сути дела это не поменяет.

Мы еще пару часов обходили округу, пытаясь напасть на след животного, но никто ничего не заметил. Я свой участок исследовал полностью, но надеяться найти в нем следы было глупо – мне досталась площадь совершенно с другой стороны черша, куда не могла побежать гатагрия.

По истечению отведенного времени собрались у трактира, намереваясь хоть немного перекусить. «Темный Герр» - такая надпись красовалась на вывеске у входа в дом, в котором нам разрешили задержаться всего на полчаса.