Надежда Олешкевич – Стань моим монстром (страница 31)

- Ари, - слишком много воодушевления прозвучало в голосе Накиры.

Перед глазами промелькнули все события в пещере. От одного только воспоминания снова захотелось назвать Ее Цветочком, погладить, улыбнуться, прижать к себе, почувствовать запах и ощутить жар на коже. Но желание продлилось всего секунду, пока не вспомнил преображение в зверя, убийцу, монстра.

Быстро нащупал губу девушки, чувствуя в тот же момент руку на своей груди. Она не отталкивала, а наоборот аккуратно дотронулась и медленно двигалась вверх.

Забавное ты существо. Одним только прикосновением можешь возбуждать. Мар, зачем ты рот приоткрыла? Я ведь…

Провел большим пальцем по нижней губе и влил утасипию, но разлил из-за дрожи в собственной руке.

Она начала кашлять, чуть дернулась, но потом только ослабла, быстро погружаясь в необходимый мне сон.

Что-то шевельнулось в голове, то ли совесть, то ли отчаяние или вообще разочарование. Наклонился, упираясь лбом Ей в плечо.

Не так, не правильно сделал. Иначе, надо было как-то иначе. Но почему?

Только после шума, исходящего от кентавра, вспомнил где сейчас нахожусь. Времени было мало, ведь не знаю когда четвероногие просыпаются. Если с первыми лучами, то мне стоит поторопиться. Слишком долго выжидал.

Так, а теперь иди сюда.

Поднял Ее на руки, удивляясь хрупкости и маленькому весу. Слишком легкая.

Ты кушаешь вообще?

Медленно шел, двигаясь навстречу выходу. Иногда замирал, слыша шум сбоку. Так хотелось бежать, но сдерживался. Ведь не смогу добраться до сарена, если меня обнаружат кентавры. На двух ногах с ношей я значительно медленнее копытных.

Но все прошло успешно. Смог найти чешуйчатого, не издав никакого шума. Закинул неподвижное тело и уселся сам.

- Ну что, в Кентрон?

И хотел уже два раза хлопнуть по шее, но замер.

Почему туда? Надо отвезти девицу, отдать на исследование, чтобы была возможность определять таких же как Она. Но тогда в Анатоликан. Там лучшая лаборатория, больше ученых. Для подобных целей стоит отправиться туда.

Но тогда я вообще домой не успею. Может отвезти в свой Вотиан и просто отдать в фулисарий? Пусть сами разбираются.

Сидел на ездовом животном, придерживая рукой тело Накиры, и не мог определиться, пока не услышал громкий гортанный крик какой-то птицы. Сразу подумал, что это астопи, но они не водятся в таких местах.

- Мар, - выругался, когда понял, что времени ни на что не осталось, и теперь надо как можно быстрее уезжать.

Все равно куда, главное подальше, чтобы не заметили, не увидели, не начали погоню.

Я хлопнул два раза по шее сарена, без промедления отправляясь в путь. Длиннохвостое бежало быстро, но не на пределе, ведь слишком большой груз на нем оказался в этот раз. Они вообще не любят тяжесть. Как бы не хотелось быстрее, но приходилось ехать так, в неполную силу.

И это огорчало. С такой скоростью не было впрыска адреналина в кровь, краски по бокам не смазывались, оставались отчетливыми корры с рилиями на них.

Спонтанно, не выбирая определенную сторону, поехал в Анатоликан. Было три совершенно разных направления, а повернул в дальний полл, лишая себя возможности последний раз побывать дома, увидеть маму, брата.

К окончанию второго дня я полностью выбился из сил. Оставалось совсем немного, потерпеть всего лишь ночь. Но не смог. Слишком давно не спал. Пока ехал за этой девицей, что сейчас лежала возле меня на земле, разрешил себе подремать от силы пару часов, потом забирал из логова кентавров, а теперь настолько спешил, что не позволил себе подобной роскоши. Хорошо хоть на пути встретился еще один черш, где обменял сарена на нового и купил утарисию.

Да, эта ута бодрит, не дает уснуть, но тело само по себе ослабло. Как бы не пытался все успеть – придется отказаться от поездки домой. Не получится просто избавиться от девицы, оставив на исследование ученым. И все из-за боли, которую ощутил после Ее побега из пещеры.

Ведь не могут ни с того ни с сего в определенном ритме сдавливаться органы. Звон тогда был настолько силен, что я непременно должен был оглохнуть. Уверен, что Накира во всем виновата, поэтому придется с Ней перед расставанием поговорить, выяснить, узнать. И пусть только попробует не ответить. По выражению лица увижу, когда врет. Не отвертится. Специально связал руки за спиной, чтобы не смогла превратиться в гатагрию и убежать.

А еще от утарисии у меня начались видения. Постоянно казалось, что кто-то преследует. И астопи высоко в небе мерещился. Эти белые птицы не летают в таких местах.

Надо поспать.

Как же сейчас завидовал Ей, что так долго видит сны. Два дня спокойно лежала передо мной на сарене, не ворочалась, просто мирно отдыхала. Мой взгляд часто опускался на Накиру. Видел только спину, но и от этого было не легче. Так хотелось оторваться от уса сарена, дотронуться, провести по позвоночнику, скрытому за грубой тканью, или снова проверить на мягкость волосы, спадающие вниз. Но сдерживался от любого вида контакта с Ней. Хватило нам уже одного случая, от последствий которого до сих пор не отошел.

Зачем остановился? Одна ночь быстрой езды осталась, немного.

Я боялся, что позволив себе малейший отдых, лишу себя возможности благополучно прибыть в полл. Ведь девица проснется, а тогда будет намного сложнее добраться туда.

С трудом поднялся на ноги, чтобы подойти к сарену, отвязать от дерева, потом закинуть девицу и поехать. Уже отдохнул полчаса, можно снова отправляться в путь. Но сразу же плюхнулся на землю, перекатываясь на спину. Звездное небо надо мной быстро пропадало, затягиваясь пеленой, забываясь, исчезая.

Боялся поддаться слабости, но все равно уснул. Хотел, чтобы утасипия действовала на Накиру хотя бы до полла, но кто учитывает мои желания?

Открыл утром глаза и увидел Ее с моим кинжалом в руках.

Глава 13  Зверюга

 Я проснулся от странного шуршания. Сперва хотел просто перелечь на другой бок, но потом вспомнил, что подобные звуки никто рядом не может издавать, кроме Нее. И не ошибся.

Девица сидела ко мне спиной, выгибала ее, намеревалась разрезать моим же кинжалом веревку, неудобно выкручивая пальцы. Она поворачивала голову, желая посмотреть на процесс, но только разочарованно вздыхала. Кортик падал, Накира его поднимала, что-то бубня под нос, и снова пыталась освободиться.

- Помочь? – спросил, приподнимаясь на локте.

- Угу, - промычала Она, ближе пододвигаясь ко мне. – Ой, - подпрыгнула та на своих коленях, поняв кто именно это сказал.

Девица повернула голову, а потом резко начала вставать, собираясь убежать, но так и не успела.

Я быстро забрал кинжал, сразу же засовывая тот в ножны, не дал подняться и принялся перевязывать Ее руки, чтобы сильнее скрепить запястья между собой.

Проснись я позже, то Накира осуществила бы задуманное, потом в эту голову могла забрести мысль угрожать мне, а там кто знает, вдруг решилась бы перерезать горло во сне. На что Она способна? Я ведь только обмолвился с девицей парой слов, узнал о превращении в гатагрию и то, что убила Карма.

Почему не воткнула кортик в землю? Так ведь без особых усилий можно избавиться от веревки. Хотя, хорошо что не догадалась. И мне не стоит делиться подобной информацией, а то в следующий раз не успею проснуться.

Накира пыталась выворачиваться, отползти, но я крепко держал запястья. Развязал веревку и собрался снова обматывать, но замер. Не хотелось делать больно, только не Ей, почему-то именно не Ей. Посмотрел на отливающие золотом волосы, чуть наклоненное хрупкое тело, маленькие руки с загнутыми пальчиками, которые не переставали двигаться.

Неужели ты могла убить человека?

- Отпусти, - рассердилась Она, слегка дергая плечами.

И я почти разжал руки, отпустил, сделал как хотела. Ведь это естественное желание – обрести свободу. Но вовремя вспомнил, что девица может превратиться в зверя, без проблем убежать, после чего снова придется искать. А если не пойдет к кентаврам, то я не смогу найти. Снова буду мучаться от сдавливающей пульсирующей боли, от звона в ушах, падать и проклинать тот день, когда встретился с Ней.

Нет, мы с тобой разойдемся только когда разберемся с тем, что ты со мной натворила, маленькая зверюга. А после сама решай, как справляться с учеными, в чьи руки тебя передам. Там сама доказывай что не убийца, не монстр, не умеешь превращаться в гатагрию, не способна разорвать глотку каждому встречному, что хорошая девочка.

Снова связал Ей руки, стараясь сильно не сжимать, от чего получилось еще свободнее, чем было ранее.

А хотел ведь наоборот. Ладно, пусть так.

Как только руки мои разомкнулись, показалось, что отпустил ценную вещь, которая сейчас встретиться с землей и разобьется вдребезги. Девица плюхнулась на траву, сразу же поворачиваясь ко мне. Глаза Ее, что смотрели из-подо лба, в этот момент были наполнены дикой неприязнью.

Мар!..

Снова повторилась боль, та старая, которую испытывал возле гнезда птаоса. Оказывается, ее бывает так много разновидностей. Лопатки, гортань, ребра, легкие, и много всего остального в области груди обожгло тысячами мелких искр. Я не сдержался и упал на одну руку.

И пусть после этого не отрицает своей вины!

- Перестань, - поднял на нее взгляд во время очередной попытки вздохнуть.

И боль утихла. Снова посмотрел на Нее, хватая ртом воздух. Былая неприязнь у той исчезла. Теперь заметил только любопытство вперемешку с замешательством. А жгучее напряжение в моем теле стало терпимым, всего лишь давящим, сносным. На такое можно не обращать внимание. Но рука сама потянулась, чтобы потереть грудь.