Надежда Олешкевич – Стань моим монстром (страница 26)

Но это длилось всего лишь короткий миг. Ведь потом глаза Киры начали метаться из стороны в сторону. В Ее взгляде появился страх, отвращение, дикая неприязнь. Как от удара током, стала вырываться из моих рук и отползать назад.

Чего ты испугалась? Не видела никогда мертвого животного или я что-то сделал не так?

Начал медленно приближаться.

- Успокойся, все хорошо.

А спокойствия у меня самого не было, ведь сейчас Она разрывала своей реакцией ту незримую нить, которая с первого взгляда на Нее образовалась и теперь почти окрепла. Это раздражало и заставляло нервничать. Ведь человек, к которому тянулся всей душей, начал смотреть на меня как на монстра. Словно я на Ее глазах брата убил, вырезал последнего человека в черше и съел его органы.

Она тихо вскрикнула и понеслась со всех ног отсюда, чуть ли не падая на ходу. Убегала от меня, как от огня, потопа, цунами, как от целого выводка акотров, неожиданно выползших из-под земли. Совсем недавно думал, что получить по лицу хвостом птаоса больно. Но с тем, что ощутил сейчас, оказалось даже не сопоставимо. В горле пекло, в груди наливалось свинцом, шею сводило, а лопатки начали болеть. Только в этой области было неприятно. Ни голова, ничего ниже пояса не пострадало. Только там. Хотелось глотнуть, но во рту пересохло. Хотелось размять шею, но голова не двигалась. Надо было повести плечом, чтобы поправить лопатки, но то не поднималось. Стоило ударить себя в грудь - убрать оттуда лишний груз, но не находилось сил.

Как от енамара убегала.

Сразу же пришел в голову образ этого зверя: вздутые вены на белой морде без шерсти, два острых клыка среди остальных треугольных зубов, излучающие багряный свет глаза, скрюченное небольшое туловище с выступающими на горбатой спине шипами внушительного размера и длинные когти, с помощью которых те и перемещаются по стенам различных пещер. Неприятные создания. Ими пугают детей в Дутикане. Как раз рядом идут горные цепи, где те и живут.

Неужели настолько противен?

Мне до сих пор было плохо, физически чувствовал боль по всей области груди. Пытался хоть что-то сделать, но не проходило. Я оперся о скалистую стену, опустил голову и сжимал челюсти как мог, тер лицо ладонью и старался дышать глубже. Не помогало, все равно продолжало давить.

Не стоит долго тут оставаться, быстрее домой, наконец забыть дурацкий поход, выкинуть из памяти Ее и попросить у отца помощи. Пусть научит убирать эмоции полностью. У меня больше не получается справляться. Плевать на наши извечные ссоры. Вытерплю, переступлю через себя. Может ута есть какая?

Я подобрал свой кинжал, вытер и засунул в ножны. Орган же положил в мешок, закрепляя тот на поясе. И все это время не переставал чувствовать давящую боль. Там не пылает, не жжет, не печет, просто давит, неуютно, плохо. Спускаясь вниз заметил Ее, сидящую на песке, следящую за мной. Хотел было подойти, поговорить, но начало сдавливать теперь и легкие.

- Да что это такое? – постучал кулаком по груди, пытаясь убрать, но ничего не получилось.

Завернул в сторону лагеря, собираясь сразу же отправляться домой, не задерживаясь ни на минуту, не дожидаясь результатов остальных ребят. Потом узнаю, сейчас главное уйти, подальше, чтобы не надо было сдерживаться, скрывая всю ощущаемую боль от других.

- Как там Кира? – за выступом скалы неожиданно появился Люмен.

- Понятия не имею, - покачал головой и сразу пошел дальше, не собираясь с ним разговаривать.

И только отойдя понял, что больше не хочется беловолосого назвать другом. После чего именно это произошло? Откуда появилась эта неприязнь? Теперь и я к нему относился так же, как он поступил когда-то давно. Ничего не сделал, не сказал, не предал, но Люмен с другой стороны реки. И я не хочу, чтобы тот переходил ее, ступал на мою территорию, пусть просто остается там.

Обернулся, взглянул на ухмыляющееся лицо и утвердился в своем отношении к нему. Как, когда, почему? Не знаю. Но так есть. Можно выяснить, но нет желания. Особенно сейчас, когда еле получается не отражать на лице боль, что никак не проходит.

Отдал орган, получил от Камфира разрешение уйти, быстро собрал свои вещи и пошел, помахав ребятам на прощание.

- Ари, - окрикнул меня Герни.

Я остановился.

- Точно не хочешь с нами пойти в развалины Мароса?

Отрицательно покачал головой и выдвинулся в путь. Не до разговоров, слишком болит, челюсть разжать не могу.

Подходя ближе к пустыне, снова заметил Ее. Не знаю почему, но вскоре на легкие перестало так давить. Словно это девушка во всем виновата. Но такого не бывает, люди не обладают никакой магией и необычными способностями. Только звери.

Путь был не близкий, пару дней только до Кентрона, а там еще неделю на сарене ехать. Приходилось идти быстро, не смотря по сторонам и со всей силы сжимая челюсти. Разжимал, приоткрывал рот, чувствуя потом песок на зубах. Остановился только на повороте в лес. Стена высоких скал шла далеко вперед, но срезать через Малый лес намного проще, хоть немного и опаснее. Там хоть не так жарко, солнце не печет и воздух не такой сухой.

Хотелось спать, но я не позволил себе расслабиться и тратить дневное время на отдых. Ничего, будет еще время. Шел в гору, поднимался вверх, петлял по извилистым тропам и вскоре ступил на мягкую землю, ощутил запах свежести и бодрящей хвои. Вскоре попал в тень, чувствуя разницу палящего солнца внизу, на краю пустыря и легкий лесной холодок.

К закату ноги еле волочились. Слышал сзади иногда звуки, но не обращал на них внимание. Слишком сложно постоянно терпеть неугасающую боль, причина которой неизвестна. Может птаос ядовит? Или я задел какой-то куст?

Костер не разводил, нашел самое широкое дерево и вскарабкался, быстро засыпая в неудобной позе. На земле побоялся, ведь один, внимание полностью притупилось, а сил ни на что не хватит. Лучше так.

Резкий глубокий вздох. Я сел, сразу же просыпаясь. Именно от вздоха, словно мне наконец отрыли доступ к кислороду, убрали лежащий сверху камень, не дающий расширяться легким. Боль частично утихла, теперь не хотелось так сильно сжимать челюсть. Будто глотнул свежего воздуха, дыша перед этим только спертым.

Из-за затянувших небо облаков пришлось выдвигаться в путь. Кто знает как долго будет идти дождь. Чем быстрее дойду до полла, тем лучше.

Накинул на голову капюшон, совершенно не чувствуя влаги под своим плащом, и быстро пошел. Мне снова послышался шум сзади, как и вчера. Только вот состояние тогда не позволяло рассмотреть, а теперь ведь намного лучше. Замедлил шаг, аккуратно оборачивался, но никого и ничего не видел. Я знал, что за мной идут, предполагал кто, но не верил в это.

Дождь закончился быстро, но трава под ногами стала очень скользкой. А тем более я шел в гору, поэтому приходилось аккуратно петлять и часто хвататься за ветки, чтобы случайно не скатиться вниз. Заметил широкое поваленное дерево и решил сделать привал, но не чтобы перекусить. Это я могу и на ходу. Мне надо было увидеть моего преследователя. А тот и не заставил себя долго ждать.

Она… Почему я не удивлен?

Шла, заметила меня, после чего свернула, пытаясь обойти стороной. А вид девушки был просто ужасен. Одежда промокла, руками обхватывала себя, извечные порванные рубашка со штанами, волосы облепили лицо. Помог бы, нашел бы что теплое, согрел, развел костер. Но стоит ли предлагать, если тебя сторонятся?

А как идет… Под ноги смотри, скользко ведь!

Услышал вскрик, потом ветка за веткой начали ломаться, перед глазами промелькнуло падающее кубарем вниз тело, после все стихло.

Внизу была грязевая ловушка или нет? Обычно такие ставят в подобных местах. Но Она ведь позовет на помощь, если попадет.

Снова потер грудь, пытаясь унять надоевшую боль. Прислушивался к малейшим звукам, пытаясь определить сохранность девушки. Не знаю почему, но это было важно.

- Точно не из Кловерка, - покачал головой, когда послышалась парочка неубедительных вскриков.

Побежал туда, сам чуть ли не падая. Увидел голову и руки, единственно не затянувшиеся в грязь, и уже начал просто ехать по покатому скользкому склону. Так быстрее. Достал кинжал и остановился в самом конце, воткнув его в землю. Сразу же схватился за руку девушки и вытащил из слишком простой ловушки.

Не из Кловерка. Жила бы тут, знала бы как выбраться самой.

А она не поднималась, так и лежала лицом вниз, расставив ноги и руки, словно не хотела меня видеть. Потер еще раз грудь и ушел, не собираясь зря навязываться.

Дальнейший путь оказался проще. Чем дольше я шел, тем легче становилось. Боль утихала, становилась не первостепенной, не сковывающей, теперь можно было с легкостью терпеть, не обращать внимания.

Вдруг услышал крики впереди. Побежал туда и осмотрелся. На дереве сидела молодая женщина. Снизу стоял мужчина, прижимаясь спиной к стволу. Сперва подумал, что просто собираются на нем переночевать, и это были не крики, а просто они общаются слишком громко. Но поведение их все-таки настораживало, уж слишком напуганными смотрелись.  Мужчина пару секунд так стоял, а после попытался вскарабкаться.

И тут-то я его увидел.

Из-за кустов выпрыгнул малитир, сразу же направляясь на эту парочку.

Я без промедления свистнул, обращая его внимание на себя.

- Уходите, быстро, - крикнул парочке и начал отступать, уводя животное за собой.