Надежда Олешкевич – Проигранная чудовищу (страница 3)

– Прости меня, Джени. Я обязательно приеду за тобой, – прошептала я и под руководством все того же мужчины забралась в карету.

– Что ж, в путь, – сел он напротив меня.

– А…

– Эверард поедет верхом, так как недолюбливает молодых и столь красивых дам, а потому не будет докучать нам своим угрюмым видом. Ах да, прошу прощения, не представился. Ной Порсэн, – протянул он руку.

Я проигнорировала ее. Ни в коем случае нельзя сближаться с врагом. Пусть он вел себя добродушно – это лишь иллюзия, чтобы усыпить мою бдительность. Придет время, и друг Марвина покажет, каков он на самом деле.

– Раз лорд Эверард недолюбливает, как вы сказали, молодых дам, то зачем же согласился на сделку с моим кузеном?

– Даже мне это интересно, – усмехнулся Ной. – Он предпочитает одиночество, работу и меня, своего лучшего и единственного друга. Наверное, вы ему приглянулись.

– Сомневаюсь.

– Хотите верьте, хотите нет, но Эверард в другой ситуации дал бы за вас пару дуций, а здесь расщедрился – треть выигрыша поставил.

– Как это мерзко, – поморщилась я и отвернулась.

Взгляд через окошко потянулся к папиному поместью, которое окутал плотный утренний туман. Душа рвалась к Джени. Нутро ныло от желания выпрыгнуть прямо на ходу и побежать назад. Обнять цветочек, заверить, что никто не посмеет ее обидеть, что я всегда буду рядом и даже в мыслях ее не оставлю. Хотелось вцепиться в нее. Так, чтобы никто не смог разжать мои пальцы.

Она была права. Я предала…

Мы наезжали на ямы, и карета неприятно тряслась. С трудом удавалось сидеть ровно, всем своим видом демонстрируя, что я не какая-то игрушка, которую можно купить, сломать и потом выкинуть. Я живой человек!

– Хотел бы сказать, что вдали от кузена тебе будет лучше, – спустя полтора часа пути нарушил молчание Ной, – однако с Эверардом тоже непросто. Он сложный.

– Я не нуждаюсь в вашей жалости.

– Позволь дать тебе совет, – подался мужчина вперед.

Экипаж резко затормозил. Нас дернуло, и я упала прямо в руки Ною. Он широко улыбнулся. В этот же момент открылась дверца кареты – и нашему взору предстал Эверард на гнедом скакуне. Плечи лорда прикрывал черный плащ. Волосы промокли от утренней влаги и торчали в разные стороны. Однако в таком растрепанном состоянии они придавали мужчине еще большей грозности и некой черствости.

Я отпрянула, но Ной нехотя ослабил хватку, придержав на миг возле себя, и не сразу поднял голову на друга.

– Поеду вперед, – сказал Эверард, – нужно уладить одно дело. Встретимся в деревне, в которой останавливались по пути сюда. И будь аккуратнее с ней, Ной. Не испачкай товар.

– Товар?! – охнула я. – Да вы ужаснее…

Дверца захлопнулась прямо перед моим носом. Я проглотила остаток фразы, но не сразу справилась с охватившим меня негодованием. Правильно говорила мама: мне будет сложно. С малых лет учителя твердили о покладистости, о необходимости молчать и улыбаться в любой ситуации, что бы ни происходило. Просто терпеть! С помощью красоты и ума завоевать сердца окружающих – и тогда жизнь станет легче.

Видимо, не станет!

– Я ведь говорил, он непростой, – пожал плечами Ной и сложил руки на груди. – А нам с вами придется провести много времени вместе. Не желаете о чем-нибудь поговорить? Дорога утомительна, если нет хорошего собеседника. И я уверен, узнать вас будет весьма интересно.

– Вы ошибаетесь, – укуталась я плотнее в платок, желая сейчас одного – отгородиться от всего мира.

Пусть меня не трогают. Пусть оставят в покое. Мне и до сегодняшней ночи жилось несладко – с лихвой хватало выходок Марвина, который при любом удобном случае упоминал, как жаждет со мной распрощаться. Вот только он никогда раньше не обижал Джени.

Сестренка… Я выглянула окно, но не увидела вдали папиного имения, так как дом давно скрылся за густым лесом. Как она там? Справится ли без меня? Кузен ведь не настолько плох и не отправит ее на Север, не бросит маленькую девочку на растерзание Видящим. В нем еще жили крупицы порядочности и здравого рассудка. Все-таки мы его кровь. Родные люди.

– Как ее зовут? – словно прочитал мои мысли Ной.

– Джени.

– Еще совсем маленькая.

– Да, мама с трудом ее выносила. Были осложнения. Но зато потом как все радовались ее появлению. Маленький цветочек…

– Почему цветочек?

– Потому что как только она начала ходить, сразу невзлюбила цветочные горшки. Опрокидывала их и заставляла прислугу пересаживать растения на улицу. Говорила, что им очень тесно.

– У тебя очень красивая улыбка, – подметил Ной, и я опомнилась.

Нельзя расслабляться! Он враг, нельзя раскрывать ему душу! Зато можно самой попытаться выведать информацию перед тем, как попасть в руки Эверарда. Казалось, тот грубый мужчина менее разговорчив. Он не станет делиться со мной планами и уж точно рассказывать что-либо о себе.

– Откуда вы знаете Марвина? – начала я издалека.

– Встретились несколько дней назад в Крылатой телеге, что в несколько милей отсюда. Мы как раз туда едем. В целом разговорились. Сыграли пару партеек. А потом он пригласил нас к себе – грех отказываться простым путникам.

На улице послышался странный свист. Карета накренилась, но быстро выровнялась и поехала дальше. В окошке я заметила крутую скалу, могучей серостью возвышавшуюся над нами, с другой стороны увидела пугающую плотным туманом пропасть.

– Не волнуйся, Софи, кучер знает, что делает.

– Почему мы поехали этой дорогой? – занервничала я. – Вы разве не знаете, как ее называют?

– Как, если не секрет?

– Разбойничий путь! Нужно остановить экипаж, на нас ведь нападут, – поднялась я, чтобы постучать кучеру через стенку, однако Ной перехватил мои руки и заставил сесть обратно.

Снова раздался свист. Кони заржали. Нас повело вправо, а потом карета завалилась, прямо над резким обрывом, после падения с которого вряд ли удастся выжить.

Противный металлический звон начал давить на уши. Нас затрясло так, что мы высоко подпрыгивали и едва не ударялись головой о крышу. Вид из окошка все чаще показывал пропасть. Уже послышались голоса, топот множества копыт и даже странный детский крик, который быстро затих.

Я вцепилась в лавочку и побоялась разжать пальцы. Казалось, вот-вот распахнется дверца – и мы с Ноем полетим прямо вниз. Уже дрожали петли. От соприкосновения кареты с каменистой дорогой летели алые искры. Я зажмурилась, надеясь, что когда-нибудь этот хаос закончится.

Тишина наступила внезапно.

Прекратился звон, лязг, крики. Я будто оглохла, но через полминуты вновь обрела слух и отчаянно захотела потерять его снова. Рядом с нашим экипажем разговаривали мужчины. Они матерились, хвалили друг друга за проделанную работу и делали ставки, насколько хорош сегодняшний улов.

Карета едва не лежала на боку. Наверное, слева отлетели колеса, поэтому было столько скрежета и шума. Мы с Ноем не шевелились. Он был напряжен, я – ошеломлена.

– Ну-ка, посмотрим, кто там у нас, – один из разбойников запрыгнул на экипаж, который отозвался жалобным скрипом, и дернул на себя дверцу. – Какая милая парочка. Ронар, девчонка должна тебе понравиться, а вот этот отлично будет смотреться в нашем зверинце.

Меня передернуло от его улыбки. Кривые желтые зубы с большими дырами. Подбитый глаз и сломанный нос. Я скосила взгляд на вторую дверцу, надеясь, что через нее можно выйти – уж очень не хотелось попасть в лапы головорезов. О них в наших краях ходило много слухов. Притом не самых лучших!

– Выйдете сами или важным господам нужна помощь? – недобро усмехнулся разбойник.

– Сами, – удивительно спокойно отозвался Ной.

Он выбрался из кареты, протянул руку и мне.

– Я к ним не пойду!

– Не бойтесь, – одобрительно кивнул мужчина.

– Да, малышка, мы тебя не обидим, – крикнул кто-то. – Будем нежными и ласковыми.

Но не успела я совладать со своим страхом и вложить пальцы в ладонь Ноя, как услышала тихий плач. Сердце сжалось до размеров горошины. Неужели это…

За стенкой кареты хлопнула крышка сундука. Раздался всхлип, а потом детский вопль:

– Софи!

Глава 3

Казалось, не прошло и секунды, как я выбралась из кареты и спрыгнула на дорогу. С устрашающим кличем бросилась на ублюдка, посмевшего прикоснуться к моей сестре. Не знаю, откуда взялось столько прыти, но я не только вырвала Джени из его рук, но и толкнула с такой силой, что он упал и даже немного покатился.

Мужчина поднялся на локтях, сплюнул. Я же прижала малышку к груди и только сейчас заметила, сколько здесь собралось разбойников. Все в зеленых повязках, с ятаганами на поясах и жаждой наживы в глазах. Четверо сидели на лошадях. Трое окружили наш сломанный экипаж, колеса которого валялись далеко позади. Двое стояли на выступе горы, держа луки наготове.

– А рыбка не из робких! – засмеялся один.

– И таких мы особенно любим укрощать, – с кривой ухмылкой добавил второй.

Нас начали окружать. Ной заслонил меня спиной, будто защищая. Казалось, они вот-вот нападут и живого места не оставят. Я попятилась, вскрикнула, едва не сорвавшись с обрыва. Почувствовала, как дрожит всем телом цветочек, и от простого понимания, что должна быть смелой ради нее, расправила плечи.

– Что вам от нас нужно? Забирайте все, что необходимо, и уходите.