Надежда Олешкевич – Последняя из рода Дариан. Лабиринт (страница 54)
- Ами-девушка, - замельтешила справа пирри, но я крикнула на нее:
- Не лезь!
Льори испуганно прижала тонкие ручки к груди, а я снова направила весь гнев на невыносимого идиота, потирающего щеку. Толкнула его, потом снова и снова, приговаривая:
- Тупоголовый квох! Да рогзи сообразительнее тебя будут! Решил в героя поиграть, скучно стало? Самовлюбленный болван. А обо мне ты подумал? О своей Лорин, о ней хотя бы! Ненавижу! Убью!
Шай терпел все мои нападения, даже не сопротивлялся. Отступал понемногу, пока не зацепился за корень дерева и не упал. Но даже после не стал ничего предпринимать, смотрел снизу вверх и почему-то улыбался.
Гад!
- А-а-а! - прыгнула на него и затрясла за куртку. - Да чтобы я еще раз полезла тебя спасать. Оставлю умирать, даже пальцем не пошевелю, понял? Ненавижу, ненавижу тебя! Ты хоть представляешь, что мне довелось пережить? Представляешь, сколько я искала сюда дорогу? Нет, тебе на всех плевать. Только своя задница беспокоит! Сам решил, сам вытолкнул, даже не удосужился узнать мое мнение. А вдруг я не хочу, вдруг мне не надо?! Ты потрудился поинтересоваться? Спросил, что я чувствую?! Нужен ли мне отец, хочу ли я его спасать, кого именно я выбрала бы между вами?
Гнев начал угасать. Пришло осознание, что по щекам бегут слезы. Но сейчас меня не заботил сей факт, ведь я его нашла…
- Шай, - прошептала я и впилась в его губы, словно истративший на невидимость всю силу воюн.
Целовала, не могла остановиться. С трудом дышала. Не понимала, что делаю. Казалось, сходила с ума. Мне было мало. Я безумно боялась, что все это сон, и на рассвете снова потеряю моего аристократа. Проснусь с пустотой внутри, которую не заполнить, и буду дальше бороться, потому что иного пути нет. Без него меня нет…
- Шай… Это вправду ты?
- Я, кислинка, это я, - тепло отзывался он, отвечая на поцелуи.
Гладил по волосам, по спине, прижимал к своему телу. Был рядом, рядом со мной, хотя по-прежнему не верилось.
Аристократ заставил отстраниться, заглянул в глаза. Вытер большим пальцем мокрые дорожки с моих щек.
- А ты изменилась, исхудала.
К чему пустые разговоры? Впитывать бы всю его нежность, эти прикосновения. Смотреть на него. Вдыхать любимый запах. Слушать его голос, на который приятной вибрацией отзывалось внутри, и снова целовать.
- Я соскучилась. Шай, я… - слова стали поперек горла, я даже подумала, что выгляжу сейчас глупо и надо завершить начатое, вернуть его назад в академию, а потом уже вести задушевные беседы.
- Нет уж, - не позволил мне подняться аристократ, - продолжай.
- Пора идти.
- Я никуда не спешу.
- Миар разрастется, - завозилась я в его объятиях, хотя предпочла бы остаться в таком положении на веки вечные.
- Закроем каждый сет, не беда. Продолжай, кислинка. Что ты хотела сказать?
- Ничего?
- Врешь мне, - нахмурился колдун.
- Вру, а как иначе? Думал, семь с половиной месяцев, что тебя не было, пройдут бесследно? Я злюсь на тебя, иэн Гальтон. Так злюсь, что, рогзи знают, как сильно побить тебя хочу. Сначала привязал к себе, влюбил, а потом вытолкнул из миара, будто не нужна стала. И не говори, что все ради меня. Я была без семьи всю сознательную жизнь, думаешь, теперь мне отец понадобился? Может, я оставить его здесь хотела, об этом ты не подумал? Да я за это время виделась с ним лишь раз и совершенно случайно. Я по-прежнему одна! Теперь даже шойна нет рядом. Этого ты добивался? Хотел, чтобы страдала без тебя? Решил этим поступком показать свою значимость?!
Я опять злилась, выдавала слова невпопад, а этот квох улыбался все шире. И глаза блестели, словно два ночных пульсара.
Стукнула его кулаком в грудь и, вдруг всхлипнув, чего не ожидала от себя, разревелась. Уткнулась носом в теплую шею. Обняла. Вцепилась так сильно, что теперь никаким колдовством не оттащить.
- Тише, моя кислинка, - погладил меня по голове Шай. - Я здесь, с тобой. Теперь ты никогда не будешь одна, слышишь?
А эмоции били через край. Я так растерялась из-за собственного поведения, что никак не могла собрать волю в кулак и перестать разводить мокроту.
- Шай, - прошептала, едва истерика прошла и я уже просто лежала на груди моего аристократа, - я без тебя не дышу.
Отстранилась, даже переползла с него на траву и, вытерев нос, наверное, сейчас очень красный, уперлась взглядом в его длинные пальцы.
- Я… понимаю, что сейчас выгляжу глупо…
- Нет, говори, - сел напротив колдун и взял мои руки в свои. - Я слушаю.
- Мне без тебя плохо, - все-таки посмотрела в бездонные омуты его глаз. - В груди невыносимо болит. Я сейчас выгляжу наивно, признаваясь тебе в этом, потому что для тебя, как поняла, даже дня не прошло, а я уже пережила вечность. Не засыпала и не просыпалась, будто не было нового дня, вечно видела рядом тебя, выпадала из реальности, порой так погружалась в собственное горе, что не сразу понимала, где нахожусь: в нашем мире или в миаре. Просто все было однообразно и серо. Я… не дышала без тебя.
- Это лучшее признание в любви, которое я вообще мог услышать. Иди сюда, моя заплаканная колючка. И я тебя люблю. Спасибо.
- За что? - пропищала, вновь оказываясь в дарующих умиротворение объятьях.
- Что боролась и пришла. Я не ошибся в тебе.
- Ах ты гад! - ударила его по груди и задохнулась от внезапного поцелуя.
Соленого, чувственного, наполненного глубины и всех невысказанных эмоций. Внутри все затрепетало. Стало легко-легко.
- А теперь объясни, почему над нами летает моя пирри и обиженно дует щеки?
- Без нее я не нашла бы тебя. Нужна связь, желательно кровная. И так как твой отец от тебя прилюдно отказался, я… Ой, прости.
- Как интересно. Продолжай.
- Я не хотела это говорить вот так, извини.
- Ничего, - качнул головой мой аристократ, но я заметила, что сей факт больно его ранил.
- В общем, оказалось, что связанный зверь тоже подойдет. И сейчас мы оставим ее здесь.
- Что?! - противно пискнула прямо мне на ухо пирри.
- Шай тебя позовет, и ты сразу появишься рядом с ним, мне воюн говорил, что так можно.
- Я не останусь. Это же ортониус! Он сожрет меня. Нет, нет и нет! Ты посиди здесь, а мы уйдем, - нагло заявила малявка.
В поиске поддержки я посмотрела на Шая. Это его связанный зверь, пусть сам уговаривает.
Пришлось приложить немало усилий и показать верх красноречивости, принцу, конечно же, чтобы убедить упрямую пирри, что это единственный выход. Я лишь поражалась, откуда у колдуна столько терпения. Он был предельно осторожен, мил. Я уже давно поставила бы ее перед фактом и не тратила бы столько времени.
Потом мы взялись за руки и, уничтожив новый след, но уже от копыта, оказались в Лабиринте, который словно прочел наши мысли и сразу же выпустил за свои пределы.
А там нас встречали гости. Были какие-то совершенно незнакомые люди по всему периметру поляны, которые моментально подобрались, стоило нам появиться. Мой шойн стоял рядом с Лорин. Удерживал девушку на одном месте, положив ладонь ей на плечо. Зато менталиста нигде не было.
- Шай! - дернулась к нему блондинка, однако поморщилась и взглянула на своего деда. - Почему я не могу к нему подойти?
- Ами, - вместо ответа произнес шойн, - ты выбрала не самое лучшее время, чтобы освободить из недр Лабиринта принца.
- Позволь это мне решать.
- Девочка, - весомо заговорил он. Обычно после такого обращения я замолкала и безропотно слушала все наставления или упреки, однако сейчас все было иначе.
- Не волнуйся, я не помешаю вам, - сказала и, сильнее сжав руку наследника, направилась прочь, да только мне преградили дорогу незнакомые колдуны.
- В столице, да и в целой Надмирии сейчас опасно для тебя, - безгранично спокойный голос шойна раздался за спиной.
Я усмехнулась. Почувствовала, как Шай провел большим пальцем по моему запястью в намерении поддержать.
- Не уверен, что даже в закрытой академии тебе будет безопасно. Можешь спрятаться в нашем логове или…
- Предлагаешь бежать? - обернулась.
- Да, - жестко отозвался шойн и глянул на принца, - но без него. Он станет обузой.
- Вы даже не знаете меня!
- Не надо, Шай, - попыталась снова шагнуть нам навстречу Лорин, но лишь поморщилась от сжимающихся на ее плече пальцев. - Это мой дедушка, он оказался жив! Шай, твой отец…
- Знаю, - грубо прервал ее аристократ и громко позвал: - Льори!