реклама
Бургер менюБургер меню

Надежда Мунцева – Сборник прикольных сказок для взрослых и детей (страница 7)

18

Дракон моментально превратился в Издрака, он, даже не поприветствовав спасительницу принцессы, бросился к ней, схватил и начал ощупывать руки, ноги, бормоча что-то вроде:

– Ох, кажется, цела, милая, ты не ушиблась? Прости меня, прости!!! Не знаю, как это получилось! Я чуть не поседел!!!

Принцессе стало и смешно, и чего уж тут скрывать, приятно.

– Драконы не седеют, – раздалось со стороны спасительницы.

– Ну, значит, я был бы первым, – буркнул Издрак, – здравствуй, тетушка, благодарю тебе за её спасение!!!

Тетушка только плечиками пожала, мол, рада, что смогла. И пригласила несладкую парочку в дом.

Почему принцессе вдруг захотелось держаться за руку дракона, она бы и сама не смогла объяснить. Но, тем не менее, в дом тетушки они вошли, держась за руки, как добрые друзья из старшей подготовительной группы детского сада.

Конечно, просто домом жилище драконицы назвать было нельзя. Скорее, величественной виллой.

Но внутри было так уютно и непарадно, что создавалось именно ощущение именно что дома. Того самого, где всегда ждут, где в ожидании тебя всегда пыхтит пузатый чайник, и ждёт накрытый стол. И даже если он ещё не накрыт, ничего страшного, вы накроете его вместе. И может быть, так получится даже вкуснее.

Гостей сначала отправили в туалетную комнату, чтобы привели себя в порядок.

Дракон почему-то решил, что до второй идти слишком далеко, аж за целый угол, и остался ждать в коридоре, пока выйдет принцесса.

Она, умывшись и причесав волосы, глянулась в зеркало, и…

– Да что ж это такое?! – если бы не крепкие руки мужчины, подхватившего её, покатилась бы по полу.

– Каблуком зацепилась, спасибо, – буркнула она, пряча смущенный взгляд и порозовевшие щечки от дракона.

– Опять каблук виноват, – улыбнулся тот, поправляя прядку, выбившуюся из прически девушки.

Чему они весь обед улыбались, сидя за столом, не узнал никто. Но тетушка точно заметила, как смущенно отводила глаза принцесса, и с каким огнем в глазах провожал каждый её шаг племянник.

А ставки в тот день остались на прежнем уровне. Потому до поместья тетушки так просто не доберешься. И новых сведений никто получить не смог.

Когда сладкое очень полезно

Разговор за столом, что было вполне ожидаемо, крутился вокруг того, за чем прибыла принцесса.

Вокруг Оккамиев.

Больше всего Зарине, принцессе, хотелось узнать, как же получилось их поймать, чтобы потом начать разводить. Тетушка Издрака сначала только хитро улыбалась.

А потом когда дело дошло до десерта, раскололась.

– Я их и не ловила, – изящно откусила она кусочек воздушного пирожного, невинно глядя на Зарину.

– А как тогда?! – девушка чуть не подпрыгнула на своём стуле от нетерпения.

– Да всё случайно получилось, – тетушка, испытывая терпение слушателей, отпила чаю, – ладно, ладно, – рассмеялась она, видя глаза гостей, – рассказываю. У них есть одна особенность, о которой, похоже, не знает ни один маг, и ни один исследователь этих созданий. А выяснила я это всё на самом деле совершенно случайно!

Как-то раз мне захотелось полетать, отвлечься от забот. А зная себя, то, что могу увлечься и упорхать очень далеко, – тетушка задорно улыбнулась, – я, конечно же, взяла с собой перекус.

И вот приземлилась на восхитительно прекрасном плато. Там такая красота была, такая природа, …вижу, вижу вам не до описаний природных красот, – лукавая улыбка тетушки точно говорила, что она всё это делает специально, тот ещё тролль, высокого, высокого уровня, – а я, надо вам сказать, та ещё сладкоежка, – она опять изящно откусила кусочек пирожного, запила его чаем, вновь нарочито простодушно поглядывая на закипающего племянника и его не менее уже почти скворчащую спутницу, – разложила я, значит, перекус на пледе, – рассказчица хотела было потянуться за новым пирожным, но вовремя поняла, что оно может стать фатальным, хихикнула, и продолжила, – сижу, ем, медитирую, предвкушая на пирожные, и чуть, чуть отвернулась. Поворачиваюсь, а одно из пирожных шустро так убегает со скатерти.

Ну, я осторожненько, чтоб не спугнуть воришку, вытянула шею, гляжу, а там красота невиданная!

Не то змей, не то небольшой дракончик, не то птичка.

Уже моё миндальное пирожное попятила, и наворачивает. Аж урчит! Ну, думаю, такое упустить нельзя! А ловить не хочется, напугаю, сбежит и поминай, как звали.

Пододвинула в ту сторону все сладости, что со мной были. Так оно ничего, кроме миндальных пирожных не тронуло.

Понятненько, значит, что делать.

Я на то плато потом неделю моталась, с пирожными, миндальными. На третий день мой воришка не один явился. С сестренкой и братишкой. На пятый уже мама с ним пришла. Прилетела,…приползла, тьху ты! Появилась, короче.

Ну, я и заявила, что если они согласятся отдавать мне скорлупу от яиц, и жить у меня в поместье, то им каждый день будут печь столько миндальных пирожных, сколько их душенька пожелает.

Они там чего-то пострекотали, потом папа их вышел, раньше в засаде сидел, чтоб отбить, коль что.

Вот так, домой мы летели целой компанией. Они у меня прижились. Потом ещё родичей позвали. Так их поселение разрослось.

А у меня всегда есть скорлупа от их яиц.

– Так просто…– охнула принцесса.

– Да, но я требую, чтобы вы никому об этом не рассказывали. Потому что у Оккамиев ценна не только скорлупа, но и перья, и шкура. Сами понимаете, что будет, если об этой их слабости узнают те, кому этого знать не следует.

Принцесса и дракон без колебаний поклялись свято хранить тайну.

А тетушка хихикая, поведала ещё одну милую подробность.

Её жильцы, Оккамии, иногда просят испечь пирожных больше, чем обычно, и приглашают на пати вечеринки свою родню.

Ох, сколько они потом хозяйке перьев дарят! И когда кожу скидывают, не скупятся.

Так что, все в выгоде.

Принцесса была просто очарована рассказом, и когда тетушка позвала их смотреть на её питомцев, с её разрешения прихватила солидную корзинку с миндальными пирожными.

До шикарных помещений, где размещались Оккамии дошли очень быстро, как принцесса не побежала, объяснить можно было только тем, что дорога была ей не известна.

Когда они вошли внутрь, в первый момент всем показалось, что там пусто. Но тетушка негромко сказала:

– Это свои. И они принесли вам вкусного!

И тогда гости узнали об ещё одной способности невиданных питомцев. Они в минуту опасности могли становиться невидимыми. Возможно, потому их почти никто в нашем мире и не видит. Потому что, за опасность они принимают всё. Иногда даже тех, у кого в руках есть миндальные пирожные.

Но если у вас будет желание, вы всё же идя в горы, возьмите с собой корзиночку с этим лакомством, вдруг повезет? И домой вы вернется с новым другом.

Когда невиданны зверушки начали проявляться, Зарина чуть не задохнулась от восторга. Такая красота не часто встречается в нашем мире.

Оккамии, почуяв знакомый запах, потянулись поближе к девушке. Она протянула руку, чтобы погладить хохолок одного милого малыша.

Почему Издраку показалось, что её сейчас клюнут, не понятно, но он громко вскрикнул:

– Осторожно!

– Тихо! – шепотом рявкнула тетушка, – они не любят громких звуков.

Но было поздно. Перепугавшись, малыш начал увеличивать в размерах, да, да, эту подробность Джоан Роулинг точно описала.

А глядя на него, начали раздувать его братишки, сестренки и их родители.

– Бежим! – тетушка схватила Зарину за руку, и потянула из комнаты, уже почти заполнившуюся телами Оккамиев.

Издрак стоял на другой стороне, и не успевал убежать. Никуда он не успевал.

– Издрак!!! – наплевав на всё, завопила принцесса, кидаясь обратно в комнату, она немного воинственно размахивала корзиночкой, и вдруг до неё дошло.

Выхватив одно пирожное, Зарина по наитию определила, где ближайший клюв, и сунула в него сладость.

Послышалось курлыканье, существа начали уменьшаться, и скоро вокруг принцессы толпились все жители этого домика, размером с хороший такой, многоквартирный дом, умильно курлыча в сторону корзинки.

Зарина кормила подхалимов, уставившись на тетушку, несущуюся к племяннику.

Потом не выдержала, поставила корзиночку на пол, еле сумела пробиться сквозь пернатую толпу, и ринулась туда же.

– Издрак, ты как? – упала она на колени перед почти плоским драконом. Его так прижало, что он был похож на постер самого себя.