Надежда Мунцева – Полисдрак Дрангинс и его друзья (страница 23)
Она несколько раз оглядывалась назад. Её кавалер тоже пытался рассмотреть, что она пытается там увидеть, но тут, же отвлекался на спутницу, засыпая её комплиментами.
Но она всё больше и больше беспокоилась.
Они прошли примерно около квартала. Свернули в маленький, безлюдный переулок.
Девясилка снова обернулась. Зло выдохнула. Развернулась полностью.
Вновь очень, очень зло втянула в себя воздух, выдохнула:
– Я вам говорила, нечего за мной следить?! Я вам твердила что я уже взрослая?!
Ничего не понимающий Финк во все глаза уставился на красивую девушку.
Через мгновение он подпрыгнул и отскочил в сторону.
Вместо девушки на улице, еле вмещаясь в узкий переулок, стоял девятиглавый дракон.
Грозно дышащий в сторону двух фигур, примирительно вытягивающих ладони в её сторону.
Я вас прощаю!
Туш…масс…тьху ты!
Девятиглавый дракон, надвигающийся на тебя в узком переулке, это серьезно, знаете ли!
Особенно, когда вспоминаешь, что сам же этого дракона учил драться! А ответить не сможешь, потому что девочек не обижаешь!
Братья величественно и победоносно над пространством отступали.
Из переулка. И, наверное, зря. Потому что переулок выходил на широкую улицу. Авеню прям.
И вот там-то Девясилка и задала братишкам жару. Нет, в свои истинные ипостаси они обернулись. Но толку?!
Девочек-то они и в семи и пятиглавом виде не обижали!
Финку ничего не оставалось, как стоять в сторонке, чтоб хвостами не смели. Он был магом. Но в этом месиве…мда,…какая уж тут магия…хорошо, что Девясилка принцесс не похищала, у драконов девочек с этим разумней всё же. Или понимают, что истерику, настоящую, умеют не только драконы учинять. Иначе бедные были бы рыцари. Да…
Когда она наконец-то выдохлась, и, махнув на братьев пару, тройку, ладно, ладно, десяточек разочков хвостом дополнительно, обратилась вновь девочкой, братья уже…лежали, вообще-то…
А вот думать надо! Сами сестренку драться научили, и сами нарываетесь?! Как так-то?!
– Девясилка, – донеслось жалобное оттуда. Оттуда, ну…сами понимаете, – Девясилка, не злись, а?
Девушка, задрав нос, фыркнула. Потом ещё раз. Ещё. Но сжалилась-таки:
– Я вас прощаю! – кинула она небрежно.
– Прощает она, – кряхтя, поднялся с земли Семерик, – а у нас прощения попросить?!
– ЧШШШТО?!!! – сверкнувшие глаза сестрицы очень, очень ясно дали понять братишкам, что…
– Ладно, ладно!!! – загомонили они хором, – проехали! Мир?
– Только если вы следом не потопаете! – строго ответила сестра.
– Ладно, – тяжело выдохнули братишки.
Потом им обоим пришла в голову мысль, и они уже с любопытством уставились на Финка.
– Милая, – подставил тот локоть своей даме, – мы ещё везде успеваем!
– Слушай, – сказал Пятерик Семерику, – а ведь, если он это видел, и не дал деру, может и ничего? Нормальный парень?
– Поживем, увидим, – проворчал брат.
Девясилка и Финк на самом деле везде успели, и чудесно провели вечер.
Файли устала удивляться! Последние дни она только и делала, что натыкалась на своего бывшего парня. Кстати, бросившего её тогда ради более выгодной партии. Он ей так и сказал, что она нищая, не достаточно красивая для него, и вообще, пятый сорт не брак. А ему надо самое, самое!
Правда, с момента, как Файли стала одно из совладелиц алмазной пещеры, он ей начал названивать. Каждый день. Был посылаем. Каждый день.
А вот теперь она буквально везде натыкалась на него.
Да не просто так, а под ручку с той самой фифой, из той самой группки охотниц за богатыми женихами.
Дева бросала на бывшего парня Файли томные взоры. Переводя свои подведенные сверх меры глаза на Файли с торжествующим выражением.
И вот куда бы Файли не шла, везде они были! Девушка уже даже начала окольные пути выбирать, но толку не было!
И, тем не менее, в этот вечер её бывший ей опять позвонил! С тем же результатом. Посылательным.
А вечером в комнату девушки, где она спокойно готовилась к завтрашним занятиям грубо постучали.
Файли открыла дверь. За дверью стояла фифа.
– Так, запомни и намотай себе на всё, что можешь! Он мой! Поняла?! Мой он!
– Да ради подземных вод! Твой и твой!
– И что? Ты даже не будешь пытаться его вернуть?! – дева была каменно убеждена, что всё, что есть у неё, очень хотят получить другие.
– Слушай, не мешай мне, ладно? У меня на завтра реферат ещё не готов! – Файли попыталась решительно закрыть дверь.
– Как это не мешай?! – дева была ещё более убеждена, что все вокруг просто обязаны её слушать.
– А вот так! Я его простила! И тебя туда же! Иди уже!
Вопли под дверью быстро пресек комендант общежития. Легко намекнувший, что коридор на третьем этаже не мыт. А, если что, он, комендант, свои прощения так легко не раздает.
На следующий день Файли с некоторым злорадством, чего бы и не порадоваться за ближнего своего?! Случайно, не она же им попадалась, а они ей! Услышала планы бывшей подружки.
– Так, милый, ты мне оплатил СПА, ноготки и стилиста? Ты супер!
Чмок в щечку не стер кислого выражения лица парня. Но вырваться из цепких коготков у него почти не было шансов.
– НЕЕЕЕЭЭЭТ!!! – выдох, на грани вопля вырвавшийся у Файли, услышали многие.
И они же увидели, как она опять куда-то несется.
«Надо что-то срочно придумать!» Думала девушка, несясь туда, куда её тащил её камушек.
И в этот раз она даже представляла куда. Потому что, активно думала об этом последние пару дней.
Бесконечное счастье
В этот раз Файли не пришлось далеко бежать. Её донесло до старого, заброшенного карьера, где когда-то добывали камни для отделки улиц булыжниками.
Она недоуменно смотрела на эти старые, уже частично наполненные водой выработки. И так же недоуменно смотрели те, кто уже привычно побежал за нею.
Вдруг она как-то всхлипнула, осела на землю, и…
Никто не успел броситься к ней, утешать. Потому что все увидели, что она смеётся. Да какое там смеётся?! Хохочет во все горло!
– Детка, а о чём вы думали, когда вас потянуло сюда? – преподаватель древней истории, неожиданно для самого себя, втянутый вдогонку Файли, подошел ближе и положил ей руку на плечо.
Она подняла на него сияющие смехом глаза, поднялась на ноги, и что-то шепнула ему на ухо. Препод сначала вытаращился на свою студентку, а потом поддержал её хохотом.
Смех, да ещё в исполнении двоих, дело заразительное! Скоро хохотали все прибежавшие.