Надежда Мамаева – Достать дракона, поймать корону (страница 4)
Столь оригинальный способ побудки был для меня новым и весьма захватывающим. Он захватил в заложники пару мотков моих нервных клеток и внимание. Все, сразу и целиком. А также немножко совести, воспитания и щепетильности, которые обычно мешают такому увлекательному занятию, как подслушивание.
Я чуть-чуть приоткрыла глаза, так, чтобы из-под тени от длинных густых ресниц можно было незаметно для всех наблюдать за происходящим.
– Живая… – с легким оттенком удивления констатировал знакомый до зубовного скрежета голос. Он принадлежал главе тайной канцелярии, верховному карателю и по совместительству королевской свахе – Его Высочеству ненаследному принцу Арнсгару, который невесть что здесь забыл. – И даже пока не думает умирать…
Верховный каратель отошел от моей постели, так что теперь мне были видны и он, и дракон, уже успевший вернуться из загул… залет… тьфу, лечения и принять человеческую ипостась, облаченную в одни только штаны.
– И где ты был, когда твою жену травили?! – уже без обиняков спросил тот, кто, собственно, и выпихнул меня в этот брак, еще и ускорения придав под пятую точку.
– Не травили, а усыпляли, – раздраженно ответил супруг и поднял с пола злополучную склянку. Видимо, пузырек укатился, когда выпал из моей руки. Меж тем муженек принюхался к остаткам содержимого и задумчиво, скорее для себя, чем для карателя, добавил: – Убить вытяжкой из корня валерианы, грезника и сновидицы весьма проблематично. К тому же я уверен, что содержимое выпила она сама, добровольно…
– И добровольно стала похожа на образцовый труп, у которого кожа белее полотна, а грудная клетка недвижима? – придирчиво уточнил Арнсгар.
– Да, сама. Во всяком случае, мой охранный контур был не тронут ровно до того момента, как ты его не взломал пару минут назад. И теперь у меня вопрос к тебе, вашество: зачем? – ехидно осведомился дракон тем особым тоном, который без слов дает понять, что эти двое давно знакомы. Причем каждый раз, когда встречаются, обязательно пьют. Кровь друг у друга.
– Это часть моей работы… – процедил Арнсгар.
– Вламываться в будуары чужих жен?
– Предотвращать скандалы, – парировал каратель. А затем добавил: – К слову, о последних: где вас, дорогой Дьярвирон-Йордрин Пробужденный, лорд Закатных утесов, герой Багровой битвы, герцог Торийский, Владыка Иелимейской долины, король Рагнадира, этой ночью носило?
Судя по тому, как перекосило муженька, того знатно подбешивало его полное имя. И верховный каратель это преотлично знал.
– Разгребал то, что ты не смог предотвратить, – явно намекнув на взрыв в храме, произнес дракон. А затем поставил пустой фиал на стол и, подхватив со спинки стула чистую рубашку, нырнул в ее горловину.
– Вот почему, когда ты разгребаешь, я после этого закапываю трупы? – философски поинтересовался Арнсгар, явно что-то припомнив.
– На этот раз я действовал аккуратно, – возразил дракон.
– Ничего не нашел? – вопросительно приподнял бровь каратель.
Супруг ничего не сказал, но так посмотрел, что стало понятно: Арнсгар угадал.
– Только место, где изготовили то разрывное проклятье, – нехотя признался супруг.
– Что ж, мои агенты нашли куда больше. И мастера, изготовившего проклятье, и логово группы ренегатов. Ночью были произведены аресты. Сейчас всех допрашивают. Заговорщиков было пятеро, действовали сами. Но, судя по изъятым документам, у них был информатор из дворца: точный план рассадки гостей, хронометраж церемонии, даже вес шлейфа платья невесты… Все это хоть и не строжайший секрет, но и на каждом столбе подобные объявления не висят.
– Полагаешь, возможны еще покушения? – холодно спросил дракон, а я почувствовала разлившееся в воздухе напряжение. Оно было почти осязаемым и настолько густым, что его можно было резать ножом.
– Уверен. Впрочем, ты сам можешь ознакомиться. – И с этими словами каратель протянул дракону папку с документами. – Так что мой совет: улетайте как можно быстрее. Мне легче поймать ренегатов, если я буду уверен, что не нужно никого прикрывать.
– Я тебя услышал, – беря бумаги, произнес супруг.
Каратель коротко кивнул и направился к выходу. И, уже дойдя до двери и взявшись за ручку, он обернулся и бросил:
– И да, совет на будущее: если в супружеской спальне тихо, как в склепе, то туда могут ворваться и некроманты, и инквизиция, и даже верховный каратель, чтобы проверить, не завелись ли там трупы…
– Я это учту, – отозвался крылатый тоном «когда же ты сдохнешь, дорогой друг».
Едва дверь за незваным гостем закрылась, как в спальне раздалось:
– Дорогая жена, ты все услышала или мне нужно что-то пересказать?
– Как догадался? – недовольно приоткрыв один глаз, поинтересовалась я.
– Ты начала дышать очень заинтересованно. Думаю, что и Арнс это заметил. Все же у него уникальный опыт и в плане супружества, и в области трупов. Так что его речь скорее для тебя. Чтобы ты как следует прониклась опасностью и испугалась.
– И как сильно надо бояться? – уточнила я.
– На уровне между «никак» и «еще как», – просветил меня муженек и пояснил: – Нужно быть осторожной, но не поддаваться страху. Потому что в первую очередь тебя убивает он, а не твои враги. А сейчас приведи себя в порядок, через полчаса нас придут будить, так что мы должны будем проснуться счастливой влюбленной парой… Я приду минут через двадцать. – И с этими словами он вышел в смежную комнату, деликатно прикрыв за собой дверь.
А я смогла выдохнуть и тут же почувствовала сильную жажду. Встала с постели, чтобы дойти до стола, где еще со вчера нас ждал романтический ужин, в базовую комплектацию которого входил и графин с водой.
Но дойти я не смогла, на третьем шаге покачнулась и провалилась в неконтролируемое видение.
Очнулась на руках у обеспокоенного дракона. И заорала еще раз, задергалась, пытаясь высвободиться из мужских объятий.
И тут дверь распахнулась, явив на пороге и стражу, и прислугу, и придворных, и Арнсгара собственной персоной. Видимо, последний не успел далеко уйти. И столько укора было во взгляде карателя: дескать, я, конечно, советовал вам подавать признаки жизни и любви из-за двери спальни, но не настолько же…
А я, понимая, что ни за что не скажу сейчас о видении, в котором какой-то дракон (возможно, даже Йордрин) меня убил, сглотнула и произнесла первое, что пришло на ум:
– Там была мышь! – И ткнула дрожащим пальцем в самый дальний угол.
Удивительно, но в самое идиотское из объяснений поверили легче всего. Во всяком случае, придворные дамы, среди которых были и две драконицы, едва только поняли, что ничего серьезного не произошло, каким-то немыслимым образом испарились из коридора, конденсировались в спальню, кристаллизовались в районе кровати и с умным видом начали изучать то самое место, куда вчера упал раненый Йордрин.
Драконица постарше, как мне показалось, одобрительно кивнула, а та, что была помоложе, скривилась. И только когда я увидела алое пятно на простыне, поняла, что стало предметом столь пристального внимания.
Прошлой ночью нам с мужем было как-то не до супружеского долга, а вот всему императорскому двору до него был самый что ни на есть живейший интерес. Впрочем, усмирить пыл оного помог лишь один взгляд дракона, после которого всех любопытных как ветром сдуло. И у меня создалось впечатление, что дракон просто позволил придворным увидеть то, что ему было нужно.
Когда же мы остались вновь одни, он спросил:
– И что за мышь это была?
Меня же терзал совершенно другой вопрос: как мне поскорее выбраться из этого брака на выживание? Ведь, судя по видению, меня в оном должны прикончить… И с учетом того, насколько быстрым, четким и ярким было вхождение в пророчество, – прикончить в весьма скором будущем.
Повисшая пауза начала затягиваться. Сначала элегантным галстуком на моей шее, а затем совсем неэлегантной удавкой. Я понимала, что ответить нужно. Как показал опыт супружеской жизни, Йордрин не отступит, пока не добьется своего. В данном случае – правды.
– Шэйла? – вкрадчиво напомнило о себе его дракошество, выразительно приподняв бровь. Мол, я все еще тут. И жду. И нет, даже не надейся: не испарюсь, не сгорю и не самоликвидируюсь, как бы тебе, моя дорогая супруга, этого ни хотелось.
Я посмотрела в темно-зеленые, как морская бездна, глаза дракона и почувствовала, как по спине бегут мурашки. Мой мозг начал лихорадочно соображать: чего бы такого солгать, чтобы быть честной. Наверняка, как и вчера, у этого дракона припрятан какой-нибудь амулет истины или еще какая пакость, с которой совершенно невозможно быть идеальной женой.
И тут я вспомнила об одном своем зачетном предсказании. В смысле, я сдавала по нему зачет курсе на третьем. Правда, за него мне влепили «Приемлемо» с двумя такими длиннющими минусами, что набережная Кеши и то была короче. Потому как задание было напророчить, кто из близких родственников сильнее всего повлияет на ваше будущее.