Надежда Мамаева – Адепты обмену и возврату не подлежат (страница 47)

– Ну так как? – невинно уточнила я и прибавила: – Мы с Самирой, если зрителям понравится, даже на бис можем еще раз выступить…

– Вопрос о дуэли снимается, – сухо отозвался светлый тоном: «Ну ты, темная, и зараза!»

Я лишь вздохнула… Эх, а ведь могли бы прилично заработать…

А потом повернулась к Самире и увидела, как та пытается сдержать улыбку. Но ни демона у нее не выходит.

– Знаешь, сумеречная, я, кажется, поняла суть твоей методики защиты психики от Эйты.

– Да? – удивилась я.

– Ты просто сама сводишь ее с ума. На опережение.

– Есть такое, – не стала отрицать я. – А еще парочка щитов…

И именно их-то мы увлеченно и вычерчивали на занятии магистра Шлобса вместо того, чтобы записывать лекцию по магометрии.

А вот по окончании оной вернулся хмурый, как грозовая туча, Кьяр. Оказалось, что сегодня ночью наша длань должна лететь в рейд. Вся. И я в том числе. Последнее Снежку крайне не нравилось, и, будь воля Кьяра, он бы оставил меня в академии. Но Скала был непреклонен: раз я адептка и теперь даже стихийный маг, то, если состояние здоровья позволяет, должна участвовать в патрулировании. И точка!

Пятерки (а в нашем случае шестерка) совершали облеты Атарийской пустоши, выискивая тварей, потому как те были активнее всего именно в ночное время. В общем, выполняли то же, что и столетия назад маги Южного гарнизона еще до того момента, как здесь основали академию.

Песчаники и барханы были для нежити местом ничуть не менее соблазнительным, чем Шумерлинские топи. Твари активно плодились и размножались под теплым южным солнцем. А еще лезли к людям в поселениях на южной границе империи. Поэтому тут сначала основали академию, а потом стали использовать старшекурсников как патрульных.

А что? Юным магам-боевикам практика. Опять же экономия казны на жаловании. Только вместо тройки опытных чародеев отправляли пятерки опасных своей непредсказуемостью адептов.

Во время моего единственного патруля мы нашли одного гремучника, да и то нашли ненадолго. Я превентивно его сразу же спалила. Причем так быстро, что Самира не преминула уточнить, кого именно Кьяру нужно защищать: меня от тварей или нежить от одной темной?

Вот ведь язва!

А вот второго рейда спустя месяц для меня уже не случилось. Ему помешала сущая малость: меня мутило. Причем так, что пришлось обратиться в лечебницу, и… больше всего радовался «диагнозу» Кьяр. К слову, он же был и его причиной.

У меня больше не осталось предлогов, чтобы попустительствовать Кьяру ходить с неженатым видом. Церемония венчания прошла тихо, скромно, в день зимнего поворота, под заснеженной кроной раскидистого клена.

Мы с Кьяром обменялись браслетами по старинному эльфийскому обычаю.

И я, застегивая наручень, увидела на запястье светлого три тонкие ниточки шрамов. Тех самых, что оставила ему я, когда он лежал на пентаграмме призыва. Похоже, Снежок специально не стал их заживлять.

– Зачем? – вместо того, чтобы сказать пресловутое «да», тихо, чтобы никто из гостей церемонии не слышал, спросила я.

– На память, – улыбнулся мне Кьяр.

– На какую такую память, когда рядом оригинал? – возмутилась я. – И учти, он рядом с тобой теперь пожизненно.

– Кей, просто скажи «да», – теряя терпение, прошептал светлый.

На нас уже стали с интересом поглядывать гости. И служитель ратуши, регистрировавший брак. И даже белочка, которая до этого азартно закидывала в рот орешки, подалась вперед.

– Да, – рявкнула я тоном, далеким от влюбленного. – Демоны тебя подери, Кьяр, я согласна быть твоей женой.

Мне показалось или после этого Снежок облегченно выдохнул?

А регистратор меж тем обратился уже к светлому:

– Согласен ли ты, Кьярвэль Дорс-Бьеркрин, перед Небом и… – тут говоривший на миг замялся, но, глянув на темную в моем лице, стоявшую перед ним, сглотнул и продолжил: – …перед Небом и Бездной взять в законные супруги Кейси Даркнайтс?

– Да, – уверенно ответил светлый.

А я посмотрела на его решительный, мужественный профиль и поняла: наша жизнь с Кьяром навряд ли будет тихой. Этого нам просто не дадут ни темные, ни светлые. Сильнейший менталист, единственный среди светлых. И маг огня десятого уровня… Бастард великого герцога Дорса и дочь Темного владыки… Уже одно это привлечет к нам внимание многих. Очень многих. И этот последний год в академии – просто небольшая передышка.

Но я знала: у нас все получится. Потому что Кьяр всегда будет держать меня за руку. Крепко. И даже если я вздумаю шагнуть за Грань – не отпустит одну.

Эпилог

– Помните, дети, дедушку в агенты разведки светлых не вербовать! Поимейте совесть! Он все же Темный Властелин, – напутствовала я проказников: двух рыжих близняшек, одного самоуверенного сорванца чуть помладше, со снежно-белой макушкой, и мелкую малявочку с характером истинной черной ведьмы и внешностью невинного кроткого златокудрого дитя.

Все четверо выглядели жутко серьезными, собранными и готовыми выполнить любой мамин приказ. Даже если я скажу разгромить поместье графа Дорса. К слову, на него дети напали бы с особой охотой. Потому как родитель Кьяра за последние пятнадцать лет изрядно изменился. И из отвратительного отца превратился в образцового деда, готового играть с внуками сутки напролет, чему последние и были рады.

Во многом такой метаморфозе способствовал… Олав. На своем примере показав, что ни одна карьера не принесет столько радости, как собственная счастливая семья.

Нет, граф не перечеркнул то, что так упорно строил столько лет, и по-прежнему был тенью императора. Просто стал смотреть на жизнь слегка под другим углом (особенно в те моменты, когда его спину прихватывал ревматизм).

Да и попробуй не быть образцовым дедом, когда у тебя в невестках сущая ведьма. С десятым уровнем дара. Хоть та и заявляет, что она вообще-то светлая. Да и собственный сын, которого Дорс признал вынужденно, сейчас мог без слов, лишь одной силой мысли объяснить, в чем дедушка был не прав…

По этой же причине с Кьяром приходилось считаться и моему отцу, Темному Властелину. Владыка, уяснив, что зятя не убить, начал с ним… нет, не дружить, но держать нейтралитет. Впрочем, это не мешало Темнейшему периодически пытаться завербовать зятя. Дошло до того, что Владыка за моей спиной сделал предложение Кьяру стать главой темной разведки. Это притом что Кьяр к тому моменту уже был послом светлых в темной империи!

Светлейший назначил супруга на эту должность по принципу: чтобы хотя бы у главы посольства Темнейший со своим десятым уровнем дара не смог покопаться в мозгах. А то как прием светлой делегации в темном дворце – так после него куча перегоревших артефактов, защищающих от ментального воздействия.

В общем, мудро поступил Светлейший: понял, что Кьяра, как сына своего первого министра, в тайной канцелярии использовать не получится (хотя жаль… десятый уровень дара, менталист…), поэтому решил использовать Снежка явно.

Меня, к слову, тоже поначалу пытались привлечь к делам особой важности и секретности – маг первородного огня такой силы… Пытались, но не смогли.

В общем, как я и предполагала на свадьбе, тихой жизни у нас с Кьяром не получилось. Зато она была насыщенной, а еще полной любви.

А тот выпускной год стал для нас своеобразным «медовым месяцем». Передышкой, во время которой супруг поднаторел в обращении с ментальным даром. А я под руководством Норин Ллойд переписала диплом, потому как тема последнего должна была хотя бы отчасти соответствовать дару адепта, который оный защищал. А я теперь была магом огня…

К слову, больше всего тому, что дар менталиста стал принадлежать Бьеркрину, обрадовалась Эйта. Нет, сначала, когда я поведала рыжей «методику сведения с ума», она знатно психанула, но потом радостно взвизгнула:

– Так это, значит, твоему диплому каюк?!

Но, несмотря на это открытие, от мести мне Эйта не отказалась. И таки насолить мне у нее получилось. Точнее, не у нее самой, а у дочурки пушистой – рыженькой Тревоги Путешественника. Ну, той самой пушистой белочки, которую многие ловят, оправляясь куда-то далеко. Когда в голове возникает тысяча и один вопрос: не перепутал ли ты дату отлета? Не сломается ли накануне его метла? Положила ли ты те самые панталоны с начесом в чемодан? Точно ли тебя так зовут, как указано в подорожном свитке?

А все потому, что заботливая мамочка отрядила свою кровиночку ко мне на… стажировку! Дескать, потренируйся вот на этой темной, которая светлая… И дочурка таки натренировалась на славу. А я обзавелась нервным тиком на словосочетание «отпуск в путешествии».

Дети, заверив меня, что будут вести себя почти прилично и дворец деда если и разнесут, то совсем чуть-чуть и несущие стены точно оставят до половины целыми, радостно убежали.

А я лишь вздохнула, посмотрела на чемодан с вещами и слегка занервничала. И пусть рыжего хвостика Тревоги я не видела, но наверняка она была где-то тут. Просто пряталась.

– Ты готова? – В комнату заглянул Кьяр. Он был в дорожном плаще.

– Да. Но все равно переживаю…

– За детей? С ними ничего не случится. В прошлый раз, пока твой отец присматривал за ними, за выходные ничего же не произошло.

«Ничего» – это три дюжины нервных срывов у придворных, выжженная оранжерея с плотоядными лианами и завязанная в узел гигантская льерна. И это не считая поднятого младшенькой (у нее оказался дар некроманта) из склепа пра-пра… в общем, много раз «пра» дедушки Темного Властелина. Скелет пришел в тронный зал и попытался занять уже не свой трон…