Надежда Ляхова-Люлько – Невероятные магические приключения (страница 9)

– Не оставлю. – по слогам ответила Юлька на Генкин укоряющий взгляд.

Брендон понял, что разлучить Юльку с кейсом может только смерть и, тяжело вздохнув взял меня под локоть. Генка последовал его примеру, подхватив Юльку, и мы направились к белому зданию с колоннами. Едва мы зашли вовнутрь, как Юлька загорелась желанием осмотреть здание оперы, чтобы потом рассказывать потомкам, что и она посетила сей храм искусства. Но, Брендон, увидев как у нее загорелись глаза при виде ступенек с красными коврами, бронзовыми статуями и фонтаном, пресек ее желание в зародыше и повел нас по служебной лестнице в директорскую ложу. Юлька вздохнула и решила, что хотя бы расскажет как выглядело само представление, но едва погас свет и зазвучали первые ноты, как она уже откинула голову назад и тихо засопела. Я, приложив руки к глазам вместо бинокля, разглядывала соседние ложи, Генка рассматривал лепной потолок, и лишь один Брендон завороженно слушал музыку, покачивая в такт головой. Осмотрев свой этаж я решила оглядеть партер и, сев на бордюрчик – перегородку, наклонилась вниз. Брендон с Генкой были так увлечены, что успели увидеть только мои мелькнувшие ноги. Я думаю, что раньше в этой опере такого представления не давали, потому что все глаза сразу уставились на меня, забыв про трагедию Делалы.

Я не хотела падать на чью-то голову в шляпе, поэтому немного задержалась в воздухе, чтобы сориентироваться и, слегка подкорректировав курс, медленно опустилась на колени к интересному блондину. Сверху раздался крик, я подняла голову и увидела свесившихся с балкона Генку и Брендона. Брендон широко распахивал рот и пытался что-то сказать, а Генка махал кулаком. Я, чувствуя неловкость по отношению к Брендону, извинилась перед блондином и стала подниматься наверх, правда, уже по лестнице.

– Ты что, сошла с ума? – зашипел на меня Генка, едва я вошла в ложу.

– Нет, просто упала. Сильно перевесилась.

– А ты не могла упасть несколько натуральнее? А не метаться по залу как приведение? Хорошо хоть что все подумали, что это новая режиссерская находка.

– А что подумал Брендон? – робко спросила я, боясь поднять на него глаза.

– Не знаю, спроси сама. – огрызнулся Генка.

Я постаралась придать своему лицу как можно более жизнерадостную улыбку и повернулась к Брендону.

– Привет!

Брендон, как ни странно, мне не ответил, так как по видимому пребывал в прострации, по крайней мере вид у него был соответствующий. Мы, не зная что делать, вдвоем с Генкой сидели молча и во все глаза смотрели на мою любовь.

– Даш, а у него не может быть инфаркта? – тихо прошептал Генка.

– Не знаю, но он еще вроде дышит.

– Нам надо что-то делать.

– Может, ему искусственное дыхание сделать? – предложила я.

– Ты хотела сказать – массаж сердца? – подсказал Генка.

– Точно. Я просто не сильна в медицинских терминах. Ладно, надо начинать. – собралась я с силами и, размахнувшись, влепила Брендону пощечину. Брендон дернулся и пришел в себя.

– Тебе уже лучше. – чуть слышно, вкладывая в каждую букву вселенскую любовь проговорила я.

– Да. – ответил Брендон и часто заморгал.

– Может быть, уже домой поедем? – предложил заботливый Генка. – Культурно мы уже вроде бы отдохнули.

– Давайте. – согласилась я и посмотрела на Брендона. Тот кивнул и взял меня под локоть дрожащею рукою.

Генка, чтобы не вызывать скандала пробуждением Юльки, осторожно перекинул ее через плечо и понес за нами. Юлька подавала признаки жизни только редким сопением и бормотанием, но даже во сне она так крепко держала кейс, что Генка даже не стал пытаться взять его у нее, хотя он и бил его под коленку. Закинув Юльку в машину, Генка плюхнулся сам, вежливо уступив мне место рядом с Брендоном. Всю дорогу домой мы промолчали, так как мы с Генкой опасались уже произведенного нами впечатления, но Брендон держался гостеприимно. Он проводил меня к моей комнате и поцеловав руку, попрощался кивком головы.

Посчитав, что вечер окончен и, боясь попадаться Генке на глаза, я решила лечь спать..

Встретились мы за завтраком, и только с Юлькой, так как Генка поехал в город за какими-то реактивами, а Брендон готовился к пикнику.

– Ну, рассказывай. – потребовала Юлька, едва увидев меня.

– А что такого? – попыталась искренне возмутиться я, делая себе двойной бутерброд.

– Ну как вчера в опере было?

– Тебе Генка разве ничего не рассказал? – осторожно поинтересовалась я.

– Нет, я его видела мельком, он умчался с утра пораньше, ему Брендон про какой-то химический магазинчик здешний рассказал, и его как ветром сдуло. Так что вчера было в опере?

– Ты уснула.

– Это я знаю. А что давали?

– Я лично – пощечину Брендону дала. – призналась я.

– Ты? Брендону? А что он сделал? – запылали Юлькины глаза.

– По-моему, получил инфаркт. Кстати, ты его утром не видела?

– Видела. Он принес мне бутерброды и пиццу. Пожелал приятного аппетита.

– И все? – огорчилась я.

– Нет, еще сказал, что ты оставила неизгладимый след в его душе. Кстати, он вчера спрашивал меня, как доставить тебе неземное удовольствие.

– А что ты? – дрогнуло у меня сердце.

– Посоветовала, чтобы он отвел тебя в лес на пикник и сделал шашлыку, килограмм на десять.

– А он?

– Не знаю, больше я его не видела.

– Ты знаешь, я боюсь, что я его тоже больше не увижу. – огорчилась я и стала думать как можно замолить свою вину. – Я пойду, поищу его. – собралась я с силами. Юлька ничего не ответила только вздохнула мне в след и поправила на коленях любимый кейс.

Я немного побродила по дому, потом решилась и пошла на кухню. На кухне я столкнулась с Брендоном, который что-то насвистывал и распихивал мясо по контейнерам.

– Доброе утро! – обрадовалась я его прекрасному настроению.

– Самое доброе! – улыбнувшись ответил он. – Как ты смотришь на то, чтобы пойти отдохнуть в лес? С шашлыком, естественно – добавил он, заметив как я нахмурилась при слове – отдохнуть.

– Замечательно!! – обрадовалась я, не знаю чему больше, или шашлыку или тому что Брендон на меня не дуется.

– Это здорово! – улыбнулся тот. – Тогда я приглашаю вас с Юлией на пикник! Жду в холле через пять минут, вас устроит?

– Меня – да, Юльку – нет. Она за пять минут не успеет одеться. Ей нужно не меньше получаса.

Брендон немного погрустнел, но ответил, что согласен ждать меня всю жизнь.

Я в диком восторге и в предвкушении праздника кинулась к Юльке и объяснив ей обстановку, помчалась в свою комнату одеваться к пикнику. Встретились мы в холле через сорок минут, и мои худшие опасения не подтвердились – кейса рядом с Юлькой не наблюдалось.

– Наконец-то ты поумнела, перестала таскать с собой повсюду кейс.

– Ничего подобного. – заметила Юлька. – Я просто положила кейс в рюкзак.

– Ну зачем ты таскаешь его везде с собой. Не проще ли где-нибудь спрятать? И зачем ты новый Генкин рюкзак взяла? Поцарапаешь – он тебя убьет.

– Дашь, отстань. Я чувствую себя гораздо увереннее, когда кейс со мной. И вообще, отвяжись от меня, лучше посмотри на природу и на рюкзак твоего Брендона.

Я перевела взгляд на свою любовь – Брендон – шел впереди, сгибаясь под тяжестью огромного рюкзака.

– Что у него там, как ты думаешь? – спросила озадаченная Юлька.

– Продукты.

– Он уже в курсе, как ты ешь? – с сарказмом протянула Юлька.

– Ну, понимаешь, просто он проснулся ночью и увидел меня в столовой с тарелкой пельменей.

– Опозорила, и тут опозорила! – возмутилась Юлька.

– Ничего, зато рядом с ним я голодной не останусь, правда, дорогой? – сказала я и прижалась к его плечу. Брендон радостно кивнул и вытащил мне бутерброд – куриный окорочок с булочкой.

Мы бродили по лесу минут пятнадцать и, наконец, вышли на зеленую поляну. Какая там была природа – цветы, лес, белки.

– Какая прелесть! – закричала я – вот если б мне сейчас стать невидимой и поймать эту белку!

– Вечно тебя на криминал тянет, а вдруг это заповедник. – одёрнула меня Юлька.

– Да и белки кусаются. – поддержал её Брендон.