Надежда Ляхова-Люлько – Дар ведьмы в наследство 2 (страница 5)

– Пойду что ли по деревне пройдусь. Похвастаюсь. – рассмотрев новые туфли, произнесла Наташа и спрыгнула с трона.

– Ой, ёклмн! – заорала она и потрясла ногою. Потом, видимо вспомнив, что она почти что королева, прихрамывая и переваливаясь как раненая утка, прошествовала к калитке. Открыв её, она подобралась, выпрямила спину и шагнула на улицу.

Мы не стали её сопровождать, а накинулись с жадностью на завтрак, тем более что он не остыл, а сохранился в том же виде, в каком его поставили на стол, так как я придала столу новые свойства, чем очень удивила и обрадовала своих друзей.

Мы уже успели и поесть и попить кофе и обсудить – что будет, если Баба Яга вернётся за своей избушкой, а Наташа всё фланировала по деревне.

Решив не ждать её на завтрак, а заняться своими делами, мы собрались выходить из беседки, как вдруг калитка с силой распахнулась и во двор ввалилась сама королева. Не успели мы ничего сообразить как в нас полетела королевская туфля.

– Чтоб я ещё раз поддалась на провокации! – проорала Наташа и метнула в нашу сторону второй туфель.

– А что такого? – надулась я, так как я её на прогулку не выгоняла.

– Я думала, что все удивятся и позавидуют моему платью! А надо мною вся деревня ржёт! А в этом платье ни через забор перемахнуть, ни кулаком никого не стукнуть! Идите вы подальше со своими королевствованиями!

– Да уж, дикие времена, дикие люди. – вздохнул Георг Четвёртый и попытался натянуть на себя подобранные туфли.

– Слушай, а вот как ты её вот так – показав лапами на себе королевское платье, поинтересовался Гоша, рассматривая как Георг Четвёртый, хромая в новых туфлях, пытается его стянуть с Наташи.

– Ну, подумала что стол сделала антикварный, королевской эпохи, и у нас сейчас будет завтрак достойный королевы. Ну и про внешний вид королевы подумала – но это чисто случайно! – поспешно добавила я, глядя как Георг Четвёртый, уже с Гошей, пытаются стащить с Наташи это жуткое платье.

– И как они в таком ходили? – задумчиво произнесла Наташа, оставшись, наконец, в своих трико и футболке, и крутя во все стороны снятое красивое платье. – И чего теперь с ним делать? Красивое, жалко выкидывать. Только и не поносить такое – очень неудобное. Может отдадим в музей? Как историческую ценность?

– Не было таких платьев в той истории. – отмахнулся Георг. – Оно исторически недостоверное!

– Ой, да подумаешь! – обиделась я. – Зато сразу видно, что королевское! Золотого цвета! Фалды вон какие, оборочки! Воротник стоит чуть не до макушки – красотища! Зря ты его сняла, оно с твоим трико и рядом не стояло!

– Я тебя в это платье сейчас запихаю, посмотрю как тебе в нём стоять будешь! – пригрозила подруга и я замолчала.

– Может, я тоже тогда ещё что-нибудь примерю, ну раз у нас королева самоотреклась? – поинтересовался Георг Четвёртый.

– Меряй. Только чё ты, интересно мне, примерять собрался? – удивилась я. – Платье?

– Трон! – обрадовался Георг и потрусил к нему. – А он ничё так, удобный! – заметил Георг Четвёртый, заскочив на него и, подобрав висящую на ручке трона корону, нацепил её на себя и, достав из кармана зеркальце, стал любоваться собою.

– Не, вот корону оставим. – забрала у него её Наташа, и нацепила на себя. И, покрутив скипетр и державу и не найдя им применения в хозяйстве, сунула их Георгу. Тот отпираться не стал и, приняв королевскую позу, гордо задрал вверх подбородок.

Наташа хмыкнула, махнула рукой и пошла готовить уже обед.

Мы с Гошей и Георгом Четвёртым притащили большое зеркало и стали по очереди занимать место на троне, и рассматривая в зеркале, представлять себя великосветскими особами.

– А где-то тут же мантия была? – стал осматриваться по сторонам Георг Четвёртый. – Никто не видел – куда делась?

– Сдалась она тебе, подумаешь – мантия. – буркнул Гоша и принял такой независимый вид, что мы поняли – что мантию можно уже искать в его гнезде.

– А, может, и сдалась! – не отступал Георг Четвёртый и попытался встать с трона, чтобы сходить за этой самой нужной мантией.

– Не дам! Она пушистая! Как раз мне для постели! – преградил ему дорогу Гоша и показал когти. Георг Четвёртый плюнул на меховую мантию и поудобнее устроился на троне.

– Чё у вас опять творится? – поинтересовался Леший, возникший как всегда неожиданно и неприглашённо.

– Да вот, трон примеряем. – отозвался Гоша.

– А можно я померяю? – потёр радостно ручки Леший.

Через пятнадцать минут Лешего на троне подвинул Водяной. Он выпросил корону у Наташи и теперь мучился, пытаясь нацепить её себе на голову. Корона категорически не хотела сидеть у него на голове, проскакивая на шею. Водяной плюнул и стал держать её двумя руками, явно любуясь с собой в зеркало.

– Эх, мне бы такую! – с восторгом произнёс он мне на ухо.

– Зачем тебе корона? – удивилась я, так как весь вид Водяного никоим образом не стыковался с ней.

– Ну я же практически водяной царь! – принял он горделивую позу.

Я внимательно посмотрела на этого царя, передёрнулась и, зажмурив поплотнее глаза, вспомнила как выглядел Посейдон в мультфильме.

– Батюшки! – услышала я голос Гоши и разожмурилась.

На месте постоянно хлюпающего Водяного с большим водяным животом и двумя хвостами вместо ног, на нас смотрел высокий накачанный мужественный красавец в красивой высокой короне, с трезубцем в руке.

– Это чего это? – раздался удивлённый голос из него и он с изумлением уставился на свои мышцы на руке. – Это как это? – боязливо подкрался он к зеркалу и уставился на себя.

– Ну, вот теперь настоящий царь морей! – с восторгом заметила я, хвастаясь своим умением. – Вылитый Посейдон!

В этот момент небо разорвала огромная молния и стали собираться чёрные тучи. Подул холодный ветер. Снова засверкали молнии и одна из них попала в Водяного сзади.

– Вертай назад! – заорал он, прикрывая руками обожжённое молнией место.

Я испугалась и, закрыв глаза, стала быстро представлять обычного Водяного. Открыв глаза я увидела трясущегося Водяного, с королевской короной на шее, с прожжённой дыркой на штанах и дёргающимся глазом. В нервном напряжении мы все смотрели на тёмное небо и на сверкавшие вокруг нас грозовые молнии. Внезапно небо посветлело и из туч сложился предупреждающий жест.

– Я больше ни-ни! – заорал погромче Водяной и, стянув корону, бросил её под трон.

– Это случайно получилось! – заорала я в небо. – Я и не знала что вы есть!

Небо стремительно стало темнеть.

– Вы её не слушайте! – закричала Наташа и кинулась ко мне. – Она у нас особенная! – покрутила она у моего виска.

Тут же погода восстановилась, выглянуло солнышко и мы выдохнули. Обиженный Водяной, держась за сердце, боязливо обошёл трон и, проверив своё обожженное место, аккуратно уселся на табуретку.

– Ты бы это, завязывала с королевскими играми. – пробурчал он. – Кажный важен таким какой он есть! Я, конечно, понимаю, что я далеко не красавец, ну и что, зато я добрый, и меня все любят. И мне в моём виде комфортно! А это главное!

– Ну да. – задумчиво проговорил Георг Четвёртый и сбросил неудобные королевские туфли.

Подняв валяющееся на стуле королевское платье, я прислонила его к себе и, посмотрев в зеркало, подумала – да, прав Водяной – с одной стороны очень красиво, а с другой – ни тебе по огороду побегать, ни шашлык с удовольствием поесть, ни на забор залезть, в таком платье только медленными шажочками по коврам ходить можно, скукота!

– Вы есть вообще собираетесь? У нас тута слуг немае! Самим ложки поднимать надо! – пробурчала обиженная Наташа, так как пока мы веселились у трона, она готовила нам обед.

Гости тут же забыли про трон и кинулись в беседку. Гоша отбросил скипетр и ринулся за ними.

– Сейчас, сейчас! – отозвалась я, нацепив на себя, чисто в качестве эксперимента, не подумайте чего, королевское платье, надев корону, и кое-как, с помощью Георга Четвёртого уместилась на троне и уставилась в зеркало.

– Если ты сейчас же не сядешь за стол, я тебе готовить больше не буду! Нашла Золушку! – рявкнула Наташа, безжалостно вырвав меня из моих королевских мечтаний. – Снимай это дурацкое платье, оно тебе как корове седло, и садись за стол!

Я, ещё видя себя в зеркале настоящей королевой, очень обиделась на седло и корову и в долгу не осталась – Это твои трико как седло, а это – вещь! – любовно разгладила я ладонями платье.

– Ну всё! – рявкнула Наташа. – С этой минуты ты будешь готовить себе сама! Хочешь – в трико, хочешь в платье, мне всё равно, только – сама! Посмотрю я тогда на тебя!

Георг Четвёртый, Гоша и соседи сидели за столом опустив низко голову, и молчали. Я их понимала – вступиться за меня в такой ответственный момент – это тоже потерять индульгенцию, а, значит, провиант, а от меня его не дождёшься, готовить я так и не научилась, так что они приняли единственно верное для себя решение – постыдиться, но не остаться голодными.

– Подумаешь! – буркнула я и пошла в домик переодеваться.

Переодевшись и аккуратно засунув в шкаф платье и корону, я занялась изучением Гримуара, чтобы показать им, что я тоже кое-что умею в этой жизни, а они там – то копошились на огороде, то играли в бадминтон (подумаешь), то готовили ужин, то ужинали.

Вот на моменте ужина я и сломалась – надо было срочно что-то делать. Есть котлеты, которые Гоша аккуратно складывал под стол и делал мне знаки – совсем не хотелось. То есть, котлет хотелось, но не из-под стола. И вообще, я же ведьма! Я могу наколдовать себе любую вещь, нужно только правильно сформулировать её качества! – подумала я и стала вспоминать все сказки, где писали про обеды, вдруг я там найду ответ на свой животрепещущий вопрос. Дойдя до скатерти-самобранки я расцвела – это было то что нужно! Сняв покрывало с кресла, я расстелила его на журнальном столике в своей комнате и загадала. Через миг в моей комнате были и тарелка с котлетами и с пюре, и мой любимый борщ, и даже кувшин с компотом. Ещё через миг в моей комнате были и Наташа и Георг Четвёртый и Гоша.