Надежда Кузьмина – Упасть в небо (страница 10)
Шон хихикнул:
– Ну у тебя сейчас и глазищи, как плошки! Не нравится? Ладно, давай, покажу десяток, а ты выбери себе пару, я научу.
Для демонстрации коллекции парикмахерского искусства Шон не нашёл ничего лучшего, чем сотворить морок Императрицы Астер. Да, грива у той роскошная – я заметила это в Галарэне – густая, русая, с чуть рыжеватым отливом, длиной до бёдер. Но она ж Императрица, разве так можно?!
– А мы – герцоги. Сильно это тебя гнетёт?
Честно? Да я бо́льшую часть времени вообще об этом не вспоминаю.
– Ну и не морочься. Вот это неплохо, думаю. Прямой пробор, волосы с боков подобраны, заплетены в косички и уходят на затылок. Аккуратно и без лишних наворотов. Смотри в глаза, запоминай. Принцип прост: один раз делаешь что-то на голове руками. Но я тебе косы плести не нанимался, поэтому творю магией. Потом запоминаешь эталонное состояние. Вот тут придётся головой поработать. И позже, когда нужно, его воспроизводишь. Кстати, с одеждой тоже можно так, и она всегда будет как новая. Ну, конечно, если наловчишься приплетать трансмутацию. Память тренировала? Вот должна уже мочь! Давай, запоминай!
Стараюсь. Ну ладно, даже если не выйдет, я всё равно в плюсах – волосы снова стали послушными и гладкими, уже хорошо.
– А теперь повтори сама!
Что сказать? Результат был далёк от идеала… но обычно я ходила страшнее. И, главное, я поняла принцип. Остальное добью тренировками. Покосилась на учителя – тот закусил губу и отвернулся.
– Спасибо, Шон. Я спросить хотела…
– Давай. – Маг снова повернулся ко мне и по-птичьи наклонил голову набок.
– Алтари. Они сейчас в космосе, да? Вот бы один для экспериментов…
– Уже. Я три штуки распихал по силовым пузырям на обратной стороне Луны. Думаю, там хозяину до них не дотянуться. У тебя есть конкретные идеи или только общие пожелания?
– Я думала… Мы, маги, даже ты, – не чувствуем закрытых алтарей, да? Но, может, есть какие-то магические предметы, которые прореагируют? Ну, как компас на кусок железной руды…
Говоря, я смотрела не на Шона, а вниз, на свои руки. Присутствовало ощущение, что леплю глупость несусветную… Сжала кулаки – и уставилась на кольцо из двух переплетённых драконов на безымянном пальце левой руки. Печатку – родовой Ключ от нашей двери без сокровищницы – я отдала Аскани, и тот её носил. А это кольцо, как и подаренный Асом перстень с радужным синим алмазом, носила я. И вот сейчас я таращилась на собственный палец, буквально чувствуя, как в голове зарождается мысль…
Голубое самородное серебро. Я прочла о нём всё, что нашла, – мне было интересно. И узнала, что кроме того, что этот металл потрясающе держит любую магию, даже примесь такого серебра в оружии позволяет поражать нежить и нечисть – то есть тёмные силы. Выходит, само голубое серебро – оно от светлых сил.
Может ли это сработать?
Уставилась с приоткрытым ртом на Шона. Тот – уловив идею, вылупился на меня. Поднял мою руку. Ткнулся носом в кольцо.
– Кузнечик? Летим, попробуем?
– Ага! – закивала я головой, как Волна при виде лишней морковки. Только Асу скажу, что на Луну собралась, чтоб зря не волновался.
«Я с вами хочу!» – донеслось издали.
– У Аса та большая печатка из голубого серебра, – подняла я на Шона глаза. – Если и там что-то выйдет – это будет уже статистика.
– Ладно, берём твою уховёртку. Пусть галопом скачет на утёс.
Пока ждали Аса, Шон задумчиво меня разглядывал. Налюбовавшись, осведомился:
– Как тебе это в голову пришло?
Я пожала плечами. Честно, не знаю. Попалось на глаза кольцо – и словно стукнуло. Или как это там называется – озарило, осенило? И не факт ещё, что из этого озарения-осенения что-то дельное получится.
– Знаешь, кузнечик, если стукнет ещё раз – немедленно зови меня и рассказывай. Есть у меня одна мысль… – Шон, не договорив, почесал нос и замолк.
Предсказуемо. Ас сразу же заметил мою голову. С красивыми кривыми косичками. Недобро покосился на Шона. Тот щелчком открыл портал, покрутил, глядя Асу в глаза, пальцем у виска, а потом схватил за руки нас обоих.
– Так, слушаться меня, и чтоб никакой самодеятельности! Ясно?
Оказалось, я уже успела забыть, как выглядят с поверхности Луны звёзды. И до чего те ярки и прекрасны… А Аскани никогда прежде такого не видел. Шон покачал головой, любуясь нашими разинутыми ртами.
– Моро́ка с недолетками… Давайте сделаем то, за чем пришли, потом дам вам полчаса – посмо́трите. Драконята…
Нас подгребли под мышки.
– Свой амулет я чинить не стал. Щит сейчас у нас на троих общий. Если что – валим все вместе куда подальше. Ясно? Было бы времени побольше – полетали б над Луной, это забавно. Но сейчас просто прыгаем.
Сперва я подумала, что из моей идеи ничего не вышло. Кольца не грелись, не сжимались, не светились – ничего такого. Я бы, может, и вовсе ничего не заметила, не будь драконов на моём кольце два, а не один. Гладкие перепонки крыльев второго, сделанного из белого золота, обычно казались чуть темнее, потому что слегка отдавали в желтизну. Как просто чистая льняная простыня рядом с отбеленной. Но когда мы подплыли к окружённой голубым пузырем щита чёрной глыбе, вид кольца стал каким-то другим, непривычным. Я пялилась, таращилась, хлопала глазами, пытаясь понять – что же изменилось? – пока не дошло, в чём дело: сейчас темнее выглядел другой дракон. Сияющее голубое серебро не потускнело, не поблекло, не потеряло блеск. Просто как-то погасло изнутри, словно яркий день сменился ранними сумерками. И теперь белое золото по контрасту оказалось чуть светлее, как будто драконы поменялись местами. Это я и засекла.
А что с перстнем Аса? М-да, фиг там чего разберёшь, потому что руны и чернь между ними. И сравнить не с чем.
– Сейчас отлетим подальше, – скомандовал Шон. – Ты! – кивнул Асу, – поверни печатку внутрь – ободок гладкий, будет виднее. Погоди секундочку, я подберу тебе для сопоставления другой металл того же оттенка, а потом снова подлетим к жертвеннику и посмотрим. Понял?
Мотались мы туда-сюда, наверное, целый час. Сначала выписывали спирали у одного камня, потом вокруг двух других. И стало ясно, что моя дурная идея сработала: непонятно как, но даже пассивные кровавые алтари конфликтовали с магией голубого серебра… и оно еле заметно, но темнело!
– Отлично! Сделать контраст различимым – это уже дело техники. Сейчас летим, как я обещал, посмо́трите на звёзды. А пока будете хлопать глазами, я прикину, чему бы полезному вас научить, чтобы ночь зря не пропадала!
Я хихикнула. Да-а, завтра понапишем мы на математике спросонья лорду Лину на изумление… Ну и пусть! Зато интересно!
Глава 4
Можно быть хозяином своих действий, но в чувствах мы не вольны.
Промотав нас с Асом почти до рассвета упражнениями по трансмутации, Шон исчез почти на неделю. И слава Ларише – а то бы я рехнулась. Готовиться к зачётам, учить государственность с историей впрок, а по ночам устраивать бдения с магическим уклоном – такого самая стойкая психика долго не выдержит.
Правда, на второй день я сама дёрнула Шона, когда после ужина мне в голову стукнула очередная идея. Я продолжала заглатывать по паре книг естественно-научного или исторического толка в неделю, невзирая на художественные достоинства оных, – расширяла кругозор. И вот, зайдя в библиотеку за очередной, я случайно взглянула наверх – и вспомнила прилипшую к потолку с книгой принцессу Ринон, читавшую в кромешной тьме нечто заумно-научное. И принцессины объяснения, что всё превосходно видно, потому что-де она зажгла инфракрасный фонарик и перестроила под него зрение.
Схватилась за амулет на шее, пока мысль не ускользнула.
«Шон! Это Тим! Я подумала…»
«Кузнечик? Подумала что?»
«Голубое серебро очень слабо меняет цвет, да? – заторопилась я. – Но это – в видимом диапазоне длин волн. А ты смотрел в ультрафиолете?»
«А почему не в инфракрасном?»
«Кольцо совсем не грелось…»
«Угу! Сейчас попробую!»
Он что? На Луне?
Ментальный вопль Шона заставил меня уронить прямо на ногу талмуд «Уникальная фауна реликтового моря, именуемого Тихим озером». Тянула фауна на четверть пуда, о чём я и сообщила на тролльем в ответ на Шоново радостное: «Ну, ты даёшь! Угадала!»
После этого Шон пропал. Меня больше озарения не посещали, так что я ограничивалась обычными вечерними: «Спасибо тебе!»
Кстати, Асу очень понравилось на Луне – и звёзды, и планета… Он был восхищён и очарован так же, как я в свой первый полёт. Правда, имелось подозрение, что больше всего Аса порадовал сам факт, что я его позвала с собой. Как бы то ни было, теперь после уборки лошадей жених затаскивал меня на сеновал, и там, сидя рядом, мы сливались сознаниями, вспоминая, как парили вдвоём в невесомости – взявшись за руки, вбирая распахнутыми глазами сияние Млечного Пути.
Ещё в свободное время я мозговала над задачкой с зеркалом, которую подкинул Шон. На первый взгляд та выглядела подозрительно простой. На второй и последующие оказалась абсолютно нерешабельной. Сделать вертикальную идеально гладкую плёнку воды, висящую в воздухе, я смогла без труда. И на этом дело встало. Потому что этот слой был прозрачен, как оконное стекло. Зеркалом его можно было назвать с большой натяжкой. С ходу попробовала затемнить углём из углекислого газа воздуха заднюю сторону. Получилось чуть лучше – но именно чуть. Попыталась заморозить – толку не добилась. Тут мне уже стало интересно, и я полезла в учебники.