Надежда Курачёва – За пределами боли. Эндометриоз. Том 3 (страница 1)
Надежда Курачёва
За пределами боли. Эндометриоз. Том 3
Глава 1
Скорпионы не боятся умереть, когда жалят других. Они проявляют инстинктивное поведение, где их сила и яд являются основными средствами защиты и нападения. Скорпионы не испытывают страха перед смертью в человеческом понимании.
Все, что я смогу - лишь оставить
след Выхода, похоже, и правда нет (с)
Все материалы, представленные в книге, несут исключительно развлекательный характер, не являются руководством к действию, не рекомендуются к чтению людям с психическими заболеваниями; не рекомендуются к чтению лицам младше 18 лет; являются результатом фантазии автора и его субъективным взглядом на события. Все персонажи, упомянутые в книге и события вымышленные; любые совпадения с реальными людьми и событиями случайны.
В этой книге я продолжаю свою историю.
Книга не является ни медицинской, ни мистической. Эта книга —роман. Обратимся к Википедии.
«Роман — это литературный жанр, чаще прозаический, изображающий жизнь персонажа с ее волнующими страстями, борьбой, социальными противоречиями и стремлением к идеалу. Будучи развернутым повествованием о жизни и развитии личности главного героя, в кризисный, нестандартный период. По типу повествования одним из вариантов каким может быть роман: от точки входа главного героя в кризисное состояние жизни до развязки.» Это описание очень подходит моей истории. Только одного я пока не знаю: когда уже наступит эта пресловутая развязка.
***
Спустя вот уже более трех лет я понимаю лишь одно: я была права тогда, а сейчас, благодаря лечению через генетику, убеждена в этом уже на собственном примере. Когда врач говорит, что генетика, витамины и БАДы - это не лечение, а принимать нужно только препараты официальной медицины, прописанные в клинических рекомендациях, это логично, ведь врачи ориентируются исключительно на клинические рекомендации. Именно этот подход считается стандартом доказательной медицины.
Но очень часто это лишь потому, что у врача нет соответствующих знаний. Нет знаний о генетике, нет действительно глубоких знаний о биохимии, о цикле метилирования, о микроэлементах, о полиморфизмах половых гормонов, о ферментах. В этом нужно очень долго разбираться, и за такое обучение приходится дорого платить. В течение пяти-шести лет учебы в медицинском вузе таких знаний зачастую им не получить. Да, врачам действительно преподают биохимию в университетах, но разве их там учат сопоставлять генетический анализ с процессами, происходящими в организме человека?
Ведь проще поставить диагноз, открыть клинические рекомендации и назначить, как пример, препарат X, после которого человек — в данном случае я — может быть, выживет, а может быть, нет. А врач будет действовать по инструкции, и всего лишь.
Наверное, многим проще оставаться внутри привычной системы. Ведь чтобы разобраться во всем этом, нужны годы обучения, силы и немалые средства. В моем случае было так: я искренне считала, что меня лечат, а в действительности в этот момент мне ломали жизнь…
В моем случае циклы метилирования так и оставались нарушенными, нужные гормоны не вырабатывались стабильно, а ответы на многие вопросы мне приходилось искать самостоятельно. Порой мне кажется, что врачи доказательной медицины видят только диагноз и клинические рекомендации, а не живого человека перед собой.
А если у такого врача эндометриозом заболеет кто-то из близких? Ведь это заболевание поражает каждую десятую молодую женщину. Как пример, собственная дочь репродуктивного возраста. Я до сих пор задаюсь вопросом: назначил бы он тот же препарат (как в моем случае, препарат X) собственной дочери?
Глава 2
Фрагмент художественного вымысла.
Закрытие кармического урока. Повторы.
Больно, но эффективно. Я пишу эту главу в момент проживания моей истории, в момент закрытия кармического урока. Я не знаю, выйдет ли эта книга в печать. У меня есть полное ощущение, что выйдет, хотя еще не вышла первая, а я уже пишу следующую. Итак, история с недопикапером закончилась в первой книге тем, что я везде его заблокировала. Выход ли это, решение ли это из ситуации? На момент болезни – да. На самом деле, конечно же, нет. Есть, безусловно, разрыв связи, который длится до 90 дней, а потом 120 дней, а потом становится легче. И все эти круги ада я прошла, а были и еще какие-то тяжелые дни в моей жизни. Но все же фоново он «всплывал» в моей голове, хотя я старалась ассоциировать его с тем, что вот моя боль, моя болезнь, моя беда напрямую связаны с ним. Действительно, множество подтверждений, о которых я написала в первой книге, были таковыми. Я успокоилась и продолжила, как могла на тот момент, жить дальше. Когда мы не заканчиваем проходить урок с человеком, мы встречаем его прототип в других людях, еще и еще раз. Причем я на момент написания первой книги была уверена, что завершила все уроки с ним, все поняла, но нет. Он обещал мне много вещей, вроде бы несложных, но так их не сделал. Так или иначе, я об этом помнила. Отказываться от памяти крайне глупо, потому что это такой единый большой файл, в котором хранится информация сразу о всех жизнях. И в этом условном файле хранится весь наш опыт, поэтому очень глупо пытаться что-то выкинуть из своей памяти и забыть, когда это может быть полезно.
Так вот, когда ты не усваиваешь урок, жизнь тебя пускает «по второму кругу». А человек этот, скажем так, по частотам не часто встречающийся, поэтому заменить подобное подобным было крайне сложно. Я уже давно перестала думать о том, что жизнь меня познакомит с кем-то похожим, я не была в поиске. Но события, которые происходили до знакомства с ним (с недопикапером), напоминали события, которые происходили до знакомства со вторым человеком (я назвала его Архангел). Итак, 2019 год, осень, я помню свое состояние, довольно тяжелое, я была расстроена тогда темой отношений и не могла знать, что самое главное для меня впоследствии будет здоровье, а не отношения. Я помню, как все начиналось, вплоть до мельчайших подробностей.
Я помню период перед знакомством с недопикапером, мне было мучительно больно. Это для меня был тяжелый день, тяжелое утро, а вечером мне еще и нужно было идти на работу, к моему ужасу. И в этот вечер я познакомилась с недопикапером. Что же произошло далее? Вся эта история, описанная мной в первой книге: ноябрь, прекрасный теплый ноябрь, потом декабрь, пикап с его стороны начинался где-то через там две-три недели после. И что самое интересное было потом. Спустя время я поняла, что, если бы я закончила эту историю тогда, когда она и началась, в 2019 году, и не тащила бы ее с собой в 2020-2022 годы и далее, я бы правильно прошла этот урок. Но было одно «но». Я не поговорила с ним тогда. Точнее, я пыталась говорить, но человек с нарциссическим расстройством личности, не совсем психически здоровый и к тому же немного обученный пикапу, не пошел бы на тот диалог, который был нужен мне, то есть на открытый диалог. Он бы увиливал, шутил, но точно не был бы откровенен. На момент 2019 года я не обладала способностью задавать мужчинам в лоб неудобные, компрометирующие, порой странные вопросы и смотреть на их реакцию, которая следует именно за такими вопросами.
Я сейчас говорю именно о той категории людей, которые увлекаются пикапом, психически нездоровы или просто несвободны. Потому что, если задать подобный прямой вопрос адекватному человеку с нормальной самооценкой, он спокойно на него ответит и не увидит в нем ничего странного. Вы просто продолжите диалог — и все. А вот, скажем так, «психи» отреагирует иначе. И в тот период, честно говоря, я подобных разговоров не вела. Какое-то время я даже винила себя за то, что не оставила эту ситуацию в 2019 году и позволила ей тянуться дальше. Но позже я поняла, что просто не обладала теми знаниями и навыками, которыми обладаю сейчас. И вот обстоятельства складываются так, что 2024 год ведет меня к поездке. А я очень люблю куда-нибудь уезжать. Я снова понимаю, что деньги будто бы находятся сами собой. Так было с семинарами Хельги, и так происходит и сейчас. Первые дни по приезде проходят хорошо.
А еще до приезда мне несколько раз снились сны, в которых была определенная зелень, определенная архитектура. И я понимала, что это не тот район, в котором мы забронировали отель. Здесь нет газонов, это обычный городской отель, да и архитектура совсем другая. И когда я стояла и смотрела на море, то поймала себя на мысли, что, если отправиться чуть дальше, туда, вдаль, то словно именно там и находится та самая зелень из моего сна, те самые домики и те самые архитектурные постройки. В один из ближайших дней, я говорю подруге (а в отпуск мы поехали вместе), что нам обязательно нужно прогуляться до другой части города. И именно там я неожиданно натыкаюсь на бар, который когда-то очень любила в Красноярске, один Европейский бар. Это была международная сеть, и политика заведения заключалась в том, что во всех странах такие бары изнутри выглядели идентично. Мы сразу решили, что вечером обязательно туда вернемся — поужинать и послушать живую музыку.
Каково же было мое удивление, когда я знакомлюсь там с человеком… Опять ноябрь… Плюс-минус те же даты, что и в 2019 году, только спустя пять лет. Как бы это не прозвучало, пять лет. Пять лет я прожила внутри одной ситуации, которую, о боги, искренне не понимала так долго. Надеюсь, что, когда я пишу эту книгу, уже третий том, этот урок мной все же пройден.