Надежда Гусева – Не к ночи будь помянута (страница 18)

– Тётка? – повернула голову Ада.

– Ну да, твоя мать, – пожал плечами я.

Мы рассмеялись.

И тут раздался звонок в дверь.

Ада сразу застыла, как тогда на кухне с куском хлеба. Кого это принесло на ночь глядя? Я нехотя встал и пошёл в прихожую.

– Кто?

– Аня. Открывай.

Вот не раньше, не позже!

– Надо же! А что случилось?

– Я тоже рада тебя слышать и видеть. Не паясничай, я пиццу принесла! Мириться будем.

– Не хочу,  – сказал я.

– А я хочу. Если не откроешь, буду кричать. Раз, два, три. Ааааа!

– Сейчас, я не одет!

– Ой, чего я у тебя не видела!

Я приоткрыл дверь и высунул голову. Аня стояла – стройная, свежая и душистая, прямо майский цветочек. По плечам рассыпались золотые волосы. Вырез шёлковой блузки красиво открывал грудь.

– Я долго буду тут стоять? – раздражённо спросила она.

Я пришёл в себя и вытащил глаза из выреза.

– Прости, я тебя не ждал. Я тут не один, видишь ли.

– Ладно дурака-то валять. Не хватит ли с меня извинений? Дай пройти.

– Ань, правда. Ты не вовремя.

– А то я тебя не знаю! И кто у тебя? Эй, Серёга! – крикнула она в проём двери. – Или Тимур?

– Они сегодня не заходили. –  медово проговорила Ада, обняв меня за талию.

Я поперхнулся. Аня вытаращила глаза. Я и забыл, что девчонка до сих пор расхаживает в моей майке и с голыми коленками.

– Что за дела? – Аня презрительно оглядела девочку. – Нянькой подрабатываешь?

– Ты про неё мне рассказывал? – голос у Ады был просто – молоко и мёд. – Друг мой, ты меня разочаровываешь, она тебе не подходит. Девушка, больше не кричите в подъезде, будьте любезны, а то про нас Бог весть что подумают.

Аня раскрыла рот и забыла закрыть. Ада сделала приглашающий жест.

– Герман, это невежливо. Пригласи девушку, она взволнована. Тебе надо с ней поговорить.

Я отошёл от двери. Ада уплыла на кухню.

– Что это? – прошипела Аня. – Башкой не варишь?  Это же малолетка!

– Я одухотворённое существо, – пропела из кухни Ада. – По правилам русского языка «кто», а не «что». Программа первого класса, голубушка.

– Заткни её, – громко сказала Аня.

– Не надо так кипятиться. Вредно для сердца.

– Помолчи, мелочь! – в сердцах крикнула Аня. – Герман, мы можем поговорить? Без этого!

Ада показалась в коридоре, подошла ко мне, вздохнула и милостиво улыбнулась, всем видом говоря: «Ну что взять с дуры?».

– Поговори с ней, – кротко попросила она. – Ей сейчас некомфортно, постарайся понять. Я пойду приготовлю чай. Аня, вам сделаю с мятой, это успокаивает.

Я поглядел на наливающуюся краской Аню, не выдержал и от души рассмеялся. И тут же схлопотал звонкую оплеуху.

– Сукин сын! – крикнула Аня, выскочила и хлопнула дверью.

Я хохотал. Щека горела. Ада тоже рассмеялась.

– Классика жанра, – сказала она. – Индийский фильм. Только сплясать осталось. Здорово она тебя! Зубы не выбила?

– Нормально. Ну, ты даёшь!

– А то! Терпеть не могу вульгарных людей. Смотри-ка, твоя девушка что-то забыла.

Ада подняла с пола коробку. Через  пару минут мы бессовестно уплетали пиццу с морепродуктами. Я решил, что от одного куска Аде худо не будет, но как только зазевался, она утянула второй.

– Пиццу-то ела когда-нибудь? – спросил я Аду с набитым ртом.

– Давно, в Италии. Там замечательная кухня. Но эта тоже неплоха, мидии только жестковаты. А сыр хорош.

– Чудеса! Где ты ещё была?

Ада, прежде чем откусить очередной кусок, втянула носом запах, закрыв глаза от удовольствия.

– Да везде. Не веришь? Страны Европы – Италия, Франция, Чехословакия, Польша. Ещё Индия, Китай, Нигерия, Конго, в Монголии была раз пять, в Корее – три раза, на Кубе… Ещё Турция, Алжир. Два дня была в Канаде, но только в аэропорту, так что это не в счёт. Вот в Австралии не была ни разу. И в Антарктиде. Ну, про союзные республики не говорю, там я всё объездила.

– Союзные республики? Это ты о чём?

Ада только рукой махнула и стащила ещё кусок.

– Тебе бы жизни не хватило, – сказал я.

– О, жизни мне хватило, уверяю. – она языком подцепила свесившийся сыр.

Я вспомнил вчерашние разговоры, и опять почувствовал неприятный холодок по спине. Но вид у девочки был довольный и беззаботный, пицца действительно была чудо как хороша, а я только что избавился от постыдного рабства.

Она расскажет мне. Затем и пришла. Сейчас я только вспугну её, если спрошу.

Пора было спать, я постелил постели и завёл будильник на телефоне. Проходя мимо ванны, глянул в открытую дверь. Лилась вода из крана. Не замечая ничего, держась напряжённо за край раковины, Ада внимательно, широко раскрытыми глазами вглядывалась в своё отражение в зеркале. Как будто наблюдала за призраком.

12

Утром я настолько расслабился, что съездил в универ. Правда, только на две лабораторки, а с лекций удрал.

После обеда поставил капельницу. Ада выглядела куда здоровее, фиолетовые круги под глазами исчезли, появился румянец. Меня переполняло чувство гордости за собственную компетентность. Мы немного поболтали ни о чём. Она стала немногословнее и осторожнее, и я не стал навязываться. Потом пошёл убираться и запускать стирку, а ей позволил оккупировать ноутбук.

Только вчера я запустил дикого ребёнка из леса на просторы интернета, поэтому приходилось подходить и поглядывать, где она лазает, чтоб не попала на всякую гадость. Когда глянул в последний раз, то снова обалдел, хотя пора уж было привыкнуть. Современные средства лечения трахомы. Зашибись.

Наконец-то позвонила мама. Как всегда, не здороваясь, с места в карьер спросила, не нагадил ли где кот, заявила, что пришлось на месте переделывать графики, и обрадовала, что купила мне свитер, да не просто, а от какого-то местного кутюрье. Я слушал маму, Ада смотрела на меня. Иногда я вставлял фразу. Да, сыт. Да, учусь, всё нормально. Нет, ничего не случилось. Вожу аккуратно. К себе ещё не ездил.

Я уже начал сворачивать разговор, как вдруг мама крикнула:

– Да! Я сброшу тебе один телефон. Позвони, ладно. Надо разобраться, какие-то проблемы. Я ничего понять не могу. Ну, пока, целую-целую, жди!

И отключилась. Ада что-то обдумывала, тыкая по клавишам.

Ехать на вызовы не хотелось, но сейчас любые деньги были не лишними. Да и работа-то была пустяковая – два осмотра, три прививки. Я управился быстрее, чем рассчитывал. И тут вспомнил про адрес.

Тёплые сумерки уже разлились над  городом, когда я начал петлять в поисках улицы Достоевского. Везёт же людям с навигатором! Как всегда, на карте всё было просто, но я, хоть убей, не видел ни одного сопутствующего объекта.

Наконец я притормозил, решив уточнить у прохожих.