Надежда Голубицкая – Золушка поневоле (страница 2)

Не успела девушка закончить уборку, как дверь распахнулась и в комнату шатающейся походкой вплыла «Мадам», как ее про себя окрестила Варя. Мадам (это прозвище ей очень подходило) швырнула черную лакированную сумочку на диван и направилась к раковинам возле зеркала. На ней было очень облегающее белое платье, юбка которого заканчивалась сильно выше колен, с глубоким вырезом, расшитое пайетками, оно переливалось на ней как чешуя огромной рыбы, сзади оно было немного длиннее, а спина была полностью обнаженной. Босоножки на каблуках неимоверной высоты представляли собой узкие черные лакированные полосочки плотно обвивающие стопу и щиколотку Мадам, а голову с причудливой прической украшала нелепая черная маленькая шляпка с короткой вуалькой. Мадам была жгучей брюнеткой, полностью лицо Варя не разглядела из-за вуали, лишь заметила пухлые ярко алые губы. На руках, шее и в ушах Мадам красовались массивные украшения. О вкусах не спорят, но Варя даже в кошмарном сне не могла бы одеться таким образом.

Она уже взяла свою швабру и ведро и хотела уйти, чтобы не мешать посетительнице своим присутствием, но вдруг услышала:

– Эй, ты. Подай мою сумочку!

Голос Мадам был слегка хрипловат, а язык заплетался от количества выпитого. Она даже не повернулась в сторону Вари и продолжала рассматривать себя в зеркале, но когда девушка подошла и протянула ей ее сумочку, повела себя более чем странно: она тряхнула головой, стала размахивать руками перед зеркалом, словно отгоняя назойливую муху, и при этом бормотала себе под нос:

– Последний коктейль был явно лишним. Померещится же такое. Когда в глазах двоится такое бывало, но когда сама раздваиваюсь – это перебор.

Мадам продолжала свои странные движения, Варя не могла понять происходящего, поэтому спросила:

– Что с Вами? Вам нехорошо?

Услышав голос девушки, она замерла, громко икнула и, наконец, повернулась, откидывая свою нелепую вуальку. Тут настала Варина очередь столбенеть, и было из-за чего: она встретилась с такими же как у нее серо-голубыми глазами, подведенными черными стрелками, у Мадам были такие же высокие скулы и маленький точеный, но слегка вздернутый носик. В общем, это было просто Варино зеркальное отражение, только щедро разукрашенное косметикой.

В комнате повисла тишина, девушки стояли дуг напротив друга и не могли отвести глаз от увиденного. Даже музыка перестала доноситься, тишина стала сгущаться, и если бы так продолжалось и дальше, ее можно было бы потрогать, но Мадам первая нарушила молчание.

– Судя по твоей удивленной физиономии, ты не глюк и у меня нет белой горячки. Кто ты? Как тебя зовут?

– Барбара, – Варя назвала имя, которым ее здесь называли, заменив ее труднопроизносимое «Варвара» на европейский эквивалент. – Я здесь работаю уборщицей.

– Барбара? Ты не итальянка, чувствуется акцент. Откуда ты? – продолжала она расспросы, продолжая рассматривать Варю со всех сторон.

– Вообще меня зовут Варвара, я из Украины, – отвечала Варя, все еще не придя в себя.

Она видела такие случаи в кино, читала о них в книгах, но ей с трудом верилось, что такое может происходить в реальной жизни, а чтобы это произошло с ней, она вообще не представляла, в пору было подозревать своего папашу в супружеской неверности. Услышав ее ответ, Мадам хрипло рассмеялась и перешла на Варин родной язык.

– Бывает же такое. Мы еще с тобой и землячки, – сказала она с улыбкой. – Меня зовут Елизавета, но все зовут Лиз, мне так больше нравится. Я живу в Киеве и работаю фотомоделью, а в Таормине у нас были съемки.

Казалось полученное потрясение выветрило ее хмель, она еще раз осмотрела Варю с ног до головы и вдруг, схватив за руку совсем растерявшуюся девушку, потащила ее в зал, не обращая никакого внимания на ее вялое сопротивление. Лиз почти бегом промчалась через весь зал, продолжая цепко держать Варину руку. Девушка за ней еле поспевала, она удивлялась, как та на таких высоченных каблуках и с приличным количеством выпитых коктейлей умудряется лавировать среди танцующих и никого не сбивает с ног. Сама же Варя постоянно спотыкалась и пару раз чуть не растянулась на скользком полу, к тому же она без конца на кого-нибудь натыкалась и еле успевала бросить поспешное «Scusa», как Лиз снова тащила ее за собой. Наконец она остановилась перед столиком, за которым на кожаном диване сидел мужчина в светло-бежевом льняном костюме. Мужчина был красив: блондин с узким лицом с небольшим узким носом и высокими скулами, у него были ярко-голубые глаза, смотрящие на все со скучающим презрением, а острый подбородок с небольшой щетиной придавал ему легкую брутальность. Варе не нравился такой тип мужчин, сразу чувствовался самовлюбленный Нарцисс, а она всегда говорила, что неловко себя чувствует с мужчиной, у которого маникюр лучше, чем у нее самой.

– Алекс, посмотри, как тебе такое явление природы? – сказала Лиз, выуживая Варю из-за своей спины и ставя ее прямо перед столиком.

Он лениво посмотрел в Варину сторону, но рассмотрев ее как следует, его скучающее лицо оживилось, он перевел взгляд на Лиз и довольно расхохотался:

– Вы похожи как сестры из старого индийского фильма. Как его? «Зита и Гита», вот.

Варя чувствовала себя не в своей тарелке под его изучающим взглядом и ей захотелось уйти, вернуться к своей работе, пока кто-нибудь из начальства не заметил, что она прохлаждается среди посетителей вместо уборки, но Лиз удержала ее.

– Ты когда-нибудь видел что-то подобное? Разве что в кино. Я даже поначалу решила, что это глюк. Представляешь, она тоже из Украины. Вот уж сюрприз так сюрприз, – сказала она, еще раз окинув Варю взглядом с ног до головы. – Я уверена, что мы не просто так встретились. Интересно к чему этот подарок судьбы?

– Слушай, а ты уверена, что она не твоя сестра-близняшка? – продолжал веселиться Алекс. – Или просто сестра? Может твой отец…

– Не говори ерунды! – прервала его Лиз раздраженным тоном. – Ты отлично знаешь, что у него две страсти в жизни – моя мать и его лаборатория.

– Сеньорита, извините, – вмешалась Варя. – Мне нужно возвращаться к своим обязанностям, иначе у меня будут проблемы.

Но Лиз ее, казалось, не слышала, у нее вдруг загорелись глаза, на лице заиграла довольная улыбка, она радостно захлопала в ладоши.

– Во-первых, не сеньорита, а сеньора, я еще пока замужем. А во-вторых, я кое-что придумала, – сообщила она. – В эти выходные мы устраиваем морскую прогулку и вечеринку на яхте моего друга. Так вот, ты поедешь со мной, будешь моим двойником, а я посмотрю, кто из друзей догадается, что это не я. Вот это будет розыгрыш!

– Я не смогу с Вами поехать, я работаю на выходных, – возразила Варя. – К тому же у меня нет никакого желания принимать участие в подобных розыгрышах.

– Да ладно тебе! Не будь занудой! – стала ее уговаривать Лиз. – Прекрасно проведешь время, потусишь среди бомонда. Правда придется поработать над твоей внешностью, но парикмахера, стилиста и одежду я обеспечу. Буду этакой феей и сделаю из Золушки настоящую принцессу, тут уж не сомневайся. А после праздника вернешься обратно в свою тыкву, только богаче на пару тысяч евро, которые я тебе дам.

Но Варя лишь отрицательно покачала головой:

– Даже не уговаривайте. Я не буду этого делать.

– Да что я тут тебя уговариваю! – разозлилась Лиз. – Тебе что деньги не нужны? Может ты удовольствия ради тут туалеты драишь? Или может я мало предложила?

– Деньги мне нужны, но я не собираюсь их зарабатывать таким образом.

Варя, наконец, освободила свою руку и направилась к своему рабочему месту, но Лиз догнала ее и, сунув ей в карман фартука свою визитку, сказала:

– Ты подумай хорошенько, а завтра мне позвонишь и скажешь что решила.

– Я могу Вам сразу сказать свой ответ. Нет! – решительно отчеканила Варя и пошла прочь из зала.

Глава 3. Без вины виновата

На следующий день Варино дежурство в гостинице начиналось после обеда, и она могла бы спокойно отоспаться, но ей не спалось. Она лежала, уставившись в потолок, и наблюдала за первыми лучиками рассвета, которые пробрались в комнату сквозь неплотно задернутые шторы и окрасили всю комнату в розово-золотистый цвет. Варя всегда любила встречать рассвет, эту игру теней и света, ей нравилось любоваться городом, окутанным утренним туманом, дремлющим в первых лучах солнца, наблюдать, как ночь отступает и открывает взгляду яркие краски и очертания пробуждающихся улиц. Но сегодня она ничего не замечала, ей не давали покоя воспоминания о вчерашней встрече в клубе. Варе вдруг вспомнилось, что она как-то читала в газете о том, что у каждого человека на земле есть семь двойников, вот только шанс встретиться с ними не велик. Ей казалось, что двойники могут быть у знаменитых людей, актеров или артистов, но чтобы он был у такой простой девушки как она, в это верилось с трудом. В той статье еще много говорилось о генах, о том, что у каждого человека спустя тридцать поколений будет насчитываться миллион родственников, которые могут быть разбросаны по всему миру, при этом, конечно, гены тасуются, перемешиваются, как карты в колоде, но иногда выпадают одинаковые карты. Варя гадала, какие родственные связи могли связывать ее и Лиз, а еще она верила, что их встреча не была случайна, ученые в той газете утверждали, что подобные встречи являются вестниками грядущей беды, но ей не хотелось думать о плохом.