Надежда Федотова – Воплощение снов (страница 86)

«Отец? — растерянно подумал Нейл. — При чем тут отец?..» Он шевельнулся на стуле, открыв было рот, но натолкнулся на холодный взгляд черных глаз и благоразумно потянул к губам кружку. Горячий, терпкий до горечи чай снова обжег язык. Сколько листьев Фаиз туда бросил? Этим пойлом теперь кожи дубить можно! Нейл поперхнулся, но кое-как все же осилил пару глотков. Ан Фарайя, удовлетворенно прищурившись, откинулся на спинку стула.

— Конечно, не допустить тебя до переводного экзамена они не могут, — помолчав, продолжил он. — Но сделать так, чтобы ты его не выдержал — вполне. Даже если я спущу с тебя три шкуры и хоть чему-то да научу… По крайней мере, Рексфорд так думает. И, пожалуй, я не стану его разубеждать.

На смуглом лице алмарца злой молнией сверкнула улыбка.

— Пей! — велел он. Нейл послушно потянул ко рту свою кружку; чай успел немного остыть и уже не так сильно драл горло. — Ты, конечно, тот еще боец, эль Хаарт. Тут я со всеми согласен. И мне, уж поверь, глубоко наплевать, получишь ты то, что хочешь, или нет. Но мне любопытно — почему ты этого все-таки так сильно хочешь? Как от алхимика от тебя было бы куда больше пользы, и ломать себя так не пришлось бы, и все были бы тобой довольны, и жизнь была бы куда проще и приятней…

Негромкий голос Фаиза, такой непривычно мягкий, задумчивый и даже, как вдруг показалось Нейлу, сочувственный, становился все тише и тише. Вокруг одинокого язычка свечи сгустилась темнота, такая же мягкая, бархатная, как затихающий где-то вдалеке голос. Как хочется спать… Или он уже спит? Ну конечно, теперь всё ясно — где, как не во сне, мог к нему явиться ан Фарайя, преисполненный заботы!.. Нейл рассмеялся. И подняв свечу над головой, оглядел исчезающие во тьме холла лестничные ступени. Потом прислушался, улыбнулся — родители спят — и осторожно принялся спускаться вниз. Подсвечник заскользил в руке, Нейл перехватил его поудобнее и про себя удивился тому, какие же, оказывается, маленькие у него ладони. Лестница кончилась. Дальше со светом идти не стоит, лучше оставить его здесь… Он поставил свечу на столик для карточек у входа и навалился плечом на дверь. Плечо заныло, как-то очень знакомо, но Нейл не обратил на это внимания. Тяжелая створка подалась вперед, выпуская его в прохладную темноту ночи. Под ногами тихо захрустела песком дорожка. Нейл оглянулся на спящий дом — надо же, какой он все-таки громадный! — и тенью скользнул под защиту чахлых деревьев. До чего странно, и они как будто стали выше… Легкое, почти неразличимое движение воздуха за спиной заставило его обернуться — нет, никого. Да и кто тут еще может быть кроме него самого, ведь отец и мать дома, а привратник сидит у себя в сторожке, подумал Нейл, однако неприятное ощущение, что он тут не один, никуда не делось. Странно, очень странно! Он обернулся снова, вглядываясь в неподвижные тени за спиной, и ускорил шаг. Это просто ночь и темнота. У пруда будет светлее — вон какая сегодня луна!

Нейл продрался сквозь запущенный сад и выбрался на поляну. Гнетущее ощущение чьего-то взгляда в спину ослабло, он успокоился. И обойдя густые заросли камыша, привычно опустился на колени у неровно выложенной булыжником кромки воды. В ней отражалась полная луна. Это было красиво… Но все-таки очень странно — когда камыш успел так вымахать? И почему его так много? Нейл, хмурясь, уперся ладонями в булыжный бортик. Нет, ему не кажется. Что-то не так. Почему все вокруг вдруг увеличилось в размерах? И эта ночь, эта луна, этот пруд — откуда вдруг взялось ощущение, что всё это уже было?.. Нейл наклонился вперед, к самой воде, и застыл. Из пруда на него смотрел тринадцатилетний мальчишка с тонкой шеей и растерянным взглядом. Он сам — но не нынешний, а из давнего прошлого, того, в котором еще не было ни охраны в саду, ни Мелвина, ни… «Сандра!» — вдруг подумал он, отшатнувшись назад, и потянулся к отсутствующему амулету на шее. Он вспомнил эту ночь, ту самую, когда младшая дочь барона Д'Элтара положила начало их дружбе. Он тогда сидел у пруда, вот как сейчас, и едва не свалился в воду, когда…

Снова легкое движение воздуха за спиной. И острое чувство надвигающейся опасности — откуда-то из темноты. Вот что было не так! Здесь кто-то есть, кто-то невидимый, и это вовсе не Сандра, это будто даже не человек, а бесплотная тень, затаившаяся во мраке. Нейл напрягся, прислушиваясь к тишине. Где-то в глубине сада тихо хрустнула ветка. Еще одна, еще… Зашуршала жухлая листва. Она идет. Скоро она будет здесь, чтобы напугать его до полусмерти, ткнув кулачком в плечо и воскликнув: «Вот ты где!» — он помнит, он знает… А тот, кто шел за ним по пятам и сейчас прячется в темноте у него за спиной — не знает. И не должен узнать! Нейл быстро повернул голову и похолодел, краем глаза отметив, как справа среди кривых черных стволов призрачно мелькнуло белое пятнышко. Она уже почти тут, и как только он ее увидит, ее увидит и тень, и тогда… Что будет тогда, он не знал, но почувствовал вдруг, что допустить этого нельзя. В одно мгновение оказавшись на ногах, он выбросил вперед руки и вывел ладонями в воздухе перевернутую восьмерку. По коже побежали стремительные зеленоватые искры. Убирайся прочь, кто бы ты ни был! Убирайся, или я заставлю тебя уйти!.. Безмолвный пруд позади выгнулся дугой, засверкал под луной холодными брызгами и волной взметнулся к кронам деревьев, обретая форму. Распахнулись над поляной полупрозрачные перепончатые крылья. Острый трехрядный гребень вздыбился на мощной шее, из глотки рванулся глухой, булькающий рык… Зверь, оскалив черную пасть, ринулся в темноту, щелкнули челюсти, и в тот же миг левое плечо вновь пронзила острая боль. Луна померкла, земля ушла из-под ног, а мир вокруг закружился с такой бешеной скоростью, что к горлу Нейла знакомо подкатила дурнота. Он судорожно дернулся всем телом, вскрикнул — и в холодном поту проснулся.

В комнате было невыносимо душно. Пламя в камине отбрасывало красноватые всполохи на стены и потолок, в спертом воздухе стоял землисто-сладкий запах горящего торфа. Нейл облизнул пересохшие губы. «Странно, — подумал он, ощутив под затылком подушку. — Я же вроде уснул прямо за столом… Хотя тоже непонятно, с чего бы» Краем глаза уловив какое-то движение справа, молодой человек с трудом повернул голову.

— Азат?.. — пробормотал он. Человек, что сидел на кровати напротив, по-восточному поджав под себя ноги, хмыкнул.

— На твое счастье, нет, — произнес он, отняв от губ мундштук короткой курительной трубки. — Все-таки ты редкий идиот, эль Хаарт, — тащишь в рот что ни попадя, и ничему тебя жизнь не учит! Не дергайся, встать ты пока все равно не сможешь.

— Ты… что-то мне в чай…

— Ну само собой, — снова хмыкнул ан Фарайя. — Не дергайся, говорю, бесполезно. Ты же полчашки на пустое брюхо выхлебал, дурачина.

— Зачем?.. И что ты теперь со мной…

— Сделаю? — закончил за него Фаиз, пожимая плечами. — Ничего. Расслабься. Все, что мне было надо, я уже получил.

— П-получил?! — прохрипел объятый ужасом Нейл. Фаиз с недоумением покосился на него — а потом, выронив трубку, неудержимо расхохотался. Он хохотал как умалишенный, хлопая себя по коленям и едва ли не всхлипывая, а Нейл, багровый от стыда, только скрипел зубами. Даже тогда, в зале, он вряд ли ненавидел Фаиза больше, чем в эту минуту.

— Клянусь богами, — наконец выдохнул ан Фарайя, рукавом балахона утирая выступившие слезы, — вы никогда не перестанете меня веселить!.. Ума не приложу, отчего каждый второй женолюб, трясущийся за свой драгоценный аверс, так уверен, что именно его задница — предел всех мечтаний… Не льсти себе, эль Хаарт! На эдакое сокровище я и в самый голодный год не позарюсь, у меня, к счастью, есть вкус… Но видел бы ты свою рожу!

Он снова расхохотался.

— Хватит ржать, — грубо сказал Нейл, чувствуя себя полным идиотом. — Зачем ты это сделал?..

Фаиз, кое-как успокоившись, подобрал с покрывала трубку.

— Уж не удовольствия ради, — отозвался он, вспомнив огромную чешуйчатую тварь, преисполненную животной ярости, и зев ее разверстой пасти. — Видишь ли, эль Хаарт, я не люблю, когда кто-то переоценивает свое значение, отдавая мне приказы. К тому же я действительно потратил на тебя немало времени, и это теперь уже дело принципа… Так что пришлось немного заглянуть за грань.

Нейл не понял, что значит последняя фраза. А недавний страшный сон, как ни старался он теперь воскресить его в памяти, увы, растаял без следа, только на языке до сих пор ощущалась терпкая горечь. Чем этот змей его опоил?

— Скотина, — в бессильной злости прошипел молодой человек. Снова попробовал шевельнуть рукой, не преуспел и отвернулся к стене. Фаиз коротко хмыкнул.

— Возможно, — отозвался он, раскуривая погасшую трубку. — Хотя я не стал бы так торопиться с выводами.

На какое-то время комната погрузилась в тишину.

— Открой окно, — наконец сказал Нейл. — Или прекрати дымить, я задохнусь сейчас от этой вони.

— Переживешь. От этого еще никто не умирал.

— Ты можешь хоть иногда вести себя по-людски?..

Алмарец, выпустив в воздух струйку дыма, улыбнулся.

— Могу, конечно. Когда нужно — только у нас тут другая ситуация, эль Хаарт. И если ты до сих пор хочешь попасть на боевой факультет, у меня для тебя плохие новости: о всяком человеческом отношении тебе тогда придется забыть.