Надежда Федотова – Воплощение снов (страница 33)

— Замечательно! Я там себе чуть ноги по самую задницу не отморозила, а она здесь стоит верстовым столбом!

Второкурсник обернулся. Орнелла, мельком взглянув на него, протянула подруге руку:

— Пойдем! Пока весь Даккарай к демонам не засыпало… А вы что ухмыляетесь, кадет? По-вашему, это забавно?

Взгляд темных глаз молодого человека лениво скользнул по ее воинственно нахохлившейся фигурке.

— Еще как, — без тени смущения подтвердил второкурсник. Неметь устами при виде очаровательной герцогини, как большинство представителей одного с ним пола, он почему-то не спешил. Орнелла надменно вздернула подбородок:

— Рада за вас. Кэсс, пойдем!

Второкурсник преувеличенно вежливо отступил на шаг.

— Вас проводить?.. — все с той же возмутительной ухмылкой обронил он. По мнению уже ухватившейся за руку подруги Кассандры это было бы сейчас очень кстати, но ее светлость, уловив в предложении наглеца-кадета неприкрытую насмешку, отрезала:

— Обойдемся!

Молодой человек пожал плечами, сделал еще один недлинный шаг в строну и тенью растворился в снегопаде. Герцогиня эль Тэйтана раздраженно фыркнула:

— Южане! В жизни не видела таких нахалов. Ты его знаешь, Кэсс?

Кассандра помотала головой. И передернувшись от очередного порыва ветра, вновь натянула капюшон до самого носа.

— Ну и холодина, — прошипела она. — Пойдем скорее! Я тоже уже ног не чувствую.

— Еще бы, — буркнула Орнелла, бросив мимолетный взгляд на то место, где минуту назад стоял смуглый насмешник. — Ну, держись крепче — и побежали!

Однако с бегом не задалось. Метель, набиравшая силу с каждой минутой, разыгралась не на шутку, ветер выл, сметая с крыш белую пыль, которая так и норовила запорошить слезящиеся глаза, ноги проваливались в снег, плащи держались на честном слове, да еще и стемнело вдруг так быстро, что они и опомниться не успели… До кадетского городка подруги добрались, наверное, только часа через полтора, а пожалеть о своем опрометчивом отказе возможному проводнику кадет эль Тэйтана успела раз тридцать. Но больше, как на грех, им навстречу не попалось ни одной живой души — до самых ворот, которые они уже и не чаяли сегодня увидеть.

Промерзших до костей кадетов стражи впустили без всяких вопросов, близость желанной цели придала сил обеим, и вскоре Орнелла с Кассандрой, больше похожие на два сугроба, ввалились в маленькую переднюю женской казармы. Дневальная у дверей, одна из старшекурсниц, что никогда не упускали возможности отпустить шпильку в сторону младших соучениц, в этот раз лишь сочувственно покачала головой, глядя на их растерзанный вид.

— Здорово вам досталось, — сказала она. — Хорошо вообще, что добрались до отбоя! Вас наши привели?

Тяжело дышащие подруги с недоумением переглянулись.

— Ваши? — переспросила Кассандра, негнущимися пальцами потянув вниз застежку плаща. — В смысле? Нет, мы сами…

Дневальная уважительно шевельнула бровью. И протянула руки:

— Давайте сюда плащи, вы еле стоите. Так, значит, сами?.. Странно. Половину ребят второго курса отправили в дозор, таких вот заплутавших вылавливать. Неужели вы никого из них не встретили? Вот не повезло! Так бы проводили.

Покрасневшие от ветра глаза кадета эль Тэйтаны медленно сощурились. «Значит, вот что этот нахал там делал! — поняла она. — Дозор! Проводники! И вместо того, чтобы… Вот же скотина! А если бы мы обе замерзли к демонам где-нибудь в переулке?!»

Она свирепо раздула ноздри, протянула плащ дневальной и вслед за Кассандрой стряхнула с сапог налипший снег. Ну, ничего. Этому мерзавцу загорелому оно еще зачтется, решила Орнелла. И отвлекшись на звуки музыки со стороны лестницы, недоверчиво фыркнула:

— Слышишь? Да она опять за старое!..

Кассандра, уже успевшая прийти в себя настолько, чтобы улыбнуться, кивнула. Из-за неплотно прикрытой двери в их комнату доносилась пение лютни, и чистый, мягкий голос знакомо вторил ей:.

Эта идея сказки стара как мир:. Кто победит в финале — придёт живым, Кто-то погибнет в битве, таков закон, Сказок без крови не было испокон. Ну а герою слава, людской почёт, Куча сокровищ (мало кто их сочтёт). Руку принцессы вложат в его ладонь… …в сердце принцессы камень, в глазах — огонь. В кроткой улыбке сталь, но нежны слова, Перед героем склонена голова, Да, говорит, теперь вы мой господин, С вами отныне будет мой путь един. И никаких подвохов, она идёт. И к алтарю, и на ложе, где мужа ждёт, Ждёт, выжидает, сказочно хороша… В сердце принцессы камень, в руках — кинжал. Утром в покоях тихо и ни души, Лишь на постели мёртвый герой лежит, С раной в груди, почти что уже остыл. Ну а принцесса? Девы и след простыл. Сказок без крови не было испокон. Видели ночью вроде бы из окон, Как пронеслась на волке, вздымая пыль, В ясных глазах — решимость, в руках — бутыль. Путь предстоит ей дальний и не простой, Мчится принцесса в лес за живой водой, Ей своего любимого окропит. Только не мужа. Того, кто им был убит. В сказках всё просто: пришёл, победил, ура! Ждёт тебя слава, гуляние до утра, Горы из злата, и пиво рекой бежит… Орнелла с Кассандрой переглянулись.

— Только принцесс не трогай, коль хочешь жить! — хором закончили они и рассмеялись. Кадет эль Тэйтана картинно возвела глаза к потолку.

— Не понимаю, — сказала она, — что за прелесть наша орхидея находит в таких жутких песнях?

— Почему — жутких? — вступилась за подругу Кассандра. — Стихи красивые. Ну разве что немножко… Как бы…

— Ага, — весело тряхнула головой Орнелла, — как бы не для слабонервных. Кровь ручьями, страдания и все такое прочее — хотя да, в этой всего два трупа, уже, считай, достижение!.. Вот с чего бы? Ромашка ромашкой, домашний ребенок, и такие пристрастия?

— Ты уж определись, — Кассандра прислушалась к наступившей тишине. Сельвия, очевидно, настраивалась на новую песню. — Ромашка или орхидея.

— А! — Орнелла утомленно махнула рукой. — Много там разницы? Всё одно цветочек, жизни не нюхавший!

— Угу, — с нескрываемой иронией отозвалась кадет Д'Элтар, глядя на задравшую нос герцогиню, — а ты, конечно, нюхала. Как только нос не отвалился.

— Нет, — согласилась ее светлость, толкая дверь, — так я всякой жути и не сочиняю, верно?..