Надежда Дорожкина – Кристиан Слейтер: Во славу вечности (страница 20)

Наконец, Грегори достал свёрнутую карту и передал её Питу.

– Это план всех туннелей клуба. Изучи.

Пит почувствовал, как у него напряглись плечи. Всё происходящее вызывало смесь тревоги и настороженности, но он скрывал свои эмоции, сохраняя спокойное лицо.

– Спасибо за доверие, – спокойно сказал он.

Грегори кивнул.

– Возьми всё это с собой. Изучи, но верни на место до начала вечера. Эти вещи должны оставаться здесь, в кабинете. У тебя есть время закрыть свои дела на прежней должности. В восемь вечера будь у этой двери и постучи. Я буду здесь.

Он на мгновение замолчал, а затем, словно вспомнив что-то смешное, добавил:

– И да, тебе полагается новая комната, но подожди. Билл пока ещё не в курсе, что должен освободить свою. – Он громко рассмеялся, видимо, развлекаясь своей шуткой.

Потом он указал на дверь.

– А теперь иди. До начала вечера я не хочу тебя видеть!

Пит кивнул, собрал документы и вышел. Когда дверь закрылась за его спиной, он почувствовал, как к горлу подступает волнение. Но времени на сомнения не было. Всё нужно было успеть до начала вечера в клубе.

Грегори дождался, пока шаги Пита затихнут за дверью, и, повернувшись к Саре, поманил её пальцем, его губы изгибались в самодовольной улыбке.

– Подойди, моя дорогая, – сказал он с хрипотцой, в которой слышалось обещание.

Сара встала с грацией хищной кошки, её алое платье, облегая фигуру, мягко струилось при каждом движении. Она подошла ближе, обвила его шею руками и устроилась у него на коленях. Её аромат, насыщенный и сладкий, как терпкое вино, обволакивал пространство.

– Я всегда удивлялась твоему терпению, Грегори, – произнесла она, кокетливо приподняв одну бровь.

Он провёл ладонью по её спине, наслаждаясь её близостью, и произнёс, медленно, словно смакуя каждое слово:

– Сара, ты понятия не имеешь, сколько тайн скрывает этот клуб. То, что ты видела раньше, – это всего лишь фасад, яркая обёртка для простаков. Но я хочу, чтобы ты знала правду.

Её взгляд зацепился за его лицо, изучая каждый нюанс.

– И что за правда? – спросила она, придвинувшись ближе.

Грегори наклонился, его голос стал почти шёпотом:

– Этот клуб – это не только вечеринки, сделки и интриги. Есть клуб внутри клуба. Тайное общество, Сара, которое управляет абсолютно всем.

Она слегка откинулась назад, её взгляд стал пристальнее.

– И ты теперь часть этого общества?

– Больше, – он усмехнулся, довольный её реакцией. – Я теперь хранитель. Почётный хранитель. В моих руках архив с именами, планами, ресурсами. Я знаю всё о каждом филиале, их связях, даже их слабостях. Это настоящая власть.

Сара провела пальцем по его щеке, её губы изогнулись в загадочной улыбке.

– Ты всегда был амбициозен, Грегори.

– И ты всегда вдохновляла меня быть больше, чем я есть, – ответил он, глядя ей прямо в глаза. – Мы с тобой изменим этот клуб. Нет, даже больше – я захвачу власть над всеми тайными клубами.

– А ты уже знаешь, как это сделать? – её голос был одновременно заигрывающим и острым, как лезвие ножа.

– Пока нет, – признался он. – Но это неважно. У меня есть все инструменты, чтобы выяснить. После коронации я покажу тебе тайный архив. Мы откроем ящик здесь, в кабинете, и ты всё увидишь своими глазами.

Сара наклонилась к нему, её губы чуть коснулись его уха.

– Я в твоих руках, Грегори.

Он притянул её ближе, их губы встретились в долгом, страстном поцелуе. Затем он откинул голову назад и, глядя на неё снизу-вверх, произнёс:

– Ты восхитительна. Ты – моя муза, моя королева.

Он вдруг встал, легко удерживая её на руках, и поставил на пол.

– Но нам нужно уединиться, – добавил он с хищной улыбкой. – Мы же не хотим, чтобы старик неожиданно нас застал.

Сара, всё ещё улыбаясь, взяла его за руку, и они вместе покинули кабинет, растворяясь в полумраке коридора. Их шаги направлялись в её комнату, оставляя за собой тишину, наполненную их замыслами.

Пит сидел за скромным столом в своей старой комнате, которую ему пока не заменили на новую. Мягкий свет настольной лампы отбрасывал слабое сияние на стены и едва освещал грубую поверхность стола.

Страницы книги учёта шуршали в тишине, каждая из них становилась всё более тяжёлой для восприятия. Его взгляд остановился на одном из столбцов, где значились «списанные» девушки – умершие, по сути, стертые из жизни и памяти клуба.

Сначала он не поверил глазам. В голове мелькали мысли, что это ошибка, совпадение, какая-то шутка. Но когда он нашёл имя Тины и увидел дату – ту самую ночь, когда он с ней впервые проникли сюда под прикрытием, всё сомнение отпало.

Его руки задрожали. Он уронил книгу на стол и тяжело осел на стуле. Сердце сжалось так сильно, что, казалось, воздух стал гуще и горячее. Он опустил голову, закрыв лицо руками, и впервые за долгое время позволил себе слабость – по щеке скатилась одинокая слеза.

Тина была не просто напарницей. Она была тем человеком, кто верил в него, поддерживал, с кем они делили не только опасности, но и редкие мгновения облегчения и надежды. И вот теперь это окончательно закончено. Она умерла в ту ночь. Надежда, которая хоть и была слабой, всё же жила в нём до этой минуты, погасла.

Пит глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки. Боль сменилась яростью.

«Я должен закончить это», – пронеслось в его голове.

Он придвинулся к столу и начал внимательно изучать карту туннелей, которые находились под клубом. Это был лабиринт из коридоров, комнат и выходов, простиравшийся далеко за пределы здания. К каждой локации был приписан символ, связанный с ключами, которые передал ему Грегори.

Пит выучивал каждый поворот, каждый обозначенный выход. Ему нужно было понять, как охраняются эти ходы, и наметить путь для спасения девушек.

Закончив с картой, он решил проверить всё лично. Если эти туннели так важны, их должны охранять. Он надел пиджак и шляпу, забрал карту и связку ключей. Он знал, что охранники туннелей, возможно, не осведомлены о его новом статусе, но карта и ключи в руках должны убедить их в обратном.

Туннели представляли собой сеть, простирающуюся вглубь и вширь, разделённую на три уровня. Первый ярус был знаком Питу – здесь находились комнаты основного персонала, в том числе его собственная, включая душевые, а также комната Сары и Билла, кабинет Лафевров, в конце коридора был склад и пара подсобных помещений.

Второй и третий ярусы были для него запретной территорией до этого дня. Однажды ему удалось пробраться на второй уровень и мельком увидеть комнаты. Но охрана быстро исправила эту оплошность, и Пит не успел дойти даже до середины коридора.

Нижние уровни оказались удивительно ухоженными, с чистыми стенами и полами, что больше напоминало дорогой отель, чем сеть подземелий. Они не уступали первому ярусу по стилю оформления. Здесь находились комнаты девушек, каждая из которых принадлежала какому-то богатому и влиятельному клиенту. Третий ярус предназначался для девушек «общего пользования», как их здесь называли. Здесь ещё были пара подсобок и несколько помещений с загадочной надписью: «Per la gloria eterna».

Пит вспомнил про тайный выход из клуба. Он точно знал, что его нет на первом ярусе, и сверился с картой. Выход обозначался на втором уровне. Пройдя мимо нескольких охранников, которые, заметив связку ключей, выпрямились и продолжили молча стоять на посту, Пит наконец подошёл к массивной двери из красного дерева с символом «Е».

Сверившись с картой, он подтвердил, что «Е» означает «Έξοδος» – выход. «Любят же они свои древние символы,» – пробормотал Пит, нащупывая ключ. Замок поддался, и перед ним открылась винтовая лестница.

На нижней ступени лестницы сидел охранник, расслабленно опёршись на стену. Увидев Пита, он вздрогнул и, было, приготовился оказать сопротивление, но взгляд на ключи мгновенно изменил его настрой. Он уважительно кивнул и отступил, давая Питу пройти.

Лестница вела вверх. Преодолев несколько витков, Пит оказался в освещённом тусклыми лампами туннеле. Он уже больше напоминал подземный ход. Пройдя по нему значительное расстояние, Пит вышел к ещё одной лестнице. Она вывела к проходу без двери, за которым находился просторный холл. Судя по потрёпанным обоям и заброшенной мебели, здесь когда-то был отель или ресторан.

На противоположной стороне холла располагалась металлическая дверь с таким же символом «Е». Пит толкнул ей и она открылась, и за ней оказалась старая вывеска – тканевый баннер с рекламой автомобиля Генри Форда. Откинув его, Пит вышел на нелюдимую улицу.

Место выглядело мрачным и небезопасным. Пустая улица была окружена кирпичными зданиями, одно из которых теперь стояло за его спиной. Пит огляделся, запоминая расположение здания и его приметы. «Вот он, тайный выход,» – отметил он про себя, понимая, насколько ценной была эта информация.

Вечер в клубе был поистине ослепительным. Зал сиял бело-золотыми цветами, словно сам воздух здесь был насыщен торжеством. Потолок украшали роскошные люстры, усыпанные кристаллами, их свет отражался от золотых панелей стен, добавляя пространству невероятный блеск. По периметру зала располагались высокие столики, покрытые белыми скатертями с золотым кантом. Каждый стол был украшен изящными вазами с белыми орхидеями, обсыпанными золотым порошком.

Среди гостей было множество знаменитых и влиятельных персон. Вот миссис Лора Хейл, владелица крупного бутика на Мэдисон-авеню, в шикарном белом платье, расшитом золотыми пайетками. Её волосы, уложенные в сложную волну, украшал золотой гребень в форме орла. Рядом стоял сенатор Донован, в белом фраке с золотым галстуком-бабочкой, его костюм идеально сидел на атлетической фигуре, а уверенная осанка выдавали в нём опытного политика. В углу возле бара стоял местный газетный магнат Арчибальд Крейн, его золотая трость с набалдашником в форме львиной головы выделяла его среди других гостей.