Надежда Черпинская – Елена Прекрасная и Белый Волк (страница 33)
Елена ничем его не обидела, у него не было повода для ненависти и желчи. Должно быть, он просто весь мир ненавидел за то, что вынужден сидеть тут в Лесу, без возможности блеснуть в высшем свете.
Ещё бы… С такой внешностью Хозяин мог бы где-нибудь при дворце покорять женские сердца, а стал пленником Замка. Тут есть отчего впадать в ярость.
Только ведь Лена в этом не виновата. Зачем выливать на неё свой беспричинный гнев?
Впрочем, это уже неважно…
Какие бы причины не двигали Хозяином, Лена об этом уже не узнает, не разгадает тайны этого замка, не докопается до сути проклятия, поразившего это место.
Хватит! Терпеть подобное издевательство она больше не станет…
Нужно было уйти ещё тогда, сразу, не слушая уговоры Рагни и Магри.
Если её вот так откровенно выставляют за порог, значит, так тому и быть.
Лена подняла с пола листок и прочла ещё раз – нарочно била себя в
Увы, после второго прочтения ничего не изменилось, стало только хуже. Нет, Лене не привиделось. Её действительно настойчиво просили убраться прочь.
Что ж, желание Хозяина – закон.
Лена подскочила, смяла письмо и в сердцах швырнула на угли в почти прогоревший камин. Скинув халат, заметалась по комнате, вспоминая, где её вещи. Шубку придётся взять в гардеробной, а всё остальное заберёт своё. Ничего ей не нужно от этого мерзавца.
Впрочем, нужно, наверное, поверх джинсов натянуть юбку… А то местные могут очень удивиться, узрев девицу в штанах…
«А ты надеешься добраться до людей, Леночка?»
Собственный внутренний голос на миг привёл в чувства и заставил притормозить.
Что она творит?! Как ребёнок, сбежавший от строгих родителей – честное слово!
Ведь это же чистое самоубийство. Сколько раз ей все в этом Замке повторяли, что выбраться из Чёрного Леса невозможно. Особенно, в одиночку.
А она надеется на что-то…
Взгляд упал на тлевший смятый листок. И ответ пришёл сам собой: ни на что она не надеялась, понимала, что обречена, просто не могла остаться... после такого.
Заморачиваться с юбкой не стала – ушла в джинсах. Всё равно, скорее всего, её внешний вид оценят только снежезвери.
Уже в коридоре натянула короткую шубку. Хотела сразу пойти вниз, пока кто-нибудь её не застукал, и побег не сорвался… Но всё-таки не смогла пройти мимо библиотеки.
Здесь лежали её рукописи.
Лена погладила витиеватые строчки кончиками пальцев. Перевернув один из листов, черкнула буквально пару фраз: «Прости, я не смогу дописать нашу сказку! Благодарю за всё тебя, Магри и близнецов. Ты стал мне очень дорог, Рагни, очень! Прощай!»
Не перечитывая, Лена развернулась и метнулась прочь из библиотеки. Крадучись, на цыпочках, сошла вниз. Нужно было бы заглянуть и на кухню, прихватить с собой что-то из еды, но там уже наверняка хозяйничала Магри.
Убедившись, что в зале с витражом нет ни Хозяина, ни кухарки, ни Рагни, Лена бросилась к выходу.
***
Морозный воздух быстро остудил голову. Злость прошла, а на смену ей пришёл леденящий страх. С трудом пробираясь по сугробам, Лена всё яснее понимала, какую глупость совершила.
В звенящей тишине леса было слышно лишь, как скрипел снег под её сапожками, но Лене всё время мерещились ещё чьи-то шаги. Она чувствовала спиной голодные взгляды. Совсем как в тот раз, когда впервые столкнулась со снежезверями.
Лена крепче сжимала рукоять клинка, леденящую ладонь, и затравленно озиралась по сторонам. Длинный кинжал она прихватила со стены у входной двери – там оружие служило лишь украшением, а ей могло пригодиться. И, кажется, это было единственное разумное, что она совершила в это утро.
Ага, если бы ещё сражаться умела…
Конечно, Лена не могла остаться после письма Хозяина. Но надо было хотя бы дождаться пробуждения остальных. Попросить у Магри с собой что-то съестное. И горячий чай – налить в кувшин с пробкой, закутать в платок, получился бы этакий термос.
Нужно было расспросить Рагни о том, где ближайшее поселение людей, а ещё лучше уговорить его проводить Лену хотя бы немного…
«Ага, чтобы снежезвери сожрали не только тебя, но и его…» – опять язвительно подковырнул внутренний голос.
Эх, что-то Лена сегодня к себе слишком нетерпима. Но как иначе?
Ведь с каждым шагом всё очевиднее становилось, что она сама себя обрекла на страшную участь. Лена уже порядком замёрзла, снег набился в сапоги, лицо закоченело – приходилось растирать его рукавом. А вот под шубкой она умудрилась даже вспотеть – всё-таки требовалось изрядно попыхтеть, прокладывая путь по рыхлому снегу.
Несколько раз она даже останавливалась и оглядывалась назад…
Её следы ещё были хорошо различимы, и можно было бы повернуть обратно. Но Лена, передохнув, вновь с тяжким вздохом ползла вперёд по сугробам.
Когда она выбралась за ворота замка, приметила едва заметную тропку на снегу. Вернее, это были просто чьи-то следы, сильно занесённые снегом. Скорее всего, этим путём вчера явился в Замок Хозяин.
Вот Лена и пошла по этому следу… Но вскоре тот совсем затерялся среди деревьев и кустов, и теперь у неё не осталось никакого ориентира.
А тут ещё стал подниматься ветер, не сильный, но противный, пронизывающий. Он, как нарочно, затягивал позёмкой отпечатки ног Лены.
Ещё немного, и даже путь обратно к Замку исчезнет. И тогда Лена точно сгинет в этом лесу. Рагни был прав, отсюда не выбраться.
«Нужно возвращаться!» – злясь на саму себя, решила Лена.
Снова идти туда, откуда тебя попросту выставили, было противно и унизительно, но замерзать в чаще под кустом – это ещё хуже.
Ещё раз взглянув на собственные следы, Лена сглотнула слёзы – обида невыносимо жгла душу, но иного выхода нет. Надо вернуться!
А потом она попробует ещё раз, сегодня же… Только не так бездумно и спонтанно.
Но, стоило ей принять самое благоразумное решение за это утро и повернуть обратно к Замку, как за спиной отчётливо заскрипел снег. Затем шорох раздался слева. Подозрительно осыпался иней с нижних ветвей пушистой ели неподалёку.
Боясь двинуться с места, Лена окинула взглядом затаившийся лес и… сдавленно охнула, когда один за другим на её
***
38 Отчаянный шаг
Кажется, это был конец её недолгого путешествия.
Все надежды, что снежезвери предпочитают охотиться по ночам, а днём встречи с ними удастся избежать, растаяли в одно мгновение.
Но так просто Лена свою жизнь отдавать не собиралась. Ведь даже тогда, при первом столкновении с ледяными хищниками, ей удалось какое-то время отбиваться, будучи безоружной. Пока не подоспела помощь.
А сейчас у Лены был клинок, острый и опасный. Пусть он находился не в руках бывалого воина, а в руках слабой девчонки, но всё же Лена готова была сражаться до последнего.
Злющие снежезвери, чувствуя её настрой, тоже не спешили напасть, лишь рычали устрашающе да клацали зубами.
Они в одно мгновение окружили Лену и теперь медленно, но неотвратимо подбирались всё ближе. Время от времени кто-то из хищников делал резкий выпад в сторону Лены, но каждый её ответный взмах кинжалом заставлял снежных чудищ отступать.
Однако Лена понимала, что это ненадолго. Нужно было найти какое-то укрытие, но ничего подобного в заснеженном лесу, разумеется, не было. Тогда она решила добраться до ближайшего крепкого дерева, чтобы прикрыть хотя бы спину.
Осторожно и медленно, Лена двигалась к своей цели. До сосны нужно было пройти всего шагов десять, но этот путь казался бесконечным.
Однако снежные твари быстро распознали её хитрость и больше не стали медлить.
Вся стая бросились на неё одновременно. От свирепого рычания заложило уши. У Лены дыхание перехватило от ужаса, и в глазах потемнело. Но падать в обмороки сейчас было не время.
Начался бой…
Да, самый настоящий бой, причём неравный. Со всех сторон Лену обступили жуткие создания, покрытые обледенелыми шипами. Ощерившиеся пасти тянулись к ней. Острые клыки так и норовили вонзиться в тело, но пока отрывали лишь клочья шубки.
Лена же без устали отмахивалась клинком, изредка срубая ледяные иглы-наросты. Однако даже те удары, что достигали цели, не могли всерьёз навредить снежезверям.
А вот каждый из этих хищников вполне мог оборвать жизнь Лены одним укусом.
Лишь каким-то невероятным чудом Лене удалось всё-таки пробиться к дереву и прижаться к нему спиной.
Снежезвери от этого только ещё больше разъярились – бросались на неё, пытаясь вцепиться в ноги, повалить в снег. Но Лена упорно отбивалась от них, хотя рука уже дрожала от напряжения, пальцы сводило судорогой.