Надежда Черпинская – Единственное желание. Книга 4 (страница 43)

– Ага! Обыкновенная! – фыркнул разбойник. – У нас тут на каждом углу девицы из других миров разгуливают…

– Орден её не получит, – зло бросил Кайл. – Сначала пусть они меня убьют!

– Да легко! – ухмыльнулся атаман. – Я им примерно то же самое ответил. Тебя они по этому поводу пока не трогали… Любовь, ясно-понятно! А ко мне первым делом – я же Рыжую тоже знаю, но отношения у нас другие. Вот они через меня и хотели подобраться. Да только я их послал! На что мне было сказано, дескать, иномирянки – явление редкое, а наглых зарвавшихся разбойников, как, кстати, и рыцарей, всегда можно найти дюжину, а то и две.

Настя всё это слушала безмолвно, и с каждой минутой ей всё больше хотелось схватиться за голову.

– Стало быть, я всячески пытался убедить Орден, что у нашей Дэини никаких способностей нет. Она глупая, слабая, трусливая бездарь, – продолжил свою речь Ворон. – Но мне не верят, хоть ты тресни! И думаю в ближайшее время Девять попытаются её затянуть в свои сети. Так что, друзья мои, я вас предупредил. Теперь знаешь, что на тебя охоту ведут, Настия – осторожнее будь!

– А почему мне в этот ваш Орден нельзя? – не поняла Рыжая. – Вы ведь там служите.

– Потому что это хуже рабства, – холодно отозвался полукровка, и Настя душой ощутила ярость внутри него. – Цель превыше всего! А цель – благоденствие и мир Кирлии. Чудесно, правда? Мы служим добру и свету. А сколькие из нас, вот таких простых вояк, за высокие цели жизнями расплатятся – кому это важно?

– А уйти… нельзя? – решила уточнить Романова.

– Только если вынесут, – рассмеялся Эливерт. – Как говорится, ногами вперёд. Да никто и не порывается. Кайл прав – это хуже рабства. Они нас держат не цепями, а совестью и честным словом. А эти путы надёжнее и крепче. Ну, куда ты денешься, если понимаешь – кроме тебя никто не сможет. Не поможешь ты – люди погибнут. А они ведь невиноваты, что их защищать некому.

Кайл на это лишь покивал согласно.

Ворон замолчал на минуту и задумчиво продолжил:

– Но, мне думается, и так мы уже на славу поработали. Пора и отдохнуть. Да и шанс, наконец, появился. Как я уже сказал, милорд Данкалнау обещал меня отпустить на все четыре стороны и прошлые мои лиходейства простить. И стану я добропорядочным и славным эрром Элиолом. А разбойника Эливерта поймают и казнят на месте, без суда, где-нибудь в окрестностях Лэрианора. Да и закопают спешно там же. О чём непременно доложат в Главный Надзор Стражей Порядка. Только сперва для Ордена надо ещё кое-что сделать…

– Что? – спросила Рыжая, уже предчувствуя – конец каникулам и безмятежной счастливой жизни.

– Ах, Дэини, – покачал головой разбойник, – что хочешь получить, тем и плати! Всегда так. Цена жизни – жизнь. Совет Девяти крайне недоволен всем, что произошло. Вы уничтожили единственного, кого Лиэлид боялась. И магическое оружие сами ей едва не доставили… Теперь нам всё это и разгребать!

Эл не обошёлся без интригующей паузы.

– Король собрался Лиэлид сделать официальное предложение руки и сердца. При всём честном народе, прямо на приёме герсвальдского посольства. Так вот… Этого не должно случиться! Лиэлид надо… убить.

***

27 Цена жизни

Настя и Кайл одновременно уставились на него, но Эливерт выдержал эти прожигающие насквозь взгляды спокойно и почти безразлично.

– Помогать не прошу, – добавил он. – Кайл, просто не мешай!

– Ты спятил? Ушам своим не верю! Я клятву давал её защищать. Я тот, кто её оберегать обязан от таких, как ты. Эливерт, зачем ты мне это сейчас сказал?

– Ты клялся защищать миледи Лиэлид, фрейлину его величества, владетельную госпожу Жемчужных Садов. А я иду убивать Вальмару, распроклятую лэдрау, жаждущую уничтожить мир.

– А если она не жаждет никого уничтожать и порабощать? – полукровка вскочил со своего места. – Ты хочешь себе купить новую жизнь, убив беззащитную женщину? Замечательно! Так чем тогда твоя новая жизнь от старой отличается? По-твоему, это справедливая цена? Твоя возможность спать спокойно, обзавестись семьёй и страха не знать будет стоить жизни ей!

– Да, подло, – согласно кивнул атаман. – Так ведь я сволочь и проходимец. Я Ордену затем и нужен – они своими чистыми ручками грязную работу делать не станут. А ты, рыцарь, лучше подумай о своей совести! Сколькими жизнями ты хочешь за твоё спокойствие заплатить? Ты слово давал, слово рыцаря, да? Так не нарушай его, спаси Лиэлид, предупреди, убереги – и совесть будет чиста! Но когда эта тварь дорвётся до власти и начнёт убивать, как её кровожадная мать, когда от руки её погибнут тысячи невинных людей, что скажешь ты тогда, друг? Чиста будет твоя совесть? Сколько жизней стоит твоя возможность спать безмятежно этой ночью и не мучиться угрызениями совести?

Кайл сел обратно, но молчал, отвернувшись в сторону.

– Это надо сделать. По-другому нельзя, – твёрдо добавил Эливерт.

– Но почему именно ты? – расстроенно покачала головой Настя. – Именно мы?

– Мы эту кашу заварили, нам и расхлёбывать, – пожал плечами Ворон.

– А если ты заблуждаешься? – не отступил Кайл. – Если Девять нас просто хотят использовать, как это обычно и бывает? Ты ведь знаешь, Данкалнау всегда был против того, чтобы Лиэлид стала королевой. Если вся эта история с летописью Древних, просто подлог с целью избавиться от ненавистной фаворитки короля? Если они нашими руками свои интриги провернуть хотят?

– Так давайте сами найдём доказательства или опровержение! – оживился Эливерт. – Кайл, мы можем отправиться в хранилище Ордена хоть завтра и посмотреть, что они там откопали. Увидишь всё своими глазами. Меня Инсфирь убедила.

– Инсфирь? Королевская целительница? – удивилась Настя. – Она тоже там?

– Она там ещё и Глава Совета, – утвердительно кивнул разбойник.

Настя только теперь начала понимать сколько раз в словах её приятеля из Вольного леса проскальзывали намёки на существование тайного общества. Просто Рыжая тогда их не понимала.

– Вообще, все эти дела лучше бы обсуждать там, а не здесь. Мы пока не знаем, на что способны лэдрау. Меня всегда поражала осведомлённость Лиэлид. Как знать, может, она умеет следить и подслушивать на расстоянии. По крайней мере, Данкалнау строго-настрого запретил с тобой говорить о том, что мы замышляем, во дворце или у тебя дома. Я потому и звал вас прогуляться. Но сад, это ведь не дом. Надеюсь, здесь нигде уши не прячутся. Хотя… кто знает. Только догадываться можно, как Вальмара за всеми следит. Поэтому и Чашу без особой надобности не доставайте и не говорите о ней!

– Чаша? Слушай, а ведь это и есть доказательство! – сообразила Настя. – Она как с цепи сорвалась, когда мы ей трофей главный не отдали.

– Конечно! – усмехнулся Эл. – Она же её так жаждала! Всю эту историю с походом на Север устроила, а тут… Хоть Лиэлид и стерва, брату своему смерти она, наверное, не желала. Всё-таки убивать его она нас не просила, несмотря на то, что они точно не ладили. Да и боялась его Лиэлид. Он единственный ей мог соперником стать. А вы его убрали с её пути, дорогу расчистили. Тут бы и обрадоваться… А Чашу не отдают! Да и договор с Севером без неё заключили. Она оттого и злая такая. Боюсь, приезд Эриледы ей, вообще, не на руку. За королевну некоторые всерьёз опасаются. Лиэлид не нужен мир, если она его не своими руками создаст. А Чашей этой, кстати, и Орден ши-и-и-бко интересуется. Тоже ищет, как и Лиэлид. Выходит, штука эта всё-таки ценная.

– Да, – подтвердила Настя. – Она и меня уже расспрашивала, и Даларда подсылала вызнать всё у нас.

– Уверен, скоро и до мага вашего доберётся, – согласно закивал атаман. – А потом и до тебя, рыцарь!

– Уже, – нехотя обронил Кайл.

– Что уже? – не понял Эл.

– Добралась, – Кайл почему-то смотрел в пол, и Рыжей очень не нравился его тон. – Два дня назад позвала к себе в покои. По очень срочному делу…

Кайл замолчал. А Настя смотрела на него в изумлении и чувствовала себя так, будто только что случайно вляпалась в какую-то тухлую мерзкую пакость.

– И что хотела? – до Эливерта в этот раз дошло медленнее. – Да брось! Неужто совращала?

Атамана это неожиданное откровение полукровки отчего-то развеселило, а вот Рыжей было совсем не смешно.

– Н-да-а-а… Вся в мать! – заржал Ворон. – Та тоже знала единственный способ своего добиваться – всё через одно место…

Эл перестал смеяться, глядя на каменные лица своих умолкших собеседников.

– Да ладно вам! – попытался он разрядить обстановку. – Ну вы чего? Ты же не поддался?

– Разумеется нет! – глаза полукровки сверкнули льдистым огнём.

– Почему ты мне ничего не сказал об этом? – сдержанно поинтересовалась Романова.

В руке она снова сжимала кубок и сейчас полностью сосредоточилась на нём, потому что ей очень хотелось швырнуть несчастный бокал об стену дома, но делать этого никак нельзя.

– А говорили – нет секретов… – тихонько хмыкнул Эл, но тотчас примолк под испепеляющим взглядом Рыжей.

– Я подумал, – Северянин посмотрел исподлобья, – тебе это неприятно будет знать.

– Мне неприятно этого не знать, – развела руками Настя. – Неприятно, что ты это скрыл от меня. А как же доверие? Понимаешь? Я сейчас из-за этого так расстроена, а не из-за какой-то потаскухи.

– Прости! – тяжело вздохнул полукровка.

– Ну вот, – Эл поддержал его таким же тяжким вздохом, – устроил я тут. Я не хотел, правда… Дэини, да ладно губки дуть! Он же устоял. Перед таким-то соблазном. Похвали лучше! На такую кралю не позарился… Это ж суметь надо!