Надежда Чародейская – Салон Три сестры (страница 10)

— Здесь полно магии, — пожала плечами Рита. — Мы сами её сюда спрятали. Конечно, пахнет.

— Нет, — медленно произнесла Надя, принюхиваясь. — Этот запах... он новый. Не наш. Чужой.

Сёстры переглянулись. Рита подняла фонарь выше. Свет упал на ступеньки, ведущие в темноту, и выхватил из мрака что-то, чего здесь быть не должно.

На одной из ступенек лежал цветок. Живой цветок — белая лилия, светящаяся в темноте мягким серебристым светом. Она была прекрасна. И совершенно чужда этому месту.

— Это эльфийская лилия, — прошептала Надя. — Я читала о них. Они растут только в садах Эльфхейма. Их не бывает в человеческом мире.

— Значит, Элеонора, — процедила Рита, и пламя в фонаре вспыхнуло ярче. — Она была здесь. Она нашла подвал.

— Но когда? И как? Дверь была заперта!

— Она эльфийка. Эльфы умеют проходить сквозь... не знаю. Сквозь что-нибудь. Мы не знаем, на что они способны.

Надя спустилась на ступеньку ниже и подняла лилию. Цветок был холодным на ощупь и слегка вибрировал — словно внутри него билось крошечное сердце.

— Это послание, — сказала она. — Элеонора хочет, чтобы мы знали: она была здесь. Она видела артефакты. Она может доказать, что мы используем магию.

— Но почему она не сделала этого сразу? Почему не привела СЭС прямо сюда?

— Потому что ей нужен не просто скандал. Ей нужна победа. Полная и безоговорочная. Она хочет, чтобы мы знали о её силе. Чтобы мы боялись. Чтобы мы сдались сами.

— Ну уж нет, — Рита сжала кулаки, и по её пальцам пробежали искры. — Мы не сдадимся. Мы — ведьмы. Мы старше, чем этот город, помнишь? Мы пережили инквизицию, охоту на ведьм и моду на наращённые ресницы. Переживём и одну эльфийку.

— Мода на наращённые ресницы — это вообще-то мой бизнес, — обиделась Надя.

— Я в хорошем смысле! Твои ресницы — лучшие в городе. Даже эльфийки так не умеют. У них там, в «Эльф-Красе», все клиентки выходят похожими на испуганных оленей. А у тебя — на королев.

— Ты правда так думаешь? — расцвела Надя.

— Правда. А теперь давай проверим артефакты. Убедимся, что ничего не пропало. И решим, что делать с этим цветком.

Артефакты были на месте. Все склянки, все баночки, все зачарованные инструменты. Даже мандрагора сидела в своём ящике и обиженно сопела. Но на ящике кто-то оставил ещё одну лилию. И ещё — маленькую записку, написанную изящным эльфийским почерком на дорогой бумаге.

«Милые ведьмы. Я знаю ваш секрет. Пока что я молчу. Но если вы не закроете свой салон добровольно в течение недели — вся ваша коллекция станет достоянием общественности. А заодно и Ковена. С любовью, Э.Э.»

— «С любовью»? — возмутилась Рита. — Она пишет «с любовью»?!

— Это эльфийский юмор, — вздохнула Надя. — Они всегда так. Вежливые до отвращения.

— И что мы ответим?

— Ничего. Мы не будем отвечать. Мы будем действовать. Зина сказала: у нас есть неделя. За эту неделю мы должны стать лучшим салоном в городе. Таким лучшим, чтобы даже эльфы не смогли нас закрыть.

Она аккуратно положила лилию и записку в карман и направилась к лестнице.

— Пошли. Расскажем всё сёстрам. Кажется, у нас война.

Рита ещё раз оглядела подвал, полный магических сокровищ, и кивнула.

— Война так война. У меня как раз есть одна идея. Огненная.

— Только без пожаров, — предупредила Надя, поднимаясь по ступенькам.

— Без пожаров не обещаю. Но красиво — обещаю.

И они выбрались из подвала, захлопнув за собой крышку. В подсобке было тихо. Пластиковые цветы на подоконнике сменили цвет на воинственно-алый.

Салон «Три сестры» готовился к битве.

На следующий день, когда Рита отлучилась в магазин за новыми расчёсками (обычными, без магии, для прикрытия), а Василиса принимала клиентку, в салоне снова появился Денис.

На этот раз он пришёл без заказа. Просто заглянул.

— Привет, — сказал он с порога, и колокольчик звякнул как-то особенно радостно. — Я тут мимо проходил. Дай, думаю, зайду. У вас уютно.

Надя, которая в этот момент раскладывала пинцеты (обычные, не летающие), едва не выронила всю коробку.

— Ты... вы... ты пришёл! — выпалила она и тут же мысленно отругала себя за косноязычие.

— Ну да. У меня обеденный перерыв. А тут как раз ваш салон. Я подумал: может, вам что-то нужно? Доставить? Привезти?

— Нам... нам... — Надя лихорадочно соображала. Что им нужно? Им нужно было много чего. Новые баночки для кремов. Салфетки. Перчатки. Но прямо сейчас ей нужен был только он.

— Нам нужен чай! — выпалила она. — То есть, не чай. Кофе. То есть... может быть, вы... ты... хочешь кофе? У нас есть кофемашина. Она обычная. Без магии.

— Без магии — это хорошо, — улыбнулся Денис. — А то от магии у меня аллергия, честное слово. Один раз бабушка пыталась меня заговорить от сглаза — я чихал три дня.

— Это ужасно! — искренне огорчилась Надя. — То есть, не ужасно, что бабушка, а ужасно, что чихал. Хотя бабушка — это мило. А сглаз — это ерунда. То есть, не ерунда, но...

— Надя, — перебил её Денис, и она замолчала, потому что его голос звучал как тёплый ветер (и это говорила она, ведьма Воздуха, которая знала о ветре всё). — Ты сейчас сама себя запутаешь. Давай просто выпьем кофе. Если ты не против.

— Я не против, — прошептала Надя. — Я совсем не против.

И они пошли пить кофе. Надя включила кофемашину (обычную, без магии), и пока машина гудела и плевалась паром, она украдкой разглядывала Дениса. У него были очень светлые глаза — цвета неба в ясный полдень. И ресницы — длинные, но не такие длинные, как она могла бы сделать. «Я бы нарастила ему ресницы, — подумала Надя. — Совсем чуть-чуть. Для выразительности. Нет, не надо. Он же чихает от магии. А мои ресницы магические. Значит, будет чихать. А чихать — это не романтично».

— О чём думаешь? — спросил Денис, принимая из её рук чашку.

— О ресницах, — честно ответила Надя и тут же покраснела.

— О моих?

— Нет! То есть да! То есть... о ресницах вообще. Как о явлении. С научной точки зрения.

— И что говорит наука?

— Наука говорит, что ресницы защищают глаза от пыли. Но это скучно. На самом деле ресницы — это... это опахала. Они создают ветер. Когда человек моргает, он создаёт микропотоки воздуха. Мы даже не замечаем этого, а они есть.

— Опахала, — задумчиво повторил Денис. — Никогда не думал о ресницах как об опахалах. Интересно.

— Тебе интересно? — оживилась Надя. — Хочешь, я расскажу больше? У меня есть целая лекция о ресницах. Я могу рассказывать часами.

— Давай, — улыбнулся Денис. — У меня как раз обед заканчивается через полчаса. Расскажи мне всё.

И Надя начала рассказывать. О ресницах, о ветре, о том, как форма глаза влияет на аэродинамику моргания. Она говорила и говорила, а Денис слушал, и на его лице не было ни скуки, ни насмешки — только интерес. Настоящий, живой интерес.

Зина, которая заглянула в комнату отдыха через десять минут, увидела эту картину и бесшумно отступила обратно. Она закрыла дверь, приложила палец к губам, глядя на подошедшую Василису, и прошептала:

— Там Надя. С курьером. Пьют кофе. Не мешаем.

— С тем самым курьером? — ахнула Василиса. — На которого не действует магия?

— С ним самым.

— Но как же... а если он узнает? О нас? О салоне?

— Не узнает, — покачала головой Зина. — У него аллергия на магию. Он просто не способен её воспринимать. Для него наши зелья — просто чай, наши зеркала — просто зеркала, а наши ресницы — просто ресницы. Он самый безопасный человек для Нади. И, кажется, самый нужный.

И она улыбнулась — тепло, по-земному. Потому что даже у ведьм должно быть личное счастье. Особенно накануне войны.

Конец пятой главы

Глава 6. Конкурс красоты, или Как ведьмы объявили войну, не нарушив СанПиН

Весть о том, что салон «Эльф-Краса» объявил «войну», разлетелась по району быстрее, чем Надя успела чихнуть. А чихала она, как мы помним, со скоростью ветра. Уже к вечеру четверга на дверях «Эльф-Красы» красовался огромный плакат:

«КОНКУРС КРАСОТЫ "МИСС РАЙОН"!