Надежда Бесоф Кочетова – Не говори никому. Страшные рассказы и мистические истории (страница 8)

Вскоре Вадим узнал, что женщины, которые осмелились перекинуться парой фраз со строителем, подвергались жесткому наказанию. Спустя неделю, ни одна из сестер не приближалась к Вадиму, а завидев его, убегала прочь.

*10 лет назад*

– У вашего сына асоциальное расстройство личности. Он может быть опасен. То, что сейчас он, как вы говорите, исправился, временно. Поверьте, он себя еще покажет, – говорил врач психиатрической клиники матери одного из пациентов.

– Алеша исправился, поверьте. Я хочу, чтобы вы сняли его с учета. У него вся жизнь впереди. Это было детское баловство. Теперь он повзрослел, поумнел, ведет себя хорошо, учится на пятерки.

– Это волк в овечьей шкуре. Вы забыли, как он потрошил животных, как избивал младших, как издевался над стариками?

– Это все в прошлом. Снимите его с учета.

– Я могу снять его с учета лишь через четыре года. Уверяю, он столько не продержится.

– Мы подождем. Мой сын нормальный.

– А год назад вы сидели на этом месте и рыдали, не зная, что делать.

– Он изменился.

– Вам виднее, – врач уставился в экран компьютера и сделал вид, что работает, потом поднял глаза на женщину и раздраженно произнес. – Я вас больше не задерживаю.

Она вышла из кабинета. На стуле сидел Алексей. Он улыбался.

– Ну что, мам, когда меня снимут с учета?

– Только через четыре года, сынок.

Мама вдруг заметила мимолетно промелькнувшую злость в глазах сына и испугалась – а если доктор прав?

– Мам, ты иди домой, а мне нужно встретиться с другом, – сказал Алексей.

Но ни с каким другом он не встретился, а пошел в парк, бродил там, пока не увидел кошку, сидящую под лавкой. Белая шерсть кошки была грязной и слипшейся. На дворе стояла осень, моросил мелкий дождь.

Алексей взял животное на руки и погладил. Мимо проходили люди.

– Бедняжка, пойдем со мной. Как же ты замерзла, – говорил Алексей. Проходившая мимо женщина, улыбнулась, видя эту картину.

Алексей, держа на руках кошку, зашел за гаражи. Там не было посторонних глаз. С яростью и жаждой крови, он растерзал животное.

Потом он вытер руки влажными салфетками и пошел домой. Он чувствовал удовлетворение.

Никто не знал о его расправах с животными, он ни разу не попался. И через четыре года, когда ему уже исполнилось двадцать лет, его сняли с учета.

Учиться в институте он не захотел. Уехал в Индию и провел там пять лет. А год назад вернулся и организовал общину в одном из пригородных сел, взяв себе новое имя – отец Сергий.

*Наши дни*

Вадим смотрел на то, сколько работы выполняли сестры общины. От родственников некоторых сестер, он узнал, что они переписали все свое имущество на отца Сергия.

В одно воскресенье отец Сергий попросил Вадима закончить работу раньше и уехать, до среды не приезжать.

Журналисту это показалось странным. Он сделал вид, что уезжает, а сам остался наблюдать поодаль. Территория общины была обнесена большим забором. Всего там было три маленьких дома и один большой, в котором по вечерам все собирались.

Вадим увидел, как отец Сергий заехал на своей машине в ворота. Тогда журналист подошел к забору, где заранее проделал щель, и стал наблюдать за происходящим на территории общины.

Отец Сергий вывел из машины мальчика, на его голове был надет мешок. Он повел его в большой дом.

Вадим понял, что медлить нельзя – отец Сергий мог сделать все что угодно с мальчиком. Он позвонил в полицию и рассказал все, что видел за эти дни.

Полиции долго не было. Вадим не хотел медлить. Он перелез через забор – хорошо, что рядом росла рябина, по ней он и взобрался.

Подойдя к дому, он услышал песни. Боясь, что его заметят, посмотрел в окно с боку, лишь краем глаза. Вадим увидел, что мальчик лежит на столе и не двигается. Привязан он не был. Значит, он либо мертв, либо под каким-то веществом.

Все сестры стояли вокруг стола и пели песни. По очереди они подходили к стоящему рядом с мальчиком отцу Сергию. Тот что-то клал им в рот. Но потом Вадим замер от ужаса, увидев, как отец Сергий отрезает кусочки плоти мальчика, именно их он клал в рот сестрам.

Вадим пришел в себя от звука полицейской сирены. Сотрудники полиции выломали ворота и вбежали в дом.

Всех участников общины задержали. Вскоре, по показаниям отца Сергия, настоящее имя которого было Алексей, сотрудники полиции обнаружили захоронения останков двадцати человек.

Раз в месяц, по воскресеньям Алексей устраивал причастие, на котором он давал кусочки плоти убитого человека сестрам, а в конце они пили кровь жертвы.

Алексея и его соучастниц осудили на пожизненный срок.

Девушка из кувшина

Роман вошел в вагончик, в котором проживала их группа, пока шли раскопки, и увидел, как Алексей – один из археологов и близкий друг Романа, взял несколько серебряных монет, которые им посчастливилось найти, и положил в свой рюкзак.

– Алексей Семенович, что это сейчас было? – строго спросил Роман.

– Ром, у меня дети. Никто не заметит, что тут не достает нескольких монет, – отмахнулся Алексей. – На вот, тоже возьми.

Он протянул Роману старинный серебряный кувшин.

– Я не ворую артефакты.

– А мы и не воруем. Мы нашли, по справедливости, какая-то часть должна принадлежать нам. Возьми кувшин. Твои внуки тебе спасибо скажут.

Роман растерялся, глаза заволокло пеленой, он машинально взял кувшин и положил его в свой рюкзак. Потом молча вышел из вагончика.

– Зачем говорить мне о внуках? – пробормотал Роман.

У мужчины не было детей и не предвиделось. Ему уже сорок четыре. Женат ни разу не был. Давно прекратил попытки завести отношения. Когда два года назад его длительные ухаживания за девушкой прекратились по ее инициативе, он с облегчением выдохнул. Полгода он обхаживал ее, водил по ресторанам, дарил подарки, но ему с ней было невыносимо скучно. Она не вызывала в нем никаких эмоций, кроме тоски. Но он был готов жениться, хотелось детей. Когда же она сказала, что не хочет продолжать общение, Роман чуть не вскрикнул от радости, еле сдержался.

– Не будет у меня детей, и черт с ним. Жить с нелюбимой, во сто крат хуже одиночества. – успокаивал себя мужчина.

Раскопки закончились. Роман приехал домой уставший, но довольный. Они обнаружили много старинных предметов, серебряные монеты – все это предстояло изучить.

Вдруг он вспомнил про кувшин. Достал его. Повертел в руках. Кувшин нужно было почистить, но сейчас сил на это у Романа не было.

Он вспомнил про него спустя две недели в выходной. Заняться было нечем и Роман решил почистить кувшин, рассмотреть, изучить.

На кувшине была крышка, но она не открывалась. Сначала Роман подумал, что это от загрязнения, но, когда очистил, понял, что дело не в этом. Когда же кувшин был полностью очищен, Роман заметил у основания горлышка небольшой зазор между основанием и горлышком. Тогда он провернул горлышко – вот он механизм, открывающий крышку – понял Роман.

Крышка резко откинулась, а кувшин выскочил из рук. Яркий свет брызнул из него. В этом свете появилась необычайно красивая девушка. Стройная, с длинными волосами, с тонкими чертами лица и белоснежной кожей, одетая в старинное бальное платье. Она изящно танцевала под музыку, звучащую из кувшина. Легкие, плавные, грациозные движения завораживали.

Это длилось несколько минут, после чего все исчезло так же стремительно, как появилось. Роман откинулся на спинку дивана, изумленный увиденным. Сердце колотилось. Дрожащими руками он поднял кувшин и вновь провернул горлышко. И снова все повторилось. Звучала музыка, девушка танцевала. Роман повторял это весь вечер.

Ближе к полуночи, когда Романа уже клонило в сон, он захотел в последний раз полюбоваться на танцующую красавицу. Но вдруг девушка, которая танцевала со спокойным, умиротворенным лицом, не проявляя эмоций и, казалось, что она какая-то бесчувственная видеопроекция, чего-то испугалась, глянула в угол и исчезла в кувшине.

Роман резко оглянулся и тоже посмотрел в тот угол. По спине поползла мелкая холодная дрожь. В углу стоял старик, одетый в черный старинный плащ с капюшоном, на голове старая помятая шляпа, длинная борода. Старик тянул костлявую, со скрюченными пальцами, руку к Роману.

– Ты… – скрежеща зубами, хриплым голосом протянул он.

Роман соскочил с дивана, включил свет. Старик исчез.

В эту ночь Роман не смог уснуть. Утром, придя в институт, в котором работал, он перечитал все, что касалось того места, где были раскопки. Никакой информации о кувшине и о том, кому он мог принадлежать, не было.

Расстроенный, измотанный Роман после работы зашел в бар, расположенный неподалеку от его дома. Домой идти было как-то страшно. Он не знал, с чем столкнулся и чем это обернется.

Сев за столик, он заказал бутылку коньяка и закуску. Обдумывая произошедшее накануне, Роман поймал себя на мысли, что танцующая девушка запала в душу, ее образ стоял перед глазами, стоило их прикрыть.

«Я должен разгадать эту загадку, – думал Роман».

– Я присяду? – его мысли оборвала девушка, которая, не дождавшись разрешения, уселась напротив. – Вы что тут один?

– Девушка, я не расположен сейчас…

– Я тоже одна. Приехала недавно в этот город. Поступила в Институт Археологии. Кстати, в моем селе недавно проходили раскопки. Представляете. Но эти дураки не знают, что это место нельзя трогать.