Надежда Березкина – Звезда по имени Аурита (страница 3)

– Не надо, – вдруг услышала я его голос.

– Как это не надо? – удивилась я, – Это моя работа.

– Здесь никто никогда не вытирал пыль, – растерялся он, и пожал плечами.

– Теперь пыль будет вытираться всегда, – сказала я ему строго и смягчив свой тон, добавила, – Пыль вредно воздействует на организм.

– Как тебя зовут? – спросил он, улыбнувшись.

– Нина, – ответила я, – А вас? Стёпа? Очень приятно познакомиться.

Последнюю фразу я всегда добавляла при знакомствах. Некоторые удивлённо спрашивали: «Так уж и приятно?»

– Ты учишься?

– Да, – засмеялась я, – Вот видишь практику прохожу.

Он не понял моей шутки. Дальше я отправилась мыть здание, где располагался кабинет Ромашина. Стёпа ходил за мной, как хвостик. Мне было неприятно, что за моей работой наблюдают. Меня всегда это раздражало. У меня начинало всё валиться из рук и движения становились неловкими. Когда я закончила работу, то Степан предложил мне свою помощь и вынес ведро с грязной водой на улицу. Сегодня на редкость огромная и жёлтая луна. Вот бы прогуляться и насладиться этим зрелищем. Я вспомнила, что меня ждёт Иринка и поспешила домой.

– Так ты значит у нас будешь работать? – спросил Стёпа, провожая меня до ворот автобазы.

– Временно, – ответила я.

– А сколько это «временно»?

– Не знаю… Месяц, два, а может и больше.

– Ну до понедельника, – попрощался он и добавил, – Я в понедельник дежурю.

Я помахала ему рукой и поехала домой. Зря я торопилась. Ирина всё – таки меня не дождалась. Я приготовила драники, которые с обеда дожидались меня. С работы вот – вот скоро вернутся остальные домочадцы, а ужин будет ждать их на столе. Я услышала, что кто – то поворачивал ключ в замочной скважине и выбежала навстречу, чувствуя непреодолимое желание поделиться хорошей новостью.

– Антон, я работаю! – радостно возвестила я, как только муж сестры перешагнул порог квартиры.

– Привет рабочему классу! – поздравил он меня и по – мужски пожал мне руку. Я расплылась в довольной улыбке. За ужином делилась впечатлениями о своём первом рабочем дне. Дома меня в шутку прозвали королевой автобазы.

В понедельник я явилась на работу с полным зарядом бодрости и сил. Неудержимая энергия, заполнившая меня полностью, рвалась наружу. Жизнь забила ключом и стала приобретать хоть какой – то смысл.

– Здравствуйте! – выбежал на крыльцо проходной Степан, чтобы встретить меня.

– Здравствуйте! – сдержанно кивнула я, и сразу же отправилась в бытовую комнату. Лида работала в должности заведующей складом автобазы. Она выдала мне стиральный порошок, мыло, тряпки. Я приходила на работу тогда, когда последние работники отправлялись по домам. В то время пока я мыла кабинеты, приезжали водители и ставили рабочие машины в боксы, заканчивая свой рабочий день.

– С праздником тебя! – сказал Степан, когда я пришла мыть проходную.

– С каким? – спросил за меня, сидевший за телефоном на проходной, мужчина. Я с интересом посмотрела на Стёпу. Что-то он сейчас ответит.

– Первый день весны, – объяснил он.

– Только вот на дворе зима, – вздохнула я. За окном сыпал пушистый снежок. Я люблю именно такой снег. Создаётся такое впечатление, что снежинки лечат неспокойную душу, когда спокойно заканчивают свой танец, эффектно приземляясь на землю. Мужчина вышел. Степан попытался выудить из меня информацию обо мне. Мне вовсе не хотелось разговаривать с ним и рассказывать ему истории из моей жизни. Меня стала раздражать его навязчивость и глупая улыбка на лице. Чтобы не говорить о себе, я переводила разговор на его жизнь.

– Без конца звонят чьи-то жёны и разыскивают своих мужей, – пожаловался он.

– А вы женаты? – спросила я, снова переходя с «ты» на «вы».

– Нет, – смутился Стёпа, – Так получилось.

– А хочется? – спросила я. И мы с ним вместе посмеялись над моим вопросом.

– Ничего, – утешила его я, – Жизнь долгая. Ещё обзаведётесь женой и детьми. Сидите, наверное, длинными, зимними вечерами и мечтаете о семье …

Я остановилась на полуслове. Похоже, что это звучит как намёк. И куда это меня понесло? Что за ерунду я говорю? Он грустно улыбнулся и у него вдруг изменился взгляд.

– Может Вы согреете мне чай? – спросила я. (Ну кто меня дёрнул за язык?!) Я уже закончила работу и могла бы спокойно попить чай дома.

– У меня только кофе, – засуетился Стёпа, – Нет конфет и печенья. Мне с работы уходить нельзя. Может ты сходишь и купишь что-нибудь. Я дам тебе деньги.

– Обойдёмся без конфет и печенья, – сказала я. Тогда он достал из сумки пакетик и вынул из него «каральку» колбасы, которую он видимо взял с собой на смену. Меня это слегка удивило. Он то вставал, то порывался включить телевизор, когда я пристально смотрела на него. Затем стал извиняться, что кофе дешёвое и не очень вкусное. В следующий раз он обязательно купит вкусное. Меня его поведение забавляло и очень смешило. Я намеренно смущала его. Тут была своя причина из моего недалёкого прошлого. Девочка – подросток вдруг начинает замечать на себе взгляды мужчин. Она их не выносит, потому что не может привыкнуть к изменениям, которые происходят в её теле. Она становится взрослой и женственной. Девочка вдруг понимает, что мужчины не такие, как она. Они её немного пугают своей непохожестью и этими взглядами. В них чувствовалась власть и слабо скрытое вожделение. Взрослея, я хотела побороть своё смущение. Для этого мне потребовалось время. Раньше я отводила глаза и густо краснела, когда мужчины слишком откровенно разглядывали меня. ПЯЛИЛИСЬ во все глаза. Теперь я поступала также, как они и не отводила взгляд. Удавалось мне это, конечно, с большим трудом, но всё – таки удавалось. Правда не со всеми. Я очнулась от своих раздумий. Степан молча смотрел на меня.

– Может ещё кофе? – спросил он.

– Нет, спасибо, – отодвинула я кружку в сторону, – Мне пора домой. Меня ждёт сестра.

Кроме Степана, работали ещё два сторожа. По возрасту они годились мне в дедушки. Я называла их по имени – отчеству.

– Ты откуда такая? – спрашивали они весело.

– С севера! – также весело отвечала я им.

В четверг, когда все уже разошлись по домам, Стёпа позвал меня пить чай и смущённо протянул мне коробку с мармеладом:

– С праздником 8 марта тебя! Я не смогу тебя поздравить. Я не буду в этот день на смене.

– Спасибо! – поблагодарила я его, очень удивлённая, – Очень мило с твоей стороны.

Мы смотрели друг на друга и улыбались. Вдруг он очень осторожно взял мои руки в свои. Я пришла в замешательство. Стёпа покраснел, а я убрала руки. Мне нравились знаки внимания, которые мне оказывал молодой сторож, но и немного раздражали. Мне никогда не приходила в голову мысль о каких – то отношениях с ним. Кроме того, я не любила неуверенных в себе мужчин, так как сама страдала от неуверенности.

В кабинете у пожилого инженера Гавриила Степановича я попросила разрешения воспользоваться его печатной машинкой, чтобы напечатать текст для курсовой работы. И так как он не возражал, то после окончания работы, я отправилась в его кабинет и стала печатать, вслух произнося фразы. Пришёл Стёпа, сел напротив и стал задумчиво смотреть на меня. Шёл десятый час ночи. Я засобиралась домой, чтобы успеть на автобус. Стёпа стал суетиться, чтобы меня кто-нибудь довёз до дома. Он вышел из кабинета, так как услышал, что кто – то подъехал к воротам автобазы. Я вышла из бокса и увидела, что этот кто – то был сам начальник Ромашин. Он с удивлением посмотрел на меня. Я зашла к Стасу, забрала у него газеты и пошла на остановку. Через какое – то время подошёл Николай Дмитриевич. Мы поздоровались и сели в один автобус. Оказалось, что мы жили в соседних домах.

Когда я на следующий день пришла на работу, то увидела, что все, в том числе и Лида как – то странно на меня смотрели. Наверное, все уже знают, что я вчера здесь была до 10 часов вечера. Никто, кроме Гавриила Степановича не знал, что я печатала на пишущей машинке. Как бы начальник не подумал, что у нас со Стёпой какие – то отношения. Я зашла в большой бокс. Там ещё работали мужчины. Я, как обычно поздоровалась с ними, и они расцвели в улыбках. Молодые парни лет 18-19 удивлённо посмотрели на меня. Они меня ещё не видели, поэтому и удивились, что привычную им старую уборщицу заменяла молодая. В умывальне невысокого роста мужчина попросил у меня стиральный порошок. Он был весь в мазуте, и когда снова появился передо мной, то я едва узнала его. Он сел в один из стоявших в боксе джипов и подмигнул мне. Я услышала, как его назвали Мишей. Он и начальник ремонтировали машины. Причём в боксе стояло два джипа. Когда я зашла, Николай Дмитриевич на всю громкость включил песню «Коко Джамбо».

После работы я решила проведать Иринку и поздравить с женским праздником. Она обрадовалась моему приезду и предложила остаться у неё. Я согласилась, потому что время, проведённое с дорогой моему сердцу подругой, одно из самых лучших в моей жизни. Мы вспоминали счастливые деньки своего незабываемого детства, делились переживаниями настоящего времени. Нам с Иринкой всегда есть о чём поговорить. Мы понимали, что такая дружба, как у нас с Ириной встречается редко. С каждым годом мы замечали, что она становилась крепче и крепче. Даже наши родные сёстры не были нам так близки, как мы друг другу. Может это объяснялось разницей в возрасте. У неё сестра старше на десять лет, а у меня младше на пять лет. В наших судьбах было много общего, и это ещё больше сближало нас.