Нада Калина – Чёрный с белым не берите (страница 4)
– Ага, поняла. А можно спросить, что он любит кушать?
– Есть, – исправила Ксюша. – Можно.
Потом они попили чая, заваренного с апельсиновыми корками, как любила Света. Перед уходом визитёрша, прижимая к груди желанный флакон духов, сказала хозяйке:
– Можно я тоже дам тебе совет? – и, не дожидаясь её согласия, продолжила: – С мужиками иногда включай дурочку, они слишком умных не любят. А то экакваки какие-то фигуральные!.. И курить бросай!
– Да я и не курю… – попыталась оправдаться Ксюша. – Так… балуюсь.
Светка ушла, и в доме снова стало пусто. К вечеру пустота сгустилась.
Всё потому что Ксюша была одна. С прогулки или с работы она шла в безмолвный дом, где её ждал горячий душ, сигарета в пустой кухне, где из звуков лишь её дыхание и урчание кофемашины. Иногда ей казалось, что кофемашина – это единственное существо, которое чувствует её такой, какая она есть, в то время как люди знают её такой, какой она пытается казаться.
В современном мире одиночек прозвали английским словом сингл. Раньше так называли одноместный номер в гостинице. Теперь этим словом заклеймили одиноких людей и оно звучит почти как ругательство. Быть одиноким в целом не так уж приятно. Одинокие люди в большинстве своём недовольны сложившимся обстоятельством, а тут ещё общество встаёт против него, отличающегося от других.
Быть синглом немодно, непрестижно и даже вредно, быть синглом – считай, что быть отверженным. Одинокие подвергаются синглизму, а вместе с этим социальной дискриминации. Один – значит ничем не обременён, получай дополнительную работу, поезжай во внеочередную командировку. К одинокому присматриваются и пристают с вопросами: почему до сих пор? строишь ли планы? может, нужна помощь? Женщины относятся к одиноким с подозрением и недоверием, в компанию зовут, как правило, парных, чтобы не дёргаться, что какая-то одинокая особь позарится на чьего-то мужа.
Ксюша наслушалась и вопросов на эту тему, и советов, как найти себе пару. В своём окружении она выделяла и ценила людей, которые не суют нос в её личную жизнь, то есть не поднимают вопрос об отсутствии оной.
Она успокаивала себя мыслью о том, что ей одной жить легче и комфортней, не нужно учитывать ничьи интересы, приспосабливаться к чужим привычкам. Быть синглом – наслаждаться собственной компанией. Это круто!
Нет, она не скучает. У неё есть свой круг общения, виртуальный, но всё же круг. Среди Ксюшиных подписчиков есть незаурядные личности. Во всяком случае, они презентуют себя так необычно, что с ними хочется водиться.
В этот раз Ксюша выбрала книгу из стопки на столе, которая лежала здесь, как Библия, села с ней к компьютеру и начала писать своё обращение, иногда подглядывая в книгу:
«Добрый воскресный вечер! Снова рулит Маска. Сегодня поговорим о внешности.
Внешность всегда отражает внутреннюю сущность человека, а не наоборот. Он может быть красавцем, но если он глуп, то глупость будет видна, как только он откроет рот и начнёт говорить. Внешнее проявление вторично. Но не всегда.
Оскару Уайльду принадлежит другая фраза: «Только поверхностные люди (в некоторых переводах – дураки) не судят по внешности». И он тоже по-своему прав.
Сегодня пофилософствуем на эту тему. Пишите ваши комментарии, ваши соображения, я отвечу».
Подписчики бросились высказываться.
«Прав Уайльд, без базара, – начала подписчица Тройка, – по внешности сразу видно, с кем имеешь дело. В обществе положено выглядеть определённым образом. На работу не пойдёшь в домашнем халате, а на огород – в нарядном платье».
Ксюша ответила: «Вы сейчас описали функциональность одежды. Я сегодня не об этом. Как вы думаете, выражает ли внешность вашу сущность?»
Тройка: «А как же! Ещё как выражает. Я ничего скрыть не могу, всё на лице написано».
Ксюша: «То есть что бы вы ни надели, видно ваше настроение? Или что-то ещё?»
Гость: «Образование сразу видно. Или его отсутствие».
Легенда: «Вообще, внешние прибамбасы помогают кое-что скрыть. Я имею в виду не родимые пятна или бородавки, а какие-то индивидуальные черты личности, конечно, нелицеприятные. Но тут нужно ещё мимику подключать и вообще поведение».
Пампусик: «Все хотят быть красивыми, поэтому стараются замаскировать недостатки».
Конфуций написал: «Сейчас я занимаюсь практикой дзен, она учит заглядывать внутрь себя. Ты это делаешь великолепно, потому и собрала большую аудиторию. Мы изучили твой внутренний мир – ты точно философ. Интересно знать, как сегодня выглядит женщина-философ. Покажи себя. А мы уж решим, соответствует ли твоя внешность заявленной личности».
Ксюша ответила: «Спасибо за небанальный подход к теме. А ты провокатор, Конфуций! Что ж, обещаю однажды появиться на ваших экранах. Дзен – это что-то эзотерическое? Меня это напрягает…».
4. Оксана. Серый кардинал
Месяц назад, в мае, Оксана всё-таки познакомилась с Яной Павловной лично.
На открытии очередного русско-австрийского предприятия Оксана была, как всегда, востребована. Для работы переводчицей была приглашена и её старшая коллега. Обе переводчицы должны были работать параллельно в разных группах и поочередно на общем заседании. Они никогда не успевали пообщаться, потому что тут же приступали к своим обязанностям. Яна Павловна сопровождала губернатора, Оксана – мэра города. Знакомство и представление приглашённых с устроителями мероприятия прошло оживлённо.
Были заготовлены речи, и поскольку выступающих было достаточно много, то переводчиц ждала большая работа. Вдруг, когда всё уже было готово, хозяева и гости сидели в огромном шатре, установленном на улице перед заводом, уже прибыла и была усажена на почётное место госпожа Лёффель, Полномочный Посол Австрии в России, возник шум и некое движение. Что-то случилось. Часть присутствующих с первых рядов встала. В этот момент Оксана почувствовала чью-то руку на плече. Помощник губернатора прошептал ей на ухо:
– Яне Павловне плохо. Вызвали скорую. Переводить будете вы.
«Ну и денёк!» – пронеслось в голове у молодой переводчицы.
Денёк получился поистине жарким. Оксане пришлось работать почти без перерывов. Сначала переводила все официальные речи, потом кучу приватных бесед в отдельных группах, даже когда открыли буфет, переводчица с бокалом коктейля, едва пригубив напиток, продолжала переводить тосты и пожелания хозяевам открывшегося завода, потом ответные речи. Не привыкать! Зато она продемонстрировала себя на губернаторском уровне.
На следующий день Оксана посчитала нужным навестить заболевшую напарницу. Внезапно создался удобный случай познакомиться с переводчицей высокого класса лично. Некоторое представление о Яне Павловне у Оксаны было. Когда переводчик переводит, он будто расписывается, пишет свой портрет. Сразу чувствуется, какой он человек. «Не удивлюсь, если окажется, что она работала синхронисткой», – думала молодая переводчица с завистью. Синхронный перевод – высший пилотаж в работе переводчика. Оксана мечтала попробовать свои силы в этой сложнейшей переводческой работе.
Узнав телефон и адрес Яны Павловны у секретаря губернатора, она сразу на визит не решилась, сначала позвонила.
– А, это вы, Оксана Анатольевна! – довольно тепло отозвалась больная. – Если навестите меня, буду рада.
Яна Павловна сама открыла дверь пришедшей её навестить молодой коллеге. Приболевшая переводчица была в стёганом халате, который делал её зрительно ещё больше, чем она была. Волосы были убраны в ту самую «ракушку», с которой Оксана обычно видела её на работе, но было понятно, что сделана она была за несколько минут до появления визитёрши.
– Это вам, – Оксана протянула больной коллеге пакет с апельсинами и шоколадку.
– Шоколад вдвойне вкусней, если его нельзя, – заметила Яна Павловна, – Не расстраивайтесь. Вы не могли знать, что у меня диабет.
Оксана прошла в комнату. Она готовилась увидеть жилище стареющей женщины, уставленное старой громоздкой мебелью, посудой и вазочками из древних времён, непременно с ковром на стене – главным атрибутом советской квартиры, ставшим символом времени.
На удивление ничего такого в квартире старшей коллеги Оксана не увидела. Мебель в единственной и довольно просторной комнате была не новой, но светлой, лёгкой и уютной, никаких ковров на стене и хрусталя в буфете не наблюдалось. Стильные серые со стальным отливом обои, модные фотопостеры на стенах, полки с книгами. Кроме телевизора на низкой тумбе-подставке гостья обнаружила в комнате компьютер и модерновый музыкальный центр. Вместо тяжёлых штор на окнах – жалюзи. Картину завершали мелкие модные детали, которые собирали интерьер в единое целое и свидетельствовали о вкусе хозяйки.
– У вас тут … – Оксана запнулась, подбирая слова.
– … гламурненько, – подсказала хозяйка и засмеялась. – Так моя внучка говорит.
– Я бы ещё добавила: атмосферно, – договорила Оксана. – Как вы себя чувствуете, Яна Павловна? Что с вами случилось?
– Проходите, садитесь в кресло, – Яна Павловна указала на кресло рядом с журнальным столиком, уставленным пузырьками и коробочками.
Сама села на диван, сдвинув в сторону скомканный плед. Видимо, здесь она лежала до прихода гостьи. Кровати в комнате не было. Похоже, женщина не хотела превращать единственную комнату в спальню.
– Давление, – начала Яна Павловна, – но я не буду вас грузить, это дело возрастное, вам неинтересно. Я знаю о вашей занятости на работе, Оксана Анатольевна. Как ваша семья принимает тот факт, что вы надолго покидаете очаг?