Нада Калина – Чёрный с белым не берите (страница 12)

12. Ксюша. Преображение

«Почему Круэлла? – подумала Ксюша. – Почему я тогда выбрала этот персонаж?»

Круэлла – отрицательная героиня произведения Лоди Шмидт. В книге она карикатурна, она ужасна, она стервозна, в Ксюше же от природы не было ни капельки стервозности, разве что желание подколоть оппонента, но подколки оставались лишь в её голове. Она нечаянно вспомнила школьный маскарад, когда она впервые почувствовала магическое действие Маски. Наверное, именно эти воспоминания подтолкнули девушку-тихоню выбрать маску совершенно противоположной особы. Героиня, в сущности, была не так уж плоха, рассуждала Ксюша. Она – раздвоенная личность: чёрная и белая, противоречивая натура, в которой борются Добро и Зло, но она сильная и целеустремлённая, уверенная и напористая, Ксюше жуть как хотелось примерить на себя образ Круэллы. Опять чёрный с белым! Зато теперь она точно поедет на бал в бальном платье.

Девушка не думала тогда, что карнавальная маска – очень коварная вещь, что она способна не только спрятать лицо, но и изменить характер.

Уже во время подготовки костюма Ксюша проявила невероятное стремление к цели и нашла все атрибуты для нового имиджа. Отыскала дома платье, которое маме подарила сестра на день рождения года три назад. Мама благодушно приняла подарок, но когда сестра уехала, спрятала платье со словами: «Никогда не надену чёрное и длинное. Что я монашка что ли?» Ксюша ушила платье по своим меркам, нещадно распоров боковой шов, потом долгими вечерами расшивала платье блёстками. Чёрный парик купила на блошином рынке по дешёвке и привела его в порядок, вымачивая половину в белизне, чтобы его обесцветить. Цвет получился не очень ярким, и Ксюше подкрасила и одну, и другую половину красками. Эффект получился театральный, но парик нужен был на один вечер! Пришлось поработать с губами – после долгих проб Ксюша нарисовала себе ярко-красной помадой практически новый рот. Чтобы её не узнали, она решила говорить с немецким акцентом, тренировалась три недели.

Она всё ещё держала в голове установку о превалировании внутреннего в человеке над внешним, долгое время не дававшую ей покоя. Как ей вырваться из тисков собственного стеснения, если согласно установке никакие уловки с изменением внешности не помогут. К давнишней формуле она прибавила мнение известного театрального режиссёра, которое она нашла, читая статьи о масках. Маска лишь маркёр поведения персонажа, утверждал режиссёр, то есть характер выявляется не через облик (маску, грим, костюм), а через поведение, действие, движение. Ладненько, думала Ксюша, придётся продумать походку, жестикуляцию, выработать стиль поведения и чётко следовать ему в течение вечера.

В общем, главной движущей силой, заставившей тихоню и трусиху шагнуть в новое обличье, был школьный карнавал. Она часто вспоминала, как смело она двигалась в маске Осла-музыканта, тогда её защищал не только костюм, но и мамины тёмные очки. Очки! Она отыскала те самые солнцезащитные очки – слава Богу, мама не выбросила их. «Возьму на удачу!» – решила новоизобретённая Круэлла.

И преображение состоялось! Не побоялась, не постеснялась, не дрогнула – облачилась в наряд стервы, нет, она надела на себя кожу стервы Круэллы, стала Круэллой, ненадолго – всего на вечер. Но какой был вечер! Она была не Принцессой – Королевой. Она разделалась со своим обидчиком, хоть и осталась неузнанной им. Столько мужского внимания на том памятном карнавале она не получила за всю предшествующую жизнь. Все пришедшие на фашинг студенты хотели танцевать с ней. Но она была в образе «я так хочу!», потому танцевала только с теми, кто ей казался достойным – Волка Серёгу, к примеру, она отвергла, тот в ответ погрозил ей пальцем и в соответствии с образом огрызнулся: «Ну, Прынцесса, погоди!». Принц Бендер крутился вокруг неё весь вечер, даже бросился провожать её. Что ж, пусть проводит, думала тогда Ксюша. Даже если он запомнит её дом и придёт назавтра, чтобы встретить свою Круэллу, он её там не найдёт.

Всю дорогу, пока Бендер провожал её, Ксюша изображала немку, при этом из образа Круэллы пыталась не выходить. Правда, ей пришлось снять тёмные очки, поскольку зимним вечером на улице они смотрелись бы, по меньшей мере, смешно. Без очков было невыносимо сложно, стервозность слетела с неё в момент. Тогда Ксюша включила искусственную заносчивость, но брони уже не чувствовала. Казалось, молодой человек не замечал метаморфоз с Круэллой, а только крепче сжимал её пальцы в тонких перчатках и пытался закинуть удочку на будущее, предлагая время и разные места для встречи. Ксюша ловко уходила от прямого ответа, не говоря ни да, ни нет. У самого подъезда она категорически запретила провожатому идти за ней.

– Ты живёшь не в общежитии? – ряженый Бендер удивлённо посмотрел в глаза фальшивой Круэллы и якобы немки.

– Иди домой, Остап! – выпалила она на чистом русском языке.

– Ты знаешь имя Бендера? Ты читала «Двенадцать стульев»? – снова удивился Бендер и тут понял, что мнимая немка говорит на русском языке без акцента. – Меня зовут Игорь.

Через полгода Игорь стал мужем Ксюши.

Столько лет прошло, но сегодня она вспоминала очередной момент, связанный с масками, так как искала темы для рассуждений в своем блоге. В интернете она смело открывала свои секреты, пытаясь анализировать своё вхождение в мир масок, которые разбудили в ней желание изменить свою внешность, лицо, походку, одежду. Она говорила не об абстрактной женщине, а о себе, возбуждала интерес в своих подписчиках к самому моменту перевоплощения.

Пример Круэллы в далёкие студенческие годы продемонстрировал ей мощь психологического воздействия маски и костюма. Яркий образ, пусть и театральный, вселил в скромницу и тихоню уверенность в свои силы.

Именно поэтому в интернете Ксюша стала Круэллой.

«Да, в каждом человеке намешано много чёрного и белого… Чёрное тоже может быть притягательным… В тебе есть что-то от Круэллы!» – писали подписчики.

И только Конфуций был не согласен. «Не верю!» – написал он под постом.

Ксюша возмутилась: «Чему не веришь, Станиславский?»

Конфуций: «Что ты чёрно-белая. Ты – белая ворона! Не обижайся, это комплимент».

13. Оксана. Трудности перевода

Вечером званый ужин у городского головы. Приглашенных немного – четверо делегатов из Баден-Вюртемберга, сам мэр, два его заместителя, пара помощников заместителей и переводчица Оксана. Беседы будут неофициальные, но они не выходят за рамки тематики, обозначенной визитом, к разговорам по личным интересам на этом уровне не переходят даже во время совместных возлияний. У Оксаны большой опыт работы в условиях банкета. Переводить будет несложно. Можно расслабиться.

Были времена, когда ещё в студенческой молодости ей приходилось переводить речи, а затем беседы на русско-немецких застольях. Немцы, утверждавшие, что из алкоголя не пьют ничего, кроме пива – пары кружек в воскресенье, за гостеприимным русским столом выбирали водку и так лихо прикладывались к рюмке, что к середине вечеринки дурели на глазах, теряли линию разговора и плели всякую чушь. Были случаи, когда и русская сторона, представленная в основном мужчинами, в определённый момент тоже теряла концентрацию. Малочисленные женщины, приглашённые на банкет, следили за тем, чтобы оставаться при памяти, но, как правило, в дискуссии не встревали, а сидели тихонько, довольно улыбаясь, и, как говорится, не выпендривались.

Частные разговоры к концу вечера становились мало внятными, и переводить их почти трезвой переводчице – Оксана позволяла себе лишь шампанское – было нелегко. Иногда, чтобы беседа сохраняла какой-то смысл, переводчице приходилось практически составлять диалоги за собеседников, которые теряли нить высказываний. Зато паузы в речи хорошо принявших на грудь участников застолья становились достаточно длинными, так что Оксана успевала сосредоточиваться и переводить, не перебивая говорящего. Короче, перевод с пьяного на русский, да и на немецкий довольно простой – но требует колоссального терпения…

– Вот, что я тебе скажу,… – начинал один из собеседников, было ощущение, что он ещё сам не знает, что он дальше скажет. – В конце октября… нет, в конце ноября… я… полечу в Питер.

«Всё нормально, Питер заменяем на Санкт-Петербург», – сообразила Оксана.

– … так вот Питер, я тебе скажу, это … – дальше оратор надолго замолкал.

Чтобы долго не ждать Оксана подсказывала русскоговорящему:

– … город на Неве.

– …город на Неве, – повторял русский.

Оксана переводила предложение до конца. Тут вступал участник беседы с немецкой стороны:

– Знаю, но не был… никогда, … в 1989 году, когда ещё… мы… нас… в Восточной Германии, то…

Оксана перевела первую часть предложения – знаю этот город, но никогда не бывал в нём. Вторую часть она начала так:

– В 1989 году в Восточной Германии…

– В какой Германии? – вскинул глаза русский.

– Восточная Германия это ГДР. Германская Демократическая Республика.

Оксана посмотрела на немца, чтобы он понял, что можно продолжать, но тот молчал.

– Вы сказали, что в 1989 году, в Восточной Германии… – напомнила переводчица немцу.

– А-а-а, – протянул немец, – в 1990 году мы… нас… объединили с Западной Германией.

Оксана немного помедлила, потом перевела: