Набокова Юлия – Разыскивается незнакомка (страница 43)
А мужчина, остановившись у скамейки, закурил. Глядя на его угрюмое лицо и поникшие плечи, Иван впервые подумал, что их затея может оказаться не из простых. Кто знает, что там происходит между мужем и женой в этой семье? Судя по тому, что отец Сони не торопится возвращаться домой, ничего хорошего.
Подойти, поговорить с ним? Предложить помощь в поиске работы? Иван уже собрался выйти из машины, как у мужчины зазвонил телефон. До него донеслись обрывки разговора:
- Плохо, Агата. Работу найти не могу… Дашка пилит каждый день… Только ради дочки терплю. А что Новый год? – Мужчина горько усмехнулся. – В Деда Мороза я уже давно не верю. И вообще мне кажется, мы с Дашкой в Новом году разбежимся.
Отец Сони затушил сигарету и направился к подъезду, так и не заметив, что за его разговором пристально следил водитель припаркованной машины.
- Разбегутся они! – сердито пробормотал Иван, заводя мотор. – Дед Мороз этого не допустит!
Полина довела Сонечку до квартиры. Дверь открыла заплаканная Даша.
- Даш, ты чего? – встревожилась Полина.
- Мама, ты плакала? – воскликнула Сонечка.
- Я лук резала, - через силу улыбнулась соседка, поцеловала дочку. – Раздевайся, солнышко, и мой руки, ужинать будем!
Не заподозрив неладного, Сонечка унеслась в ванную, а Даша с несчастным видом повернулась к Полине.
- Я беременна, Полин!
- Поздравляю! – вырвалось у Полины, но она тут же осеклась под мрачным взглядом соседки.
- И так денег нет, теперь еще и аборт после Нового года делать... Одолжишь денег?
- Ты что, Даш! – в ужасе ахнула Полина. – Разве можно!
- А так можно? – С громким всхлипом Даша подняла с пола резиновый Сонечкин сапожок и потрясла им. – Соню обуть не на что! Что за жизнь такая? Никакого просвету!
Скрипнула незапертая дверь, впуская отца семейства. Полина посторонилась.
- Да заработаю я на сапоги, заработаю! – остервенело проскрежетал Костя. – С порога только не начинай!
Даша с яростным вскриком швырнула в него Сониным сапогом. Видимо, Костя уже привык к ее вспышкам гнева, потому что ловко пригнулся, и удар пришелся на замешкавшуюся Полину.
- Полин, прости! – запричитала Даша, глядя на грязный отпечаток подошвы на голубой шубке. – А ты чего сегодня Снегурочкой вырядилась?
- Да так, - Полина потерла пятно, - я лучше пойду, замою скорей. А то мне еще завтра снегурить.
- А тебе Дед Мороз не нужен? – Даша ткнула в бок мужа и зашипела: – Чего стоишь столбом? Не можешь работу найти, так хоть Дед Морозом бы подработал! Сейчас самый сезон! Наверное, хорошо платят, а, Полин?
- А как же, улыбками и радостью! – весело отозвалась Полина и объяснила недоумевающей соседке: - Мы с начальником детей сотрудников поздравляем, Даш.
- А, - разом поскучнела Даша и снова набросилась на мужа: - Ну что встал столбом? Иди руки мой, ужин стынет!
Костю не надо было уговаривать, он послушно шмыгнул в ванную. Полина на минутку замешкалась – ей не давали покоя слова о страшном решении, которое приняла Даша.
- И нечего на меня так смотреть! – устало сказала Даша, поняв, о чем задумалась Полина. – У меня нет выбора, понимаешь? Ну куда мне еще второго ребенка? Скорей бы Соню в школу сдать и на работу выходить надо, на Костика никакой надежды. Разбежимся мы с ним, наверное…
У Полины сжалось сердце при мысли о Сонечкином письме Деду Морозу. Но она не стала лезть в душу соседке и быстро вышла за дверь.
- Разбегутся они, - бормотала она дома в ванной, ожесточенно оттирая след подошвы с наряда Снегурочки. – Дед Мороз и Снегурочка этого не допустят!
Полина прошла в комнату, аккуратно разложила голубую шубку на батарее.
Подняла глаза к окну – и завороженно ахнула. За окном кружил снег. Крупные ажурные хлопья были похожи на лебяжий пух из бабушкиной подушки. До Нового года оставалось пять дней.
Арина стояла у окна в гостинице, глядя, как над Питером кружит снег. В щели дуло, от пыльной занавески исходил душный запах сигарет, где-то за стенкой ругались постояльцы. За билет на поезд и номер в спальном районе она отдала последние деньги и теперь каждую минуту бросала встревоженный взгляд на мобильный. За весь день ей не удалось дозвониться до помощницы Гремиславского. Сначала Рита не брала трубку, потом телефон вовсе оказался отключен. Не получится ли так, что, погнавшись за журавлем, Арина упустит синицу? Надо проверить, как там московский жених.
- Алло, Ванечка? – прощебетала она голосом влюбленной дурочки в телефон. - Нет, проб пока не было, перенесли на завтра. Да, придется задержаться. Пока не знаю, насколько. Но к Новому году, конечно, вернусь! А как ты?
Арина слушала голос Ивана и все больше мрачнела. Не похоже, чтобы он без нее скучал. Это же надо, вырядиться Дедом Морозом и поздравлять детей сотрудников с Новым годом! Да еще в компании дурочки-Снегурочки! Арина вспомнила неприметную тихоню, которая была с Иваном в торговом центре. Нет, она ей, конечно, не соперница. Иван влюблен по уши, и волноваться не о чем… Что там говорит этот болван? Арина отвлеклась на собственные мысли и чуть не прослушала, ради чего все затеяно.
- Хотите подарить путевки в Великий Устюг девочке и ее родителям? Превосходная идея, Ваня! – Арина надеялась, что ей удалось изобразить восторг, в то время как внутри все клекотало от ярости. Денег ему девать некуда, тогда как она мерзнет в самом дешевом номере на задворках Питера!
– Ванечка, - нежно пропела она, - ты представляешь, я так быстро собиралась на пробы, что забыла захватить с собой денег. Сижу без копейки, даже чаю купить не на что, - она затаила дыхание в ожидании ответа.
К счастью, Иван проявил себя истинным джентльменом и вызвался перевести деньги ей на карточку.
- Спасибо, Ванечка! – радостно улыбнулась Арина. – Я сейчас продиктую номер карты. Записываешь?
Простившись с Иваном, она довольно потерла руки. Повезло ей с поклонником – богатый, щедрый и доверчивый, как Буратино. Если не получится с кино, у нее остается шанс зацепиться в Москве и стать хозяйкой в большой квартире Ивана. Конечно, придется куда-то переселить отца – со старым хрычом они под одной крышей не уживутся… И Арина принялась мечтать, как отправит на свалку всю старую рухлядь, сделает современный ремонт по последнему слову дизайна и наведет в квартире Ивана свои порядки.
Зазвонил мобильный. Арина торопливо, не взглянув на экран, схватила телефон:
- Алло, Рита? А, мам, ты… - Она поморщилась, слушая сбивчивые слова матери, и раздраженно воскликнула: - Сколько раз повторять, на Новый год я не приеду! Извини, не могу говорить, жду важного звонка.
Арина сбросила вызов, вернулась к окну и в который раз набрала номер помощницы Гремиславского. Телефон отозвался равнодушным голосом, который повторил о недоступности абонента. Что ж, она подождет. Она умеет ждать.
37
Раздвинув утром шторы, Полина так и ахнула. За одну ночь в большой город пришла зима – снежная, нарядная, сказочная. Полину всегда завораживали эти зимние метаморфозы. Ложишься спать, когда за окном – унылая сырость, а проснешься – и не узнаешь в белоснежном искристом убранстве привычный пейзаж, как будто поверх домов и улиц гениальный художник белой краской нарисовал другой город – незнакомый, волнующий, волшебный. Вот и сегодня утром городской двор, укрытый сверкающим на солнце снегом, казался декорацией к новогоднему фильму. Не иначе как Дед Мороз промчался на санях по звездному небу и навел свои зимние порядки, взмахнул волшебным посохом – и прогнал наскучившую оттепель. А затем насыпал самого белого, самого пушистого снега, припорошив деревья, расстелив ватный ковер по земле и прикрыв пышными шапками припаркованные машины.
Зазвонил телефон. Полина со всех ног бросилась к трубке – сердце подсказало, от кого звонок.
- Полина, доброе утро, - прозвучал родной голос Ивана. – Вы смотрели в окно? Ваше желание исполнено.
- Мое желание? – рассмеялась она.
- Вы же просили вчера снега.
- Спасибо, Дед Мороз! – улыбнулась она.
- Я заеду за вами через час. Будете готовы?
Полина собралась бы и раньше, ей был дорог каждый час наедине с Иваном Царевичем, но она сдержала себя и пообещала быть готовой в назначенное время.
Кларе снилась метель – колючая, зловещая, выстужающая до самого сердца. Большой город словно вымер, по мановению палочки Снежной Королевы, лишившись жителей. Клара брела по заснеженному проспекту, где не было ни одной машины. Перед ней расстилался нехоженый снежный ковер, а ее собственные следы за спиной мгновенно заметала вьюга. Тишина и безмолвие – не слышно ни людских голосов, ни шума машин вдалеке, ничего. Тяжело идти, каблуки вязли в снегу, но Клара упрямо брела вперед – она искала Носова.
- А был ли он? – вкрадчиво и хищно нашептывала метель. – Может, просто приснился? Или ты придумала его сама, а, писательница?
- Я его найду! – упрямо твердила в ответ Клара
– Я его люблю.
- А он тебя? – Метель смеялась – колким снегом в лицо. Метель била наотмашь – ледяным кинжалом в сердце. – Любил бы – был рядом.
На глазах сгустились сумерки. Клара потерянно огляделась. В пустых окнах домов у дороги – ни огонька. Фонари не зажглись, и Клара поняла, что еще несколько мгновений – и она окажется в полной темноте посреди заснувшего мертвым сном города.