Н. Мар – Либелломания (страница 4)

На сотом этаже небоскрёба фирмы Galettensklaven на окраине города Миргизы в лифт к Бритцу зашла рабыня. Шчерам запрещалось смотреть в глаза эзерам без разрешения.

— Мне приказано вас проводить, — поклонилась она не глядя.

Рабыня осталась у самой двери, отвернулась и уставилась на свои туфли. Кайнорт заметил, что ключи в её руке торчат между пальцами. Судя по всему, она привыкла брать их так прежде, чем вызывать лифт. Прозрачная кабинка повезла их наверх, потом вперёд, назад, по кругу и снова наверх, но уже по спирали. Мимо громадных пищевых принтеров, разнокалиберных труб и чанов. Двухметровые мухи сновали над горстками рабов в серых комбинезонах. По стёклам и потолку ползали роботы-курьеры с яркими упаковками готовой продукции. Шарфик девушки промок от пота, хотя эзер не двигался в дальнем углу. Эта ши наверняка знала о формальном праве защищаться от любого, кроме хозяина, и тех, кому приспичило после инкарнации. Но не могла не знать и реального положения дел, когда слово эзера перевешивало многократно. Кто станет проверять, если таракан заявит, что инкарнировал пять минут назад? Но готовность выколоть глаза любому не берётся из ниоткуда. Такая безысходная отчаянность подтолкнула Бритца припомнить её голос. Он шагнул ближе и, выпростав чёрную лапищу над плечом рабыни, остановил лифт. В нос ударил чужой адреналин. Бритц перехватил взметнувшуюся руку:

— Язава, я думал, что подписал вольные на весь домен ещё на Кармине.

— Минори Бритц! — забавно, с каким облегчением прозвучала его фамилия. — А я вас чуть не пырнула.

— Ты притащила привычку быть настороже с той же войны, что и я свою скорость реакции. Плохо выглядишь, просто ужас.

— И вы. А зачем вы здесь?

— А ты?

Она расслабила плечи, встала ближе и спрятала «оружие» в кармашек.

— Чтобы ноги не протянуть. У нас большая семья в отшельфе. Вы же перекрыли там все коммуникации, зарезали всякую возможность честно работать, вот им и пришлось опять продать меня в город. Ши с образованием здесь платят в арахмах. Я им пересылаю. Эзерглёсс я хорошо знаю, а до войны выучилась на перспективного технолога. Теперь вот, видите, пригодилось. И рабыней я уже была… — стало ясно, что именно послужило решающим аргументом, чтобы выбор пал на Язаву.

Они поехали выше. Почему-то, когда Язава перестала бояться эзера рядом, тот почувствовал, что, кажется, наверное, возможно, хотя не точно, но вроде как не смог бы её убить ни при каких обстоятельствах. Но заставил себя проиграть этот сценарий в голове. Трижды. Пока сам не вспотел.

— Язава, посторонись! — в кабинку ворвался круглолицый эзер с пузом лунного диаметра. — Минори Бритц, я фервольт-анвербеншеф Звейг, приятно познакомиться.

Кайнорт понятия не имел, что из сказанного имя, а что должность этого не по фигуре энергичного менеджера с крыльями комнатной мухи. Они покатили наискосок над залом, который занимал три этажа в высоту.

— Наш завод, — начал экскурсию Звейг, — занимает лидирующие позиции в производстве полнорационных кормов для рабов. Сухих и консервированных.

Скелет аристократа напротив сверкнул идеальными резцами:

— Это мне подходит.

— У вас внушительное резюме, минори Бритц. Почему вы выбрали именно нашу компанию?

Кайнорт набрал побольше воздуха:

— Я мечтаю продавать, — признался он с такой страстью, словно звал фервольт-анвербеншефа замуж. — А ваш завод занимает лидирующие позиции в производстве полнорационных кормов для рабов сухих и консервированных.

Язава за спиной хозяина опустила голову ниже, чтобы улыбнуться. Звейг продолжал, небрежно и заученно:

— Каково было ваше самое крупное достижение на последнем месте?

«Серьёзно? Я добыл для тебя этот небоскрёб, этого мало?»

— Я сохранил чувство юмора, — с самым мрачным выражением признался Бритц.

— Здесь оно вам пригодится. Чего вы ждёте от этой работы?

«Пятьсот зерпий в месяц и повода изрезать тебе язык списком вопросов для собеседования…»

— Общения с людьми.

— Идеальный кандидат. Я покажу вам наше производство. Прошу наружу!

Звейг заметил, что Язава отстала на шаг дальше обычного, и выдернул её из лифта за ошейник при помощи электролассо. Пешеходная лента покатила их мимо конвейера. От склизких куч на нём так разило, что Бритц предпочёл бы ибрионские жабры вместо носа.

— Мы заключили контракт с мусоросортировочной станцией. Теперь все органические отходы поступают прямиком в наш цех. Здесь, — лунное пузо обернулось вокруг своей оси, — они стерилизуются, а после сыплются в дробилку, в парилку, в сушилку и — на ваш стол!

Он вручил новенькую консервную банку Бритцу, ожидая, видимо, что он тут же начнёт из неё есть.

— Прошу прощения, на их стол, — рассмеялся Звейг. — В ассортименте нашей фирмы корм для домашних и фермерских рабов, для рабов с аллергией на лактозу, для кастрированных, беременных, стариков с чувствительным пищеварением и даже детский мелкодисперсный корм без кожуры. Уже спустя год после открытия Galettensklaven смертность рабов в Миргизе, согласно отчётам крематориев, снизилась вдвое.

Они лавировали между прыткими мини-ботами, которые ездили по полу, развозя и раскладывая по коробкам упаковки с кормом.

— А дальше цех лакомств. Сюда-то нам и нужен галет-феркойфер, менеджер по продажам снеков для ши. Мы выпускаем печенье из овощных очистков, витаминизированные жаберные дольки, жмых с таурином и засахаренную требуху. Вот. Очень полезно для повышения железа в крови.

Звейг достал из заднего кармана горсть пупырчатых шариков и бросил под ноги Язаве. Та принялась подбирать их, покрываясь пятнами под взглядом бывшего хозяина.

— Но в отходах почти нет белка, — засомневался Бритц, которого семьсот девяносто девять дней кормили мелкодисперсным дерьмом.

— Вы проницательны. Мы добавляем секретный ингредиент. Вы его обязательно узнаете, если успешно пройдёте испытательный срок. Но сначала вас примут на должность альгенферкойфера.

— Э…

— Я покажу.

Звейг подвёл кандидата к табло, на котором светились ступени головокружительного карьерного роста фирмы Galettensklaven. В самом низу напротив альгенферкойфера горела пиктограмма водорослей. Довольная креветка на второй ступени соответствовала гешефтгарнелю. Через год стабильного перевыполнения плана продаж Кайнорту выпадал шанс подняться на ступень рядом с медузой-шваммляйтером.

— А всего через пять лет вас повысят до обергаупткребса галет-бюро, — Звейг указал на пиктограмму рачка на вершине планктонной пирамиды. — Пройдёмте в мой кабинет. Язава, сними-ка шарфик. Я скоро закончу.

Все стены в кабинете фервольт-анвербеншефа, безмерные плечи которого облегал пиджак с напылением металлик, занимали дипломы и похвальные грамоты за вклад в корпоративную культуру фирмы.

— Здесь указано, что вы сменили десятки мест, а последние два года вообще нигде не работали, — цокал Звейг, листая резюме объёмом в повесть. — В чём ваше преимущество перед другими кандидатами?

— В творческом подходе к продажам, господин фервольт-анвербеншеф.

— И где же вы его применяли, например?

— Ну, я как-то торговал складными крименганами для скрытого ношения. И бандиты, чтобы выбить скидку, жаловались, что оружие недостаточно малогабаритно для своей цены. По правде, я был с ними совершенно согласен, но идти на поводу не в моих правилах. Тогда я написал на входе в лавку, что если ствол крименгана в сложенном виде длиннее члена покупателя, то мы продадим его за триста зерпий. А если короче, то за пятьсот, что было даже чуть выше старой цены. И знаете, жалобы прекратились, а все крименганы ушли за пятьсот.

— Хм! — Звейг разразился смехом. — Я впечатлён! Но, видите ли, Galettensklaven — дело семейное, и владельцы традиционно отдают предпочтение мухам. К тому же, у нас ограничены квоты на найм минори. Мне нужно убедиться, что вы нам действительно подходите.

При этом он достал из нагрудного кармашка фирменную винтажную авторучку.

— Видите эти дипломы? Я отбираю только самых способных. Поэтому, — он отвинтил колпачок и вытряхнул стержень, — я усложню вам задачу. Продайте мне эту ручку.

— Это моя любимая часть.

Дальше Язава смогла воочию наблюдать скорость реакции, о которой говорил Бритц. Через три секунды Звейг был примотан широким скотчем к изголовью кресла, причём ленты накрепко залепили ему нос и рот крест-накрест. А Кайнорт крутил в пальцах ручку без стержня:

— У Вас примерно минута, чтобы я успел провести трахеотомию в антисанитарных условиях. Итак, ручка? Или смерть от острой асфиксии?

Звейг краснел под скотчем, выпускал крылья и возил руками и лапами под столешницей в поисках кнопки вызова охраны. Пытался сдирать ленты с носа и рта… Но блестящие от пота ладони не слушались. Язава вжалась в стену с дипломами и закусила свой шарфик, чтобы не закричать. Звейг силился превратиться целиком, но мешали ужас и гипоксия, тогда попробовал встать, но не смог оторваться от кресла и только упал вместе с ним под стол.

Бритц ждал с дружелюбной улыбкой лучшего продавца месяца. Фервольт-анвербеншеф, уже фиолетовый, начал хлестать себя по пиджаку. Наконец оттуда выпал бумажник. Монетки раскатились по полу. Тогда острым концом корпуса ручки Кайнорт пробил Звейгу горло и протолкнул трубку в трахею. Послышался свистящий вдох, наружу брызнула кровь. Звейг со скотчем на лице хватался за кресло и судорожно всасывал ещё спасительного кислорода. Его мало поступало через ручку, но достаточно, чтобы дожить до охраны. Бритц поднял с пола монетку в ползерпии — примерную цену авторучки — и поместил себе в карман.