Н. Кабал – Короли и Шуты (страница 85)

– Вот и все, – сказал Дарен, подходя ко мне. Вода начала переливаться все быстрее и наконец-то волной выплеснулась к нашим ногам, обрушившись с такой силой, что мы невольно отступили на шаг назад. На земле лежала свернутая калачиком обнаженная девушка. Вместо хвоста у нее теперь были длинные стройные ноги.

Прямо как в сказках.

– Ну разве она не прекрасна… – привлек мое внимание Дарен. Заметив, что его взгляд жадно блуждает по ее телу, я пихнула его локтем под ребра.

Я сняла плащ, подошла к ней и опустилась на одно колено.

– Возьми это, – произнес Дарен. – Вам несказанно повезло, что я джентльмен и все предусмотрел.

Я подняла на него взгляд. Он достал из полотняного мешка длинное платье. Я поймала его в воздухе.

– Отвернись, Дарен.

– Русалки не ведают стыда, – бросил он. – Я видел их сотню раз.

Я повернулась и гневно посмотрела на него.

– Ревнуешь, пузырик? – усмехнулся он и закатил глаза, а затем медленно повернулся к нам спиной.

Хороший вопрос, Дарен.

Очень хороший вопрос.

Я взяла ее за руки и помогла подняться, стараясь действовать мягко и осторожно. Дарен говорил правду: она совершенно не стеснялась своей наготы. Для нее это, видимо, было вполне естественно. Хотя такое тело, как у нее, можно и не скрывать.

Я глубоко вздохнула и протянула ей платье. Она была выше меня. Адалия надела платье через голову, и оно потекло по ее фигуре, как вода, прямо к ногам. Красивое атласное платье светло-голубого цвета идеально сидело на ней. Я не собиралась спрашивать Дарена, где он его взял. Она выглядела уставшей и болезненной, и я протянула ей свой плащ. Когда она склонила голову и накинула его на плечи, то стала выглядеть как женская версия Арына.

Она сделала шаг ко мне и опустилась на одно колено, выражая почтение.

– Моя наследница, – прошептала она. – Такой милости я и представить себе не могла.

– Так-так-так, – произнес Дарен. – Вы только посмотрите, Адалия преклонила колени перед кем-то, кроме Арына. Та самая Адалия, которая настолько высокомерна, что даже не удосуживалась приветствовать других лордов хотя бы легким поклоном.

– Как ты смеешь! – зашипела она своим мелодичным голосом. – Как ты смеешь произносить его имя?

– Раньше мы неплохо ладили, Ада, – отозвался Дарен, медленно подходя к нам. – А теперь именно я пришел тебе на помощь.

– Потому что я не знала. – Она повернулась к нему. – Серьезно, Дарен. Почему ты не сказал мне об этом? Вернее, почему ты тоже мне не рассказал?

– Почему вы, русалки, не умеете выражать благодарности? – Он нахмурился. – Вам и правда невозможно угодить.

– Ты и твой отец! – снова закричала Адалия. – Вы и ваша семья разрушили все в моем дворце. Вы вызвали Великое Разрушение. И вы убили всю справедливость вместе с ним.

Вместе с ним.

Ах.

Она здесь уже много лет.

Я встретилась взглядом с Дареном.

Он усмехнулся.

– Ты ей не сказал? – прошипела я. Значит, он нашел ее раньше меня и спустился к ней в колодец, о причинах чего у меня не было сил даже спрашивать. По крайней мере я теперь поняла, откуда взялись все его царапины и ссадины.

– Адалия. – Я повернулась к ней. При звуке моего голоса ее поза изменилась. Взгляд стал более осмысленным. У них даже цвет глаз был одинаковым, в то время как оттенки наших с Арыном глаз отличались. Мои были темно-синими, а у них обоих – льдисто-голубые.

– Арын, – прошептала я, не зная, как сказать об этом. – Он вернулся. Он здесь. Он жив.

Я не знала, существует ли реинкарнация на самом деле, но могла бы поклясться всем, во что верила и чему была свидетельницей, что в этот момент девушка переродилась. Я как в замедленной съемке наблюдала, как ее зрачки расширились, а льдисто-голубые глаза увеличились и наполнились слезами. Потом она зажмурилась. Соленые капли потекли по ее подбородку. Они напоминали сверкающие бриллианты.

Дарен подошел ко мне и склонился к уху.

– Когда русалки счастливы, они проливают вовсе не жемчуг, как у вас говорят, но их слезы более драгоценны, чем бриллианты.

Все это казалось настоящим чудом. Она глубоко дышала и пыталась осознать новую реальность. Она даже не стала задавать вопросов. Ни о чем не спрашивала. Просто верила. Верила, потому что чувствовала это. Связь с ним.

– Пожалуйста, – почти умоляюще произнесла она. – Пожалуйста, отведите меня к нему.

Отведи меня к нему.

Что мне оставалось делать?

Я медленно кивнула.

– Арын будет благодарен тебе за это, – обратилась я к Дарену. В конце концов, это правда. В последнее время он был так одинок, а теперь большая часть этой пустоты будет заполнена.

Адалия заполнит эту пустоту.

– Знаю, – отозвался он. – Я почувствовал это. Вот почему свернул с пути и воспользовался Черной Вдовой.

– Почувствовал что?

Он оттянул воротник рубашки и показал мне багровую татуировку на своей груди. Она представляла собой три спиралевидных кольца. Одно из них символизировало огонь, второе – воду, а третье – воздух. – Мы нанесли их друг другу в детстве, – поведал он. – Думала, ты единственная, с кем я связан печатью? – Он рассмеялся. – Арын, Сина и я тоже связаны. И я уже давно чувствую, как он расстроен.

Я раскрыла рот от изумления.

Лорд Полуночи не переставал меня удивлять.

– Он нуждается и в тебе, знаешь ли, – сказала я.

– Я знаю, – подтвердил он. – Но не уверен, что мы снова сможем стать друзьями. Я забрал у него кое-что очень ценное. – Он смотрел мне прямо в глаза, смотрел так, как будто пытался сказать, что именно это за ценность.

Это была я.

Он забрал меня у Арына.

Так же говорила Ариана, а я боялась спросить.

«Ты все это время знал, что вас с Новой связывает близнецовое пламя», – сказал Арын Дарену тогда в подземелье. Я знала, что все дело в этом. Знала это с самого первого дня, но не знала, что такое близнецовое пламя. Я была слишком напугана, чтобы задавать вопросы.

– Значит, ты пытаешься восполнить его потери? – пробормотала я. – Это что-то вроде покаяния?

Дарен сделал глубокий вздох.

– Не все потери можно восполнить. – Его голос стал звучать глубже. – Но Адалия – одна из таких потерь. Ее возвращение хоть и не закроет рану, но прижжет. – Он повернулся ко мне, и на этот раз на его губах играла грустная улыбка. Вымученная улыбка. – Связь с нагвалем – это почти как дополнительная конечность. Вот почему даже я никогда не прекращал ее поиски, даже когда все остальные считали ее мертвой. Я собирался найти способ воссоединить их. – Он внезапно рассмеялся. – Пока я думал, как свести их в царстве мертвых, они встретились среди живых.

Я глубоко вздохнула.

Одиночество начинало душить меня.

Я протянула одну руку Адалии, другую вложила в ладонь Дарена и закрыла глаза.

– Давайте вернемся во дворец.

Я не знала, как это произошло, – возможно, вода, впервые коснувшаяся ее кожи, что-то пробудила в Элементале. Но посреди ночи у открытых ворот нас ожидал уже Арын, которого я уложила спать несколько часов назад, потому что его глаза пылали от усталости, и он едва держался на ногах. Я впервые видела, как он потирает подбородок и задумчиво вышагивает взад-вперед, уставившись себе под ноги. Нет, он не был задумчив – он был взволнован. Настолько взволнован, что не мог устоять на месте. Он ждал, потому что знал.

Мы ступили на землю у подножия скалы, под пологом большого дерева. Адалия отпустила мою руку. Это было похоже на притяжение магнита. Арын, стоявший у ворот, тут же повернулся. Он явно только что встал с постели. Босой, в расстегнутой рубашке, в походных брюках. Возможно, он бежал сюда со всех ног. Он почувствовал ее присутствие и хотел как можно скорее добраться до нее.

Добраться до нее.

Их взгляды встретились на долю секунды.

Он не видел ни меня, ни Дарена. Адалия побежала ему навстречу, пошатываясь, как маленький ребенок, который только что научился ходить. Арын просто стоял на месте. Не сводил с нее глаз.

Мечты и реальность.

Мелководье и утопленники.