Myrmice Orlyett – Ри На'я. Новая жизнь. Теперь синенькая (страница 46)
— К сожалению, понимаю. Но расчёт корабля готов, можно строить.
— Ты хочешь самостоятельно построить корабль?
— Да.
— А проект?
— Вот, все готово.
— Ты хочешь сказать, что ты за два дня сделала проект корабля? На унике?
— Да, долговато получилось. Наверное, уник медленный? Вот бы кто-нибудь подарил нормальный…
— Женщина, хватит издеваться. Ты серьёзно?
— Конечно серьёзно, после игры поселюсь в трюме ничейного лайнера и начну строить. Часть деталей уже купила. Недели через три-четыре можно будет и полетать уже. Нужна охрана и пара помощников.
— Ты в курсе, что проектами кораблей занимаются целые институты?
— Пережиток времени и жизнь на откаты. Элементы стандартизированы, параметры известны. Для расчёта корабля нужен час времени.
— Ты была погружена в расчёты два дня. Не отдохнула, не выспалась, даже не посмотрела, что нас будет ждать на этих соревнованиях. А поначалу у меня даже была идея вложиться и поставить на нас.
— Мне нужен хороший корабль. Для себя можно и постараться. Прикидывала несколько вариантов, хочется и в космосе летать и на планеты садиться. Быстро летать и больно кусаться.
— Очень интересно, что там у тебя получится. Ладно, мы уже начинаем опаздывать, переодевайся и полетели. Через пару минут за нами прилетит челнок, он уже выходил на связь.
Я быстро умылась, выпрыгнула из скафа и влезла в платье. Вчера я выбрала первое попавшееся и не прогадала. Завязывающееся на шее, оно крест-накрест прикрывало большую часть груди, напоминая обратное декольте. Но, прикрывало, хорошо. Можно было не бояться повернуться и выйти из платья. Спина и живот были открыты. Снизу платье заканчивалось опасно высоко, открывая ножки. Чулки и обувь на высоком каблуке дополняли платье. Уник-обруч на голову и я готова. А, ещё пару рационов в дорогу. Чувствуется, я на них подсела. А что делать, если я другим не наедаюсь?
Я ещё и выспаться в челноке успела. И ещё поесть — почти пять часов летели. Другая сторона планеты, какие-то дебри. Нет, не дебри, просто отсутствуют на карте. Сильно. Огромная частная территория, не нанесённая на карты. Чувствуется запах больших денег. Очень больших денег.
Огромная посадочная площадка, и многочисленные такси, взлетают и садятся одно за другим. Робот-привратник нас встретил, проверил приглашения и боевые-биотические сертификаты, просканировал на наличие посторонних предметов.
Внутри нас ждала небольшая вечеринка. Громкая музыка. Подиумы с танцующими на них полуголыми синенькими, усиленно крутящими попками в такт музыке. Официантки, одетые в туфельки, ошейник, кошачьи ушки и хвост, — разносили выпивку и закуски.
На огромных визорах показывали лучшие моменты предыдущих игр. Блин, я как-то не обратила вчера внимания — а народ-то, оказывается, на этой игре погибает просто толпами. Чаще всего показывали арену, где бились слабо одетые мужчины или вовсе не одетые женщины. Что за дискриминация?
Мы успели немного осмотреть заведение и попробовать пару местных угощений, когда к нам подошёл робот-распорядитель. Красивый. Металлическое тело было раскрашено под строгий костюм.
— Следуйте за мной.
Шум вечеринки остался позади, сменившись эхом пустого коридора. Спустя пару поворотов я ощутила лёгкий удар в затылок, сменившийся волной боли, пробежавшей по моему телу. Ощущение, как будто я бежала и со всего размаху впилилась в стену, которая зафиксировала мою душу, а тело мешком повалилось вниз. Руки-ноги стали чужими и непослушными и я упала на пол. Окружающий мир «поплыл». Все тело отказало, да и биотика тоже. Судя по гулкому звуку — Шикка тоже упал на пол. В глазах потемнело, звуки как будто доносились из толщи воды. Появившийся робот поднял меня на руки и куда-то понёс. Неаккуратно. Тело ощущалось деревянным, голова и конечности свешивались вниз.
Какая-то комната, слишком яркий свет, слишком громкие звуки, резкий химический запах. Меня фиксируют в каком-то поле. Раздевают догола и обыскивают. Хорошо, что я не взяла пистолет скрытого ношения. Была мысль — взять. Нашли бы. Не доверяя сканерам ищут вручную. Хорошо так ищут, глубоко. Роботы. Хладнокровные бесчувственные роботы. Холодный металл проникает в меня и терзает моё тело. Проверили горло и другие отверстия. Ещё немного, и меня бы вывернули наизнанку. Больно. БОЛЬНО. Б-О-Л-Ь-Н-О.
Моют чем-то резко пахнущим. Снаружи и изнутри. Промыли меня качественно, казалось — ещё немного и живот лопнет от переполнявшей его воды. Треск разряда, напряжение мышц, и вода экспрессом покидает моё тело. Меня накрывает волна боли. Могла бы орать, думаю что сорвала бы голос, но наружу вырывается лишь тихий стон. Внутри меня и снизу, между ног, полыхает — эта дрянь, которой меня промыли, ещё и жжётся.
Ох, ребята, я обязательно сюда вернусь. Такое просто нельзя оставлять безнаказанным. Зачем вы издеваетесь над беззащитными? Усыпили бы и вперёд. Или обезболивающего дайте. Мерзкий синтезированный голос прервал мои пожелания долгой и мучительной смерти этим извращенцам:
— Рекомендуется закрыть глаза. Производится покраска тела.
С трудом закрываю глаза. Шипение пульверизатора. Холод от моментально засыхающей краски. А красят меня всю-всю. Каждый изгиб, каждую складочку. Моя поза позволяет им прокрасить даже самые укромные мои места — я вишу вниз головой, а ноги — растянуты в шпагате. Ощущение собственной беспомощности начинает бесить. Перевернули меня вверх головой и красят сверху. Щиплется. Что-то рисуют на спине. Открыли рот, покрасили, разжали зубы, вытащили язык, тоже покрасили. Ноги фиксируют и до колена обливают чем-то липким и быстро застывающим. На голову водружают шлем и также его приклеивают, ошейник, опять клей. Ооооох, как больно. Что-то большое разрывает мою истерзанную попу изнутри. Аааааа. Извращенцы, отпустите меня уже. Больно-о-о.
— Красотка получилась.
Роботы закончили надо мной издеваться, развели в стороны мои руки и ноги, и демонстрируют меня кому-то разумному «во всей красе». Влево, вправо, вверх, вниз. Наконец моё лицо обжигает сильная пощёчина, немного приводя меня в чувство. Ещё одна.
— Я знаю, что ты все слышишь и понимаешь. Перевалочная точка, которую ты разгромила, была не особо важна. Можешь считать — легко отделалась. Если с тобой будут ещё какие-нибудь проблемы, так просто уже не отделаешься. Понятно? Приятной игры. Кстати, если не дойдёшь до конца, то очень порадуешь парочку ребят. Они потеряли на той точке родных и теперь сильно-сильно хотят с тобой пообщаться. На твоём месте я бы приложил все силы, чтобы избежать этой встречи.
Наконец-то меня увозят из этой живодёрни. Страх немного отступает. Не люблю я этих «врачей». Поворот, коридор. Меня куда-то везут, везут и наконец-то отпускают. Выкидывают прямо на холодный железный пол. Как мешок с картошкой.
Дверь закрывается и спустя пару минут срабатывают ускорители. Лежу, вся скрюченная, в маленькой капсуле, а ускорение вдавливает в металл и выжимает из меня все соки. Тяжело. Короткий момент невесомости даёт перевести дух, а затем меня начинает кидать по камере — это кратковременно включаются ориентационные и тормозные двигатели десантной капсулы. Резкий удар, выбивающий воздух из лёгких — посадка совсем не мягкая. Всё, я в игре. Надеюсь, что я приду в себя раньше, чем до меня кто-нибудь доберётся. Во рту мерзкий вкус краски, горло першит, глаза слезятся, живот болит, про воткнутую в меня затычку думать вообще не хочется.
Моя поза, скрюченная и свёрнутая, дала мне возможность немного осмотреть себя. Что со мной сделали? Одежда отсутствует совсем, я от макушки до пяток покрашена в красно-розовый цвет. Ещё и с блёстками. Мерзость.
На ногах оказались нормальные такие копыта. Белые. С широкой и толстой металлической подковой. Мои ноги, практически от колена, были вклеены в сапожки с высоким каблуком, стилизованные под мохнатые копыта. Почему белые? Если меня пытались загримировать в демоницу, то чёрные подошли бы лучше. Блин, белые будут издалека видны, нигде не спрячешься. Вот повезло-то.
Визор шлема ожил и показал несколько коротких роликов. Рассказали про несколько команд из пары сотен участников, показали пустыню, лабиринты, роботов, перестрелки и арену. Затем распределили команды по маршрутам, рулеткой. Естественно, нам достался один из самых плохих вариантов — я начинаю одна, должна успеть добраться до Шикки и освободить его. Распределение команд завершилось и активизировался таймер. Две минуты до начала, а я все ещё парализована. Интересно, чем так меня вырубили?