Мустай Карим – Поэзия периода Великой Отечественной войны и первых послевоенных лет (страница 8)
С листка армейской маленькой газетки.
Я ваш, друзья,— и я у вас в долгу,
Как у живых,— я так же вам обязан.
И если я, по слабости, солгу,
Вступлю в тот след, который мне заказан,
Скажу слова без прежней веры в них,
То, не успев их выдать повсеместно,
Еще не зная отклика живых,
Я ваш укор услышу бессловесный.
Суда живых не меньше павших суд.
И пусть в душе до дней моих скончанья
Живет, гремит торжественный салют
Победы и великого прощанья.
1948
СВЕТ — ВСЕМУ СВЕТУ
Звонкой и жесткой
Осенью ранней
Видел я это
В лесном Предуралье.
Через отлогий
Увал каменистый
Просека вдаль
Уносилась, как выстрел.
И на далеком
Ее протяженье —
Дымы, дымки,
Копошенье, движенье.
Музыка, гомон,
Урчанье моторов.
Табор — не табор,
Город — не город.
Горное эхо
С гомоном слитно.
— Дай подойдем,
Поглядеть любопытно.
У котлованов —
Люди, повозки.
Черные, красные
С цифрами доски.
Радиорупор,
Сигнальные флаги.
Шумный рабочий
И праздничный лагерь.
Трактор и тачка,
Лом и лопата.
Бабий платок
И пилотка солдата.
Комбинезон
И треух деревенский.
Всяческий люд,
Но особенно женский.
Девушки в ватниках,
В обуви грубой.
Щеки пылают,
Обветрены губы.
С ними в ряду
За работой суровой
Мужние жены,
Солдатские вдовы.
Мерзлая глина
Звенит под киркою,
Дело нелегкое,
Дело мужское.
Но, погляди,
Управляются быстро 
