Мушинский Олег – Хроники Талийской войны (страница 1)
Хроники Талийской войны
Предисловие редактора
Представляя уважаемым читателям второе издание "Хроники Талийской войны", мы прежде всего хотели бы внести некоторую ясность в полемику, поднявшуюся после выхода первого издания.
Целью перевода и издания "Хроники…" ни в коей мере не было переписывание истории. Более того, подобная мысль даже не приходила нам в голову. О каком переписывании истории вообще может идти речь, когда автор "Хроники…" повествует о тех же самых событиях и дает им практически те же самые оценки, что и наши уважаемые историки?
Да, иногда автор незаслуженно возвеличивает отдельных талийцев, ставя во главу угла их личностные качества, а не таланты полководцев или государственных деятелей. Однако тем и ценны "Хроники…", что они показывают нам действующих лиц этой войны как реальных людей со своими достоинствами и недостатками, где бездарный полководец может оказаться отважным воином, а политик может поддаться эмоциям и поступить совсем не так, как ему диктуют ситуация и здравый смысл.
Кроме того, историю, как известно, пишут победители. На самом деле, так оно и должно быть. В мемуарах побежденных слишком велико желание оправдать свои неудачи, свалить свои просчеты на суровую природу или происки глупых и завистливых коллег. Разумеется, такие труды тоже представляют определенный интерес для историка, но только как дополнительный материал, когда основная канва событий уже ясна и вымысел автора не внесет искажений в общую картину.
Однако предлагать подобные мемуары неподготовленному читателю совершенно недопустимо. Вот это и было бы настоящее переписывание истории! Не имея опыта и подготовки настоящего историка, читатель получил бы совершенно ошибочное представление об истории и это ошибочное представление надо будет еще потрудиться изъять из его головы, ведь, как известно, первые впечатления самые стойкие.
Именно по этой причине, а вовсе не ради сокрытия какой-то там подлинной "правды", труды побежденных так редко включаются в подборки исторических материалов. К сожалению, это также приводит к тому, что история обычно освещается несколько "однобоко", и это вновь возвращает нас к ценности "Хроники…".
Во-первых, ее автор дает возможность взглянуть на конфликт глазами талийцев, но при этом он не политик, не полководец, даже не солдат - он рядовой военный специалист, и ему не в чем оправдываться. Во-вторых, и это особенно важно, "Хроники…" написаны не после войны, а непосредственно во время ее - когда многим, включая даже таких признанных специалистов, как военные аналитики Олимпа, было далеко не ясно, кому в итоге придется оправдываться в мемуарах - и это позволяет читателю не только узнать о событиях тех дней, но и погрузиться в их атмосферу, пройдя вместе с автором "Хроники…" весь путь от пограничной крепости Ихи до берега Каледонии.
Война!
Война! Она всё-таки началась. Нам пока еще ничего не объявили, но когда ночью по тревоге поднимают весь пограничный корпус разом, то это уж точно не простой налет.
Святые небеса, да я вообще не припомню случая, чтобы мы когда-либо выдвигались в полном составе! Хотя, казалось бы, на месте не сидели. У нас вся южная граница - сплошные пустоши, откуда в любой момент и хаоситы налететь могли, и просто бандиты. Вот только чтобы шугануть эту публику, хватило бы и батальона. Максимум – еще эскадрон легких трайков, чтобы те отрезали банду от пустошей и не дали им уйти.
А корпус – это четыре полноценных пехотных батальона на черепахах и два эскадрона трайков. Видели бы вы эту мощь, когда мы выдвинулись!
То есть, как именно выдвигались - видеть как раз не обязательно. Наша черепашка – это вам не портовый грузовичок-недомерок, это настоящая бронированная крепость на гусеницах в два этажа высотой. В ней, помимо оборудования и экипажа, запросто умещалась сотня пехотинцев или же столько воинских припасов, что можно было с боями аж до полюса дойти. Такая туша даже в городские ворота едва протискивалась.
И вот представьте себе: у нашей тушки аккурат в воротах полетела гусеница! А Мелеагр – это город-крепость, там всего один вход, он же выход. Безопасность, знаете ли. Я уж думал, нас сейчас на месте расстреляют! Как выбирались из ворот и потом в спешке меняли гусеницу, а командир орал на механиков, заглушая рев моторов – всё это хочется забыть как страшный сон.
Лучше представьте корпус уже на марше. Колонна из двадцати мобильных крепостей, блистая броней в свете бортовых фонарей и ощетинившись стволами бластопушек, под рёв моторов на полном ходу двигалась сквозь ночную мглу. На поверхности Марса нет дорог, есть лишь направления, и я, пожалуй, не буду дописывать, куда они все вели согласно армейскому юмору, однако колонна выстроена в безупречную линию.
На флангах, тоже сияя фонарями, стремительно проносились трайки. Это не те расфуфыренные бронепузаны, которых вы видели на параде, а легкие одноместные машинки, где всё, что только можно, принесено в жертву скорости. Даже пилот наполовину торчал из корпуса, а сам корпус заметно сужался к носу, и там уже попросту не оставалось места для орудия. Бластопушка размещалась на телескопической мачте на корме. Видели небось такую хрень, похожую на механическую цаплю сразу за спиной пилота? Вот это она и есть.
Запись для истории: вся эта мощь выдвинулась на оперативный простор примерно в час тридцать 15-го Майя 512 года.
В час сорок мой командир затребовал прогноз погоды над Ихой на утро, и я погрузился в увлекательный мир таблиц, погодных сводок за прошлые года и показаний приборов. Увлекательный, кстати, без кавычек. На самом деле, работа военного синоптика – занятие не только важное и нужное, но еще и довольно интересное. Если, конечно, вы любите головоломки.
Суть их сводилась к тому, чтобы сопоставить показания за прошлые годы и найти в них максимальное в целом соответствие. Один в один показания редко сходились, поэтому надо еще учитывать, что на что влияло и каким боком могло вылезти.
Вот, к примеру, сейчас температура воздуха за бортом +16 градусов. Теплая ночка выдалась. Давление в норме, псионический фон порядка 0.5 (отдельные всплески к единице на экране псиографа – это наши телепаты разгоняли), влажность воздуха - 54, это чуть выше среднего, на небе – ни облачка, ни всполоха. Можно написать: чисто, без осадков. Хотя ощущается легкий ветерок. Очень легкий, но нам до Ихи часов пять катить, а ветер с северо-востока, то бишь – с залива.
Немного поколебавшись, я всё же запросил у связистов сводку погоды с Аудеманса. Это потухший вулкан в заливе, как раз напротив Ихи. Там у монахов своя метеостанция и, кстати, работает в автоматическом режиме, так что никого мой запрос не напряг бы. Ну, за исключением наших связистов.
Штатный телепат кратко ответил, где он видел меня и мой запрос. Даже образ прислал. Да уж, такая картина могла родиться только в воспаленном мозгу человека, напрочь лишенного человеколюбия. Нет, я понимаю, у связистов наверняка запарка, информация для штаба корпуса потоком шла, ну так я тоже не для себя спросил! Ладно, для начала я залез в архив и пролистал старые записи. Ага, в 507 году был ровно такой же расклад. Прямо один в один – температура, влажность, давление, псионика, состояние неба. Можно брать и переписывать. Скажу по секрету, обычно мы так и делали.
Однако тут пришла сводка погоды с Аудеманса. Этическая, между прочим, дилемма возникла: сказать телепату "спасибо" – отвлеку от важных дел, не сказать – получится: не поблагодарил. Написал благодарственное письмо с пометкой "обычное". Такие они обычно не читали, но телепат должен был почувствовать, что я ему благодарен. Надеюсь.
Итак, сводка: "Во имя дома и неба… бла-бла-бла, монахи есть монахи… так, вот: температура воздуха +12, влажность 70, псионический фон – единица… это монахи намолили, можно считать за ноль… ветер с северо-востока умеренный, небо ясное, чистое". Вот теперь точно можно писать: без осадков. Температура упадет градуса на два – обычное утреннее похолодание. В 507-м тоже на утро +14 было, но там не было ветра, а холодный ветер с залива – это почти наверняка туман. "Почти" в армии не котируется, пишу: туман.
Едва закончил работу и скинул прогноз командиру, как он сам заявился. Лично! Я, между прочим, сидел на крыше, в башне синоптика – это называется она так, а по факту башенка одноместная, где из-за оборудования и не повернуться толком – а у него была каюта на первом этаже. В руках он держал рабочий планшет. Между прочим, с экраном вдвое больше моего. Я сразу разглядел на нем мой прогноз.
- Туман будет? – спросил командир.