Муса Мураталиев – Ближе к полудню (страница 11)
Больше оставаться тут нельзя, иначе опасно!
Рванулась, но сила тех трав, зацепившись за крыло, ее не выпускала.
И она рухнула на землю.
Снова встрепенулась.
Что это?
Но эта сила еще держит ее.
Страх усиливался.
Растерявшись, стала щелкать клювом: это она, угрожая, отгоняла приближавшуюся тень.
Так она делала, когда не оставалось другого выхода.
Тень двуногого человека не отходила.
Быстро, одним уверенным движением рук человек сжал ее так, что оба крыла сами плотнее прижались к туловищу.
В таком положении сову подняли в воздух.
Травы, зацепившейся за крыло, не стало, но оно ныло не переставая.
Теплые руки человека не отпускали ее и несли куда-то к востоку.
Это длилось долго.
Наконец, теплые руки человека передали ее в другие теплые руки.
Так принесли ее сюда, в это огороженное со всех сторон пространство и посадили на сук.
Когда человеческая тень, оставив ее одну здесь, исчезла, то сова все равно не могла взлететь.
Крыло тупо ныло.
А с одним крылом она не смогла бы удержаться в воздухе.
Поэтому решила переждать, пока исчезнет боль.
В густом лесу, где прежде жила сова, как только ее глаза начинали видеть зорче, а звуки становились глуше, она вылетала из своего укромного местечка поохотиться.
Летит, бывало, взмахивая легкими крыльями, чуть не касаясь листьев низкорослых кустарников, над торчащими пнями.
И вдруг замечает на бегу лесной речушки диких уток, спавших, спрятав нос под крыло.
Нет, они не ее добыча.
Подальше, прижавшись грудью к кустику, тихо подремывают спина к спине косуля с детенышем.
Взмахи крыльев совы бесшумны, словно это веет ветерок.
Она не должна тревожить зря спящих обитателей леса.
Глаза ее зорки.
Видна каждая травинка на земле.
Вот на лысину тропиночки выбежала полевая мышь.
Рядом с ней возится скарабей, двигая свой круглый шар из навоза кудо-то на юг…
А здесь сова не могла совершать свой обычный облет.
Хотя пространство, в котором она находилась, было огорожено со всех сторон, она не теряла надежды вернуться на волю.
Для этого прежде всего надо было взлететь, подняться с этого сука.
А пока она даже этого не могла сделать.
Ее движения сковывала боль, исходящая из крыла.
В ясную для глаза пору она четко видела серую мышку в дальнем углу.
Почему-то та каждый раз находилась за какими-то мелкими квадратиками.
Правда, перед затемнением в глазах мышка просыпалась и тут же принималась проворно бегать, ища себе место.
Сове казалось, что мышка только и знает, что искать себе место.
Бегает по всем углам, шевеля усами, цепляясь зубами о квадратики, пробуя куснуть их.
Однажды, когда в глазах совы стало ясно, из бледного проема в стене появился небольшой четвероногий зверек.
По величине он был с зайца.
Такого зверька сова в лесу не встречала.
Пришелец сразу спрыгнул на пол.
Приземлился умеючи, пружинисто и бесшумно.
Сова повернула голову, что не представляло для нее особого труда, и стала следить, что же будет делать этот неизвестный доселе зверек.
Он двигался бесшумно, на каждом шагу останавливался и, касаясь пуговкой носика до земли, испытующе принюхивался, а подняв голову, втягивал воздух.
Прошел к дальнему углу.
Там, за оградой, умело свернувшись в комочек, спала мышь.
К ней и направился неизвестный зверек.
Приближаясь, он замедлил шаг и через мгновенье, чуть выгнув спину, бросился на мышь.
Бросок был таким молниеносным, что сова еле уловила его взглядом.
Зверек обхватил всеми четырьмя покрытыми шерстью лапками это, казалось, хрупкий предмет с застывшими квадратиками, но тот не поддался зверьку.
И еще заметила сова, что на кончиках лап у зверька высунулись острые прозрачные коготки, которые перехватили этот предмет за твердые квадратики.
Сова поняла, что этот огораждающий мышь хрупкий предмет очень тверд и прочен.
Выдержать такой прыжок, не теряя своей формы, мог только крепкий предмет.
Зверек напал с остервенением.
Сове показалось, что один коготок все же пришелся на ляжку спящей мыши, потому что та вскочила так резко, что ударилась о противоположный угол застывших квадратиков.
Серый зверек набросился на нее с другого угла, при этом норовя накрыть своим покрытым шерстью животом верхнюю площадь застывшей ограды.
Растянувшись, он заработал всеми четырьмя лапками, гоняя смертельно перепуганную мышь, из одного угла в другой.
Тут сова заметила, что у зверька есть еще длинный пушистый хвост, который тоже при удобном случае вступал в охоту.
Бедная мышка от страха заметалась.
Ее то с правого бока, то с левого бока, то с ляжки, то прямо по носу доставали лезвия острых коготков зверька.