Муса Джалиль – Избранное (страница 74)

Лишь две слезинки показались вдруг, На бахроме ресниц её блеснув. Затем, рубашку тщательно свернув, Дильбар идёт, торопится, бежит, В почтовом отделении она: – Отправьте мой подарок, – говорит. – Но он погиб! Не может получить… – Пускай погиб! Везите всё равно. Пускай убит, пускай землёй прикрыт, Наденьте мой подарок на него. В моей рубашке оживёт джигит — Сердечный жар в нём должен запылать. Ведь я его любила всей душой, Не уставала ждать и тосковать. На почте люди слушали Дильбар И согласились: девушка права. Его нашли, одели —                     он воскрес. Сбылись любви правдивые слова. Восходит солнце. У окна Дильбар Волнуется, возлюбленного ждёт. Джигит вернулся, ясный, как восход, И в голубой рубашке к ней идёт. Ведь это сказка? Да. Но ты скажи, Любовь моя, цветок моей души, — Не ты ль меня зажгла лучом любви, Как будто приказала мне: «Живи!» Плясала смерть передо мной сто раз На бруствере окопа моего. Чистейшая любовь твоя сто раз Меня спасла от гроба моего. От ста смертей спасла. Из ста смертей Сто раз я к жизни возвращался вновь. И вновь в рубашке, вышитой тобой, Встречал твою горячую любовь.

Костяника

С поля милая пришла, Спелых ягод принесла, Я ж сказать ей не решаюсь, Как любовь моя светла. Угощает цветик мой Костяникой в летний зной. Но любимой губы слаще Костяники полевой.

Солёная рыба

Ты зачем к реке меня отправила, Раз самой прийти желанья нет? Ты зачем «люблю» сказать заставила, Коль не говоришь «и я!» в ответ? Ты зачем вздыхала, как влюблённая, Если и не думаешь гулять? Рыбой кормишь ты зачем солёною, Если мне воды не хочешь дать?

Последняя обида

С обидой я из жизни ухожу, Проклятья рвутся из души моей. Напрасно, мать, растила ты меня, Напрасно изливала свет очей. Зачем кормила грудью ты меня? Зачем ты песню пела надо мной? Проклятьем обернулась эта песнь. Свою судьбу я проклял всей душой. Ответь мне, жизнь, пока хватило сил,