Му Сули – Глобальный экзамен. Том 1 (страница 6)
На пустом запертом чердаке над вторым этажом вся стена была увешана белыми экранами по количеству одиночных камер. Это место повидало множество секретов: мониторы транслировали то, что видели заключённые. Сейчас два показывали видео из камер Лысого и Ю Хо. На экране Лысого всё было залито кровью, и сквозь эту алую пелену смутно просматривался силуэт повешенного человека и его жуткое белое лицо. Экран Ю Хо показывал его камеру в неизменном виде: три зеркала, настенные часы, деревянный стол и стул. Ничего больше.
Через три часа Наблюдатель 154 отпер ключом дверь в камеру.
Он морально подготовился к тому, что сейчас заключённый накинется на него, но, едва переступив порог, застыл от изумления: флегматичный красавец спал лицом в стол! Ю Хо прикрыл лицо руками, словно школьник, прикорнувший на уроке. Звук шагов разбудил его, он открыл глаза, посмотрел на наблюдателя, а потом снова закрыл их с недовольным видом. Наконец он выпрямился на стуле и спросил:
– Время вышло?
154 не нашёлся с ответом. А если нет? Господин дальше почивать изволит?!
Глава 4
Дубль два
Когда Ю Хо высунулся в коридор, там стояла тишина. Из камеры напротив, где держали Лысого, не доносилось ни звука, но кровь, сочившаяся из-под двери, разлилась по всему коридору. Ю Хо поморщился и пошёл, стараясь не наступать в лужи. Через несколько метров он вдруг остановился: его охватило странное чувство, будто кто-то пристально наблюдает за ним сверху.
Ю Хо задрал голову, но на белом потолке, кроме тусклых лампочек, ничего не было.
– Прикинь, а этот дрыхнет, морда кирпичом и…
Раздались торопливые шаги. Кто-то спускался по лестнице.
Говорящий вывернул из-за угла и резко умолк, удивлённо уставившись на Ю Хо.
– Ты?! Тебя выпустили?
Ю Хо опустил взгляд и увидел перед собой Наблюдателя 922. Тот сразу перешёл на деловой тон, буркнул: «Извините» – и размашистым шагом направился дальше по коридору, чтобы открыть дверь второй камеры.
Через пару минут Лысого освободили, и Наблюдатель 922 вывел обессиленного пленника, еле переставляющего ноги.
– Ты почему ещё здесь? – спросил наблюдатель у Ю Хо.
Тот, сунув руки в карманы, лениво протянул:
– Тебя жду.
– А где 154? Разве он не должен был сопроводить тебя обратно на экзамен?
Ю Хо пожал плечами:
– Я не в курсе.
– Опять этот лицемер сачкует? – буркнул себе под нос наблюдатель.
Он встряхнул сползшего по стенке Лысого и мотнул головой в сторону входной двери:
– Пошли! Надо отвести вас обратно.
На втором этаже небольшого особняка Цинь Цзю стоял у окна, обхватив себя руками. Свет из комнаты освещал участок под домом. Наблюдатель 922 вывел двух экзаменуемых, и вместе они растворились в снежной пелене. Цинь Цзю прищурился, уставившись в одну точку и погрузившись в собственные мысли.
Дрозд дважды хрипло чирикнул. Он обитал в пункте размещения наблюдателей на правах питомца. Птица была очень смышлёной, она была знакома с несколькими наблюдателями, но в качестве хозяина выбрала самого главного.
Через некоторое время Цинь Цзю подошёл к столу и поцокал языком, а затем поднёс руку к острому клювику дрозда и скормил ему зёрнышко со словами:
– Тебе не кажется, что кого-то не хватает?
Чёрный дрозд в ответ снова тихонько чирикнул.
– И где же наш коллега?
Птица опять чирикнула. Цинь Цзю щёлкнул дрозда по клюву, открыл дверь и спустился вниз. Он оглядел зал и свернул в коридор. Из той самой камеры, где сидел Ю Хо, доносился скрежет ножек стула по полу.
Цинь Цзю приподнял бровь и трижды постучал.
– Есть кто?
Кто-то на стуле заёрзал сильнее.
– Можно я войду?
Казалось, стул вот-вот упадёт.
Цинь Цзю распахнул дверь и с порога увидел запропастившегося Наблюдателя 154. Тот обмяк на стуле, руки его были привязаны к спинке верёвкой, изо рта торчал кляп из скомканной бумаги. Вынув листок, Цинь Цзю прочитал: «Выкуси, лошара!» Он внезапно широко улыбнулся.
Наблюдатель 154 привстал и загрохотал стулом, намекая, что пора бы его освободить, но, увидев ухмылку на лице начальника, растянул губы в улыбке и замер. На его счастье, Цинь Цзю не стал слишком долго любоваться посланием, и уже через пару минут Наблюдатель 154 обрёл свободу. Он потирал красные следы от верёвки на запястьях, не переставая ворчать:
– Три года работаю наблюдателем на экзамене и никогда не встречал таких типов. Все плачут – он спит… Другой трясётся как листок, а этот лёг вздремнуть часок!
Цинь Цзю уселся за стол и лениво протянул:
– Надо же, в рифму получилось. Продолжай!
154 осёкся. Будь его воля, он засунул бы эту смятую бумажку начальнику в глотку.
– Ты наблюдатель, а тебя экзаменуемый скрутил, не стыдно? – со смехом спросил Цинь Цзю.
154 с каменным лицом ответил:
– Стыдно. Хорошо ещё 922 не видел, а то ржал бы два года.
Все знакомые с системой были в курсе, что наблюдателей набирают из числа предыдущих экзаменуемых. Только лучшие из лучших могли пройти через эту трансформацию личности. Их ранжировали в зависимости от степени жестокости и присваивали номера. Самые рьяные фанатики получали числа от одного до девяти, никто не рисковал с такими связываться. Как, например, с Наблюдателем 001.
– Ты сказал, – Цинь Цзю сделал паузу, словно подбирая слова, а потом поднял бровь и продолжил: – Что экзаменуемый уснул прямо в камере?
– Именно! Когда я вошёл, тут всё осталось как было, вообще ничего не изменилось. Он ни черта не боится! – Наблюдатель 154 недолго подумал и добавил: – За всю свою жизнь я встречал только одного подобного человека.
Цинь Цзю прищурился, почёсывая шейку дрозду, пристроившемуся у него на плече.
– Возможно, у него была спокойная жизнь без каких-либо травмирующих событий… – Наблюдатель 154 покосился на Цинь Цзю. – Но сегодня спокойная жизнь закончилась: их группе повезло, они сходу вытянули «зубную пасту».
Цинь Цзю вопросительно взглянул на подчинённого.
– Ну, вопрос как зубная паста. Выдавливаешь-выдавливаешь, а она всё не кончается. Не знаю, может, баг какой…
– Кто из вас придумал это тупое название?
– Я тут ни при чём, это всё 922! – 154 посерьёзнел: – Но, правда же, очень похоже. Когда я сдавал экзамен, то больше всего боялся именно такого вопроса. Дело же не в том, насколько задание трудное, а в том, что в условии ровным счётом ничего не сказано! Ты просто не можешь найти точку опоры и уже при первой попытке получаешь ноль баллов, а значит, кто-то будет принесён в жертву небесам. – 154 вздохнул, а затем пробормотал: – К счастью, я наткнулся на такой всего один раз, и мне повезло, что меня не выбрали. Интересно, кто из сегодняшней группы отправится на заклание? – Он взглянул на часы. – Осталось несколько секунд.
В этот момент перед хижиной посреди заснеженного леса Наблюдатель 922, уже совсем не заботясь о том, как он выглядит со стороны, запыхавшись, окликнул шагающего впереди Ю Хо.
– Чего тебе? – нетерпеливо отозвался тот.
Приближалось время сдачи первого ответа, даже сквозь ревущий ветер и снег он ощущал волну паники, исходящую от хижины. Нельзя было терять ни секунды.
– Есть ещё одно правило: те, кто побывал в одиночной камере, не могут отвечать на текущий вопрос, – сказал наблюдатель. Лицо Ю Хо стало ещё более суровым, и 922 замахал руками: – Да не смотри ты на меня так! В любом случае первым всегда идёт смертельный вопрос, и если не заработать ни одного балла, то…
Он не успел закончить фразу: Ю Хо уже отвернулся и открыл дверь. В тот момент, когда тёплый воздух ударил ему в лицо, закукарекал петух: срок вышел.
Лысый испуганно рухнул на колени и отполз в уголок, уставившись прямо перед собой безжизненными глазами. Вслед за ним, как по команде, ещё несколько человек осели на пол.
Юй Вэнь упирался коленом в спину Татуированному, сжимая в кулаке какой-то предмет, похоже, только что у него отнятый. Когда прокричал петух, Юй Вэнь вскинул голову, протянул руку и забормотал:
– Братишка, я нашёл нож, но время… вышло…
И что теперь? Все замерли, боясь даже вздохнуть от ужаса. Крик петуха стал для них полной неожиданностью.
– Нас что, теперь… удалят с экзамена? – пролепетал кто-то из присутствующих.
Их поглотит снежная буря? Они разлетятся на кусочки, как выкинутая в окно банка?
Ба-бах! Входная дверь внезапно распахнулась и с силой ударилась о стену. Все вздрогнули. Наблюдатель 922, который ещё не успел уйти, застыл на месте. Поднялся неистовый ветер, словно в самолёте внезапно разгерметизировался люк, и пространство снаружи принялось засасывать людей.