Мстислава Черная – Попаданка за штурвалом (страница 56)

Пять лет назад, через Альянс я собрала все шары с благословением Близнецов-Ветров, выбрала парусники с самым низким расходом, и это во многом стало спасением в первые дни после приземления, причём не столько возможность перемещаться на большие расстояния, сколько система связи через диспетчеров, основные запасы благословения пошли именно на поддержание её работы. Увы, благословение в шарах выветривалось даже без использовния, и через полгода Альянс замолчал.

Со стороны казалось, что он исчез, но нет, Альянс возвращается с триумфом.

Все доступные мне ресурсы я бросила в два направления — в развитие артефакторики и в исследование магической энергии. Кто сказал, что нельзя построить гидромагостанцию? Можно! А значит, у нас есть, чем заменить благословение Близнецов-Ветров. Сегодня Альянс снова заговорит. И не только.

Моя кафедра артефакторики — всё, что осталось от Лётной академии в составе Альянса — развивала разные направления, но упор делала на целительство.

Я отставляю чашку и поднимаюсь из-за стола. Милан как всегда в мундире, волосы зализаны, и вечером я их разлохмачу, что… маловероятно. Наша дочка, егоза и сорванец, разлохматит раньше.

— Ма! Па! — с задорным криком врывается она и запрыгивает на Милана.

Он подхватывает дочу, подкидывает к потолку, и они вдвоём хохочут, а дочка ещё и крылышки растопыривает. Изначально я вообще не была уверена, что при демоническом теле могу найти продолжение с человеком, я уповала на помощь богов, и Лейла благословила. Три года назад родилась наша Ледара, что значит подаренная Лейлой. Милан уверял, что имя будет счастливым. Что же, мне нравится.

Дочка удивила. Когда я увидела на лопатках странные припухлости, очень испугалась, но, как оказалось, зря. Припухлости лопнули и явили покрытые очаровательным пушком зачатки крылышек.

Волосы Милана оказываются в полнейшем беспорядке меньше, чем за минуту, но, если честно, он не пытается увернуться по-настоящему, позволяет дочке творить всё, что она хочет. Я же стряхиваю с рукава невидимую пылинку.

— Сегодня наша мама ещё красивее, — улыбается Милан.

— Тебя послушать, так я хорошею с каждым днём.

— Так и есть, моя княгиня.

За комплиментом скрывается любопытство и лёгкое беспокойство. Мой наряд выглядит торжественно, что полностью соответствует статусу приёма, но одновременно он… охотничий, не стесняющий свободы движений. Естественно, Милан хочет знать, что я задумала. А я… не скажу.

Вторая странность — приём проходит за городом.

— Можно с вами? — доча продолжает творить у Милана на голове порядок.

— Можно, — киваю я, — но в начале будет скучно.

— Хочу…

— Едем.

Начинается приём действительно скучно.

Я благодарю гостей за то, что вспомнили Альянс спустя пять непростых лет и нашли время прийти. Я рассказываю, что Альянс по-прежнему верен мечте о доступном небе, что пять лет мы посвятили работе и вышли на совершенно новый уровень обращения с энергией. То, что многие воспринимали странной попыткой вспомнить прошлое, оказывается… диктатом будущего. Как когда-то Альянс пришёл и установил правила воздухоплавания, так и теперь будут установлены новые стандарты во всех сферах.

Я рассказываю, что мы нашли замену благословению, замену, которая не зависит от милости богов, и прямо сейчас происходящее в этом зале видят гости в других городах, я обращаюсь к ним, а затем одно за другим презентую наши достижения в артефакторике и, наконец, анонсирую открытие сразу двух академий — Лётной академии и Академии магии. А добиваю анонсом открытия сети лечебниц в составе Альянса.

— Разве вам не нужно сменить название? — шутит мэр столицы, который, как я подозреваю, пришёл исключительно из уважения к моему статусу жены князя Авей.

— Отвечая на ваш вопрос, я приглашаю вас на трибуны, — широко улыбаюсь я.

Милан, судя по его взгляду, уже начал догадываться, что будет, но отсутствие снаружи взлётно-посадочного канала сбивает его с толку. Вместо воды обычная грунтовая дорога.

Я понимаю, почему на островах использовали парусники — привычно.

Только вот даже волшебству легче поднять в воздух не корабль, а самолёт, сконструированный по законам аэродинамики. И потом, зачем тащить в новую эпоху лишнее напоминание о Близнецах-Ветрах?

Зрители выстраиваются на трибуне, тянущейся вдоль дороги. Взгляды устремляются к парусине, скрывающей… Думаю, не только Милан догадывается, что будет.

Под торжественную музыку парусина падает.

— Разве это корабль? — не выдерживает кто-то.

— Это? — хмыкаю я. — Лучше!

Я забираюсь в кабину. Кресло уже отрегулировано под меня. Я пристёгиваюсь, включаю двигатели, кладу руки на штурвал. Самолёт послушно начинает разбег, набирает скорость и под восхищённый вздох зрителей отрывается от земли. Я задираю нос и круто ухожу в небо.

Мне кажется, что меня поднимает не только сила магических двигателей, но и счастье от того, что кроме свободы полёта, у меня есть те, ради кого хочется вернуться, а пока муж и дочь болеют за меня с трибуны впереди открытое небо моей мечты.