Мстислава Черная – Хозяйка графских развалин (страница 31)

— Мой доверенный капитан, один из тех, с кем я начинал, — представляет его Медведь. — Капитан Яуш.

Разберёмся.

Идея вспыхивает в голове, и я воплощаю её раньше, чем меня догоняет сотня аргументов, почему её воплощать не стоит.

— Капитан Януш, а к мне приобрести у вас… слезу слонца?

Глава 21

По крайней мере я его удивила.

Глаза у него, оказывается, большие, а кустистые брови поднимаются на лоб как мохнатые гусеницы. Впрочем, мужчина не был бы капитаном, если бы не умел быстро справляться с сюрпризами. Брови наползают на глаза обратно, губы сурово сжимаются.

От капитана пахнет табаком и лимоном…

— Добро пожаловать на борт “Зелёной Черепахи”, графиня. Для меня честь принимать вас.

— Благодарю.

Кроме него нас приветствуют ещё двое мужчин. Один, судя по одежде, а главное, оружию в ножнах, офицер, правая рука капитана. Второй, вероятно, чиновник. Оба держатся почтительно, но заметно, что здесь для них авторитет Медведь, а граф…

Почти угадала. Одетый в тёмно-серую штатскую одежду ничем не примечательный господин оказывается представителем страховой компании. Круглая бляха-удостоверение, которую он вынул из внутреннего кармана и любовно поглаживает, пока я с искренним интересом разглядываю, выглядит внушительно.

Юриста у нас нет, поэтому буду следить за реакцией.

— А как, например, купцы проверяют, что им, как вы, господин, показывают настоящий знак, а не подделку?

— Что вы, графиня? Государственные знаки не подделывают.

Неужели?

— Доча, — Медведь явно теряет терпение, и Гарет берёт меня под руку, одновременно оттесняя меня от чиновника.

Видимо, тоже считает, что государственные знаки не подделывают.

— Предлагаю перейти к делу, — чиновник потирает руку.

Глядя на него, я не вижу мошенника. Я понимаю, что ни один мошенник не выглядит как мошенник, но всё же.

— Поддерживаю, — кивает Гарет.

Медвель кивает молча.

— Судно, на борту которого мы находимся, “Зелёная черепаха”, должно доставить приданое леди Даниэллы, в девичестве Пегкер, в Оттонское графство, в связи с чем груз страхуется от потери по причине стихийного бедствия или иного несчастного случая, в пользу графа Гарета Оттонского. Всё верно?

Юрист нужен, очень-очень.

На мой дилетантский взгляд рамки страховки слишком узкие.

— А если на корабль нападут пираты? — влезаю я.

— Не нападут, леди, заверяю вас. Пираты пасутся там, где есть, чем поживиться. Трудное голое побережье не их среда обитания. Но вы можете не беспокоиться. Потеря груза в случае нападения пиратов входит в морскую страховку.

Лучше бы Гарет выбрал банк.

Что-то такое в словах Медведя проскользнуло…

Трудноуловимое. Что-то в духе, что корабль обладает качествами, которые в нашем случае можно считать достоинствами, но не так чтобы хорош и… потерять его не жалко. Вот оно! Медвель выбрал корабль, который не жалко потерять.

Домыслы. Всё, что у меня есть, домыслы. Тем более Медведь своё “не жалко” объяснил очень красиво — ради доставки приданого он готов посадить корабль пузом на скалы.

— Доча, хочешь посмотреть, как слетаются рыбки, если бросить им немного хлеба? Потерпи, мы недолго.

— Сейчас мы вместе, граф Оттонский, господин Пегкер и я от лица страховой, осмотрим, опишем и опечатаем груз, а после перейдём непосредственно к документальной части.

Звучит убедительно.

Гарета я не отпускаю, но всячески показываю готовность быть паинькой.

Груз нас ждёт в трюме, и первым спускается капитан. Медведь и чиновник за ним, а я чуть придерживаю Гарета за локоть и, пользуясь тем, что я и так почти что в объятиях мужа, прижимаюсь ещё теснее и шёпотом прошу:

— Плохая идея. Давай через банк?

— Отправить вас без тёплой одежды его ошибка, Даниэлла. Я понимаю причину вашей злости и обиды. Но в том, что касается деловых вопросов, у господина Пегкера легендарное чутьё и безупречная репутация. Как бы неприятно это ни звучало, у нас сделка.

А со стороны может показаться, что молодожёны милуются.

Переубеждать бесполезно?

Если Гарет изначально доверял Медведю, насторожился из-за спешки со свадьбой, а теперь, получив заверения, что приданое будет, расслабился, то я ничего не добьюсь. Что Гарет не сказал, я додумала. Медведь для него зарекомендовавший себя купец, а я всего лишь девочка без памяти.

Ладно.

Мы спускаемся.

В трюме гостеприимно светит магическая лампа. Довольно широкий проход, и по обеим сторонам сундуки, цепями прикрученные к полу. Видимо, чтобы оставались на месте при морской качке. Память подкидывает картинку, как отдыхающие на круизном лайнере с трудом держатся за поручни, а по палубе сыплется мебель.

Медведь отпирает ближайший сундук… кольцом, и офицер поднимает крышку. Если от прикосновения Гарета стены храма засветились, то почему бы магическому замку не открыться от прикосновения кольца?

Внутри свёрнутые платья, обувь. Сложено аккуратно и бестолково, будто сваливали в сундук всё подряд, без разбора. Даже флакончик с чем-то розоватым бросили, причём во флакончикке содержимого на треть.

— Здесь дочкины мелочи, сверх приданого, — поясняет Медведь.

— Не будем страховать?

— Страхуем.

Чиновник делает запись на листе и дальше показывает удивительный фокус. Как только офицер закрывает крышку, он касается замка своим знаком, и на выемке, куда Медведь прикладывал кольцо, появляется что-то вроде сургучной печати. Но на этом волшебство не заканчивается. Магия светящимся узором оплетает сундук полностью.

То есть вскрыть его, опустошить и отправить пустым не получится?

А подменить?

В следующем сундуке лежат отрезы тканей, наборы для шитья, пряжа. Медведь двигается по правой стороне и демонстрирует посуду, которая не особенно и нужна. Лучше бы положил продуктов.

Вещи — это хорошо. Но где обещанное золото?

В сундуки я заглядываю с интересом — мало ли что полезное увижу, но… В очередном, самом большом сундуке, одно к одному уложены скрученные в валики тёплые одеяла, которые входят в мой мысленный список самых необходимых вещей, только вот порыв забрать одеяла я давлю на корню. Вот как забрать? В руках нести? Даже одно одеяло я не утащу, и нагрузить на графа не вариант. Я так и представляю, как Гарет перед чиновником будет обнимать рулон выше своей головы. Смешно… Нужна помощь слуг, а слуг нет. Да и в одном экземпляре одеяло нас всё равно не спасёт.

— Мы осмотрели десятую часть приданого, — улыбается Медведь.

Всё повторяется — офицер закрывает крышку, и чиновник оплетает сундук магией.

Не осмотренными остались четыре средних сундука и один большой.

Внутри золото.

Монеты. Круглые, с белым отливом. На аверсе профиль почему-то женский. Я думала, что император мужчина. Или до него правила женщина? На реверсе номинал в один дублон и орнамент.

У меня перехватывает дыхание. Почему-то я уверена, что в прошлом никогда не видела кучу денег в самом буквальном смысле этого словосочетания. Есть что-то мифическое в сундуке с золотом. Что-то из сказок о драконах, охраняющих в пещерах свои сокровища. Или из легенд о пиратах, зарывающих клады на необитаемых островах и обязательно оставляющих мертвецов их охранять. Или из страшных историй о проклятых гробницах…

Я представляю, каково это может быть — погрузить руки в золото по локоть, пропустить монеты между пальцами, подбросить.

Я могла бы искупаться в золоте…

Только вот в реальности я не смогу коснуться ни одной монетки, потому что под крышкой стекло, а на стекле переливается магическим сиянием печать банка.

— Прекрасно, — чиновник добавляет к банковской печати свою.