Мстислав Коган – Безродный (страница 4)

Урод ещё пару раз дернулся и затих. Одноногий тут же выпустил застрявшее в его голове копьё и оно тут же упало на землю.

— Какая здоровая дылда, — прокомментировал ситуацию Мика, вытаскивая свое оружие из туши чудовища, — Видать знатно, она, значица, на покойничках то наших откормилась. Слыш, Беррен, а может это… Она кладбище то ворошила?

— Одной суке столько не сожрать, — покачал головой одноногий, — Там их наверняка целый выводок.

— Ну да, — хмыкнул Вигги, — Подчистили мертвецов за королевской армией, а как свежие тела закончились — взялись за наши захоронения.

— Язык у тебя, что помело, — нахмурился Беррен, — Все мелет и мелет. Только толку от этих рассуждений? Иди лучше, глянь, нет ли ещё гостей. Эти твари редко ходят поодиночке. Да и крики… Кстати, — он повернулся ко мне и буквально прожег меня пристальным, подозрительным взглядом, — Ты ещё что за хер? И с какой горы к нам пришел?

Приплыли? Ну и что ему отвечать? Сказать все как есть? Так вряд-ли они мне поверят. Живи я в средневековойглухой деревне, тоже бы посчитал человека, рассказывающего о принципах работы игры и программирования неигровых персонажей, полудурком или вообще колдуном, которого лучше сжечь от греха подальше. Но и соврать толком не получится — сведений об этом мире слишком мало. Похоже, придется прибегнуть к полуправде, и впрямь прикинуться сумасшедшим.

— Я — Генри, — честно ответил я. Ну да. Генри. Обычный Васян из глухого Зажопинска, которому игровая система выдала такое странное имя. Интересно, она за всех их выбирает или все-таки у игроков остается некоторая свобода? Хотя, может оно и к лучшему. В мире, где нет «Нагибаторов666» и «Мамкопихарей228» жить все-таки намного приятнее. Да и не имеет подобный контингент доступа сюда. Слишком уж дорогие пока что виртуальные капсулы, да и подписка будет не из дешевых.

— Генри и… — продолжил одноногий, а Мика опустил свое копьё и направил его прямо мне в брюхо.

— Генри, — ответил я, подавляя желание сделать пару шагов назад. Все-таки острый, поблескивающий в свете факелов наконечник, ощутимо напрягал, — Просто Генри. Безродный.

— И откуда же ты такой красивый взялся, Генри безродный? — глаза Беррена стали напоминать две узкие щелочки. Он сделал едва уловимый жест рукой и Мика весь подался вперед, едва не ткнув меня своим дрыном.

— Я спустился с гор. Вернее со скалы возле моря. Там была такая…

— Мы знаем, что там, — оборвал меня одноногий, — А там ты как оказался? Из каких краёв пришел и чего ищешь тут?

— Что было до — не помню, — соврал я, тихо надеясь, что проканает, — Вообще. Знаю только, как меня зовут и все…

— Да брешет он, — сплюнул Мика, — Собака сраная. Наверняка его ребятки Острида подослали. Покорчит тут, значица, дурачка пару дней. Высмотрит, что у нас отобрать можно и побежит к ним с этим… До… тьфу, — он снова сплюнул, — Словесо то какое заумное выдумали. Хер упомнишь.

— Доносом, — поправил его Беррен, — Ну да. Подсмотрит, куда мы добро прячем, а потом заявится вместе со всей шайкой, — одноногий немного помолчал, продолжая сверлить меня взглядом, затем спросил, — Ну, что скажешь, Генри безродный? Есть у нас хоть одна причина не прибить тебя прямо на месте или не выкинуть за частокол на поживу трупоедам?

— Э… — по спине стекла струйка холодного пота. Мысли лихорадочно метались в поисках подходящего ответа, — Ну… Выж меня уже спасли. Не для того же, чтоб сейчас проткнуть копьём и выкинуть обратно. Тогда могли бы вообще не открывать ворота. Да и яж вам никакого зла то не сделал, — так, это точно должно сработать. Если тут все настолько продуманно, то селяне должны быть крайне суеверными. А такими людьми довольно легко управлять. Достаточно намекнуть им, что они нарушают закон гостеприимства, от чего их боги будут явно не в восторге, и они оставят меня в живых. По крайней мере, на время, — Неужто, вы не просто откажете человеку в беде, но и убьёте путника, пришедшего к вашему порогу? Разве боги не карают за подобные поступки и помыслы?

— Командир, — подал голос со стены Вигги, — И правда ведь, убьем — грех на душу возьмем.

— Негоже это — отказывать человеку в нужде, — Мика опустил копьё и почесал патлатую, грязную шевелюру, — У нас, значится после этакого или скотина падет, или урожай сгибнет, или бабы выкидывать начнут. Боги завещали: «помоги нуждающемуся, дай приют и кров пришедшему к порогу твоему, и вернется это к тебе в тройне».

Ну да. Именно поэтому, когда я орал там за воротами тебе было «пущать не велено». Впрочем, может в потемках просто не разобрался, кто там за воротами орет? Один хрен, сейчас он на моей стороне. Но решение, похоже, все равно, оставалось за одноногим. А он стоял и молчал.

— Ладно, — наконец выдал он, — Хер с тобой. До рассвета поживешь, а там староста пусть решает, что с тобой делать.

Перед глазами тут же выскочила подсказка:

Навык «Дипломатия» повышен до первого уровня. Получено 20 очков опыта. До следующего уровня персонажа осталось 40 очков опыта.

Так, когда я в последний раз видел подобную подсказку, мне до нового уровня оставалось 100 единиц экспы. Или 120? И что я пропустил? Где были сообщения о прокачанных навыках? Может, конечно, во время погони я их не заметил, но… Ладно. Потом разберусь.

— Мика, лезь на ворота! — скомандовал Беррен, — А ты Вигги, дуй сюда. Отведи этого «безродного» к Ронвальду в сторожку. И сразу дуй назад. Если я узнаю, что вы снова там решили «пропустить по кружечке», ты у меня конюшни недели убирать будешь, понял?

— Да понял-понял, — кивнул ему дозорный, слезая со стены, — Ладно парень, пойдем. И постарайся не дурить. Не создавай ни себе, ни нам лишних проблем.

Выбора у меня, как такового не было. Либо идти с ним, либо оставаться с Берреном, у которого явно чесались руки выкинуть меня за ворота. Впрочем, сопротивляться тоже не было смысла. Все-таки провести ночь в тепле и безопасности — это куда лучше, чем шарахаться по местным подворотням, пытаясь найти себе угол.

Сторожка оказалась обычной пристройкой к дому старосты. Довольно неказистой снаружи, и крайне тесной внутри. Фактически, все, что туда помещалось — стол, пара стульев, на одном из которых расположился плечистый, усатый детина, одетый в некое подобие доспеха. В некое, потому, что от «доспеха» у него было только грязное сюрко, высокие сапоги, кожаные перчатки и подшлемник, лежавший на столешнице рядом с большой, пустой кружкой. Прямо напротив стола в стену было вбито кольцо, к которому крепилась длинная толстая цепь с грубо выкованными и немного проржавевшими кандалами на конце.

— Это что за хер? — Ронвальд скользнул по мне мутным от выпитого взглядом.

— Да нашли возле ворот, — махнул рукой Вигги, — Его чуть падальщик не сожрал. Беррен сказал, чтобы он тут до утра посидел.

— А мне, что? Его караулить?

— Да на кой хер, — сплюнул мой конвоир, — Из колодок он все равно никуда не сбежит. Просто не уходи никуда, а то мало ли капитану вожжа под хвост попадет проверить нашего гостя.

— Ох, Лорново семя, притащили вы на мою голову. Ладно. Эй ты, — Ронвальд снова глянул в мою сторону, — давай топай туда и одевай колодки. Загоняй до щелчка, чтоб я слышал. Проверю и увижу, что они не застегнуты… — он на секунду замялся, пытаясь придумать, что же в этом случае со мной сделать, — Пиздюлей получишь. Понял?

— Угу, — кивнул я, и пошел делать, что сказали. Сопротивляться или оставлять себе возможность для побега смысла не было. Бежать мне было все равно некуда, да и вряд-ли получится пройти мимо часовых. Они ведь даже догонять не станут — сразу зарядят из арбалета, и все дела.

Застегнув кандалы, я уселся на солому, прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Все тело противно ныло и буквально молило об отдыхе. В голове была каша из событий прошедшего дня. Их рваные лоскуты постепенно меркли, медленно утопая в теплом, умиротворяющем мраке. А вслед за мраком пришел сон. Сон без сновидений.

Глава 3 «Староста»

— Эй ты! Вставай! Вставай, кому говорю! — смутно знакомый голос с трудом прорвался сквозь глухую пелену забытья. Кто-то сильно тряханул меня за плечо. Но глаза не хотели разлипаться, а по всему телу разлилась противная слабость, вперемешку с ноющей болью. Зараза. Хорошо я вчера побегал.

— Беррен, чтоб тебя волки сожрали… Ну зачем? Зачем так орать? — послышался возмущенный голос Ронвальда, — Голова же раскалывается. Я и так всю ночь за…

— Квасил ты всю ночь, — оборвал его капитан стражи, — И об этом мы с тобой отдельно потолкуем. А сейчас поднял свой зад и помог мне привести этого в чувство.

— Да ладно-ладно. Сейчас очухается, как миленький, — совсем рядом раздался топот сапог, а в следующее мгновение на голову и плечи обрушился ледяной поток. Неожиданность заставила вздрогнуть. Рот рефлекторно открылся, пытаясь хватануть воздуха, но туда тут же попала вода. Кое-как откашлявшись, я разлепил наконец глаза и обвел комнату взглядом. С вечера тут почти ничего не поменялось. Разве что жировая коптилка, наконец потухла, и свет внутрь проникал теперь только через узенький прямоугольник окошка. Да бутылок под столом стало вдвое больше.

— Вот, говорил же, — пробасил Ронвальд, ставя пустое ведро на пол, — Ладно, вы тут уже и без меня справитесь, а мне нужно на свежий воздух.