Mr – Небесные Колонны Эпизод 2 "Рай наизнанку" (страница 25)

Я медленно перебирала вопросы один за другим, пока не отыскала действительно стоящий…

– Почему Айден не сумел найти плод? – произнесла я вслух.

Телефон был как раз под рукой. Наивно ждать, что мистер Фокс выполнит своё обещание перезвонить. Конечно, он может быть чем-то очень занят, но попытка – не пытка, верно? Рука уже потянулась за смартфоном, как вдруг… Я отчётливо услышала звон колокольчика.

– Что за..?

В комнате не было ничего, что могло издавать подобные звуки. Порядком насторожившись, я выключила музыку и внимательно прислушалась. Через секунду вновь раздался звон, как будто бы из спальни. Недолго пошарив по комнате, я заглянула к себе в тумбочку как раз, когда раздался ещё один звонок. Звук исходил прямиком из маленькой коробочки, перетянутой тонкой розовой ленточкой. Надпись на крышке гласит: «Моему любимому Лисёнку». Это подарок Уоллеса, который полмесяца назад привёз шериф. Я вскрыла его в тот же вечер и обнаружила лишь чистый лист бумаги и колокольчик без язычка. Меня тогда удивила странность подарка, ведь Уоллес никогда и ничего не дарил просто так, но понять смысл я тогда не сумела. А что мы делаем, когда не понимаем сами? Правильно, идём к Айдену. Однако мистер Фокс и сам не сподобился объяснить значение подарка, а раз он не понял, то и я не стала заострять внимание.

Сейчас я вновь вскрыла коробку и убедилась, что колокольчик по-прежнему не имел язычка. И, несмотря на это, звенел он всё громче и четче! Отгремев ровно двенадцать раз, колокольчик замолчал. Трясти его было абсолютно бесполезно, сколько не старалась он упорно молчал.

– Что за мистика?

Однако странности на этом не закончились. Только я собралась убрать колокольчик обратно, как вдруг заметила, что некогда чистый белоснежный лист бумаги оказался под завязку исписан корявыми буквами. Бред какой-то, я же точно помню на нём не было ни единого пятнышка чернил, что ещё больше подогрело моё любопытство. Вынув лист из коробочки, стало ясно – это полноценное письмо, в котором я легко узнала небрежный торопливый подчерк Уоллеса. А сказано в письме следующее:

«Дорогая Лиз…

Если однажды заметишь это письмо, знай – пока ты находишься в Академии, твоя жизнь будет в постоянной опасности! Не надеюсь, что тебе когда-нибудь удастся прочесть написанное. Раз это произошло, значит той маленькой девочки, которую я оставил в Атланте, больше нет. Феникс. Отныне именно так, тебя стоит величать, ибо ты достигла просветления, а все мои старания оказались не напрасны, и у меня получилось воспитать прекрасную дочь. Пусть ты и не родная. Едва ли я смогу полюбить кого-то так же сильно, как люблю тебя. И потому, я не желаю, чтобы ты продолжала своё обучение в Колдшедоу ведь тебе угрожает нечто более страшное и ужасное, чем Совет Профессоров, Ханты, Грешники и Ворон вместе взятые – Бездна!

Но обо всём по порядку. Думаю, ты уже поняла, кто я на самом деле и чем занимался. Так вот здание, которое все зовут Академией, на протяжении ста пятидесяти лет принадлежало мне как родовое поместье имени Уоллеса Проспера, где я проводил свои бесчисленные эксперименты, стремясь отыскать альтернативный Искре источник силы. Я был молод и ослеплён жаждой силы знаний. В погоне за ними я был готов на всё… И вот однажды, до меня дошёл слух, что далеко на западе, среди земель, принадлежавших Кланам Крови, располагаются таинственные катакомбы ведущие к могуществу древнее, чем первородные Белые Боги. К тому моменту, моё имя уже было широко известно, а патенты на изобретения позволили построить поместье прямо над входом в эти бесконечные подземные лабиринты. Однако работы было так много, что пришлось из бараков для рабочих, построить целый город, именуемый ныне Колдшедоу. Полторы сотни лет я жадно копал вглубь, пока, наконец, не отыскал запечатанный вход в недра самого Зла и Безумия! За прошедшее время, я уже накопил достаточно сил и знаний, чтобы с первой попытки открыть эти древние врата…

Первобытная тьма, обитавшая до появления самих звёзд, вырвалась наружу и едва не поглотила мой разум. Оно поразило собой всё поместье, а затем дотянулись и до городских улиц. По иронии судьбы, полученные из Бездны знания, позволили навсегда скрыть Безумие и ужас, который бродит по улицам города до сих пор! Однако, тот кому достанет «широты взгляда», сначала начнёт замечать моих механических стражников, разбросанных по всему городу, а затем его поглотит Безумие, порождённое Бездной!

Умаляю тебя, как только ты услышишь звон колокольчика – беги прочь из Колдшедоу и отыщи меня. Пока граница между реальностью и кошмаром для тебя окончательно не исчезла».

Едва я успела прочесть письмо, как раздался короткий звон колокольчика, а дверь в соседнюю комнату (у меня в апартаментах общежития целых две комнаты - гостиная и спальня, не считая санузла и кухни), беззвучно распахнулась.

– Д-А-р-А-гие жильцы! Эни-бади-хоум? О-па нифига, ты тут откуда-а? – искренне удивился Мик, когда вошёл в мою спальню с револьвером наперевес.

– В-в смысле? Это моя комната, и я тут...

– Да ладно, расслабься, можешь жить тут, сколько хочешь, я разрешаю п-ха-ха-ха! Ты-дын-н-ц-с-с…

Де-е-е-бил! Для меня юмор Мика, уже стал отдельным видом испанского стыда. Но ему на это всё равно, что по-своему справедливо. Однако, я отвлеклась и раз он вернулся из штаба Эгиды, значит у него для меня есть интересные новости.

– Кстати! Я чё пришёл – то... – Мик хлопнул меня по плечу, словно собрался рассказать свежий анекдот. – Ещё утром хотел рассказать, но ты меня перебила. Короче, нашёлся один народный умелец, который починил сектантам ту штуковину отключающую Искру, прикинь? Вот прикол! Что жил – всё зря! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…

Час от часу не легче! Если у Крысы есть средство, способное отключать Искру, значит Академия ещё более «не безопасна». Ужас, столько всего разом навалилось, теперь вот так сходу и не сообразишь, что сейчас вообще происходит. Однако весь этот калейдоскоп событий как-то связан, я уверенна.

–… Не может быть… Да прекрати ты ржать придурок!

Я стукнула коротышку кулаком, от чего тот резко перестал хохотать, схватившись за голову, с возгласом: «Ой-ё-ё-й…». Его смех порядком мешал переварить информацию и сопоставить все кусочки пазла воедино.

– Что же теперь делать?

– Титьки мять - богов взрывать! – радостно ответил Мик. – Шоб им сукам поднасрать!

Как же бесит его манера высмеивать всё подряд, особенно в моменты, когда догадка маячит перед носом, но постоянно ускользает. Да вообще всё, что связанно с Уоллесом, крайне «не заметно» и постоянно норовит вылететь из фокуса. Взять хотя бы его личную жизнь, о которой практически ничего не известно. Но даже те осколки, которыми я располагаю, позволили сделать кое-какие выводы. И всё же чего-то не хватает в этом ребусе или кого-то...

И тут меня осенило! Я схватила листок с письмом Уоллеса и сунула его Мику под нос.

– Чо-эта? – он вопросительно уставился на листок.

– А на что похоже?

– На бумагу.

– Логично, – значит, Мик не видит эти письмена. Жаль…

– Погоди, тебе врач рецепт выписал? А-а-а, нихуя это… – Парнишка выхватил лист из моих рук и принялся читать про себя. – Ой, а как пафосно, мать моя шлюха! Не хватает какой-нибудь клюквы, типа розового треугольника с мелкими волосёнками, из которого летят огненные шары, чтоб ты прям на стуле, глаза закатила и погибла ха-ха-ха-ха-ха ы-ы-ы-А! Бля, кто это написал? Нахуй тут стока букв…

Ага! И почему я раньше об этом не догадалась? Айден ведь говорил, что коротышка в совершенстве овладел силой Безумия. Логично, если на Мика никто не обращает внимания, равно как и я когда-то не видела этого письма, не слышала колокольчик, не наблюдала городские статуи, значит, все эти феномены объединяет одно – Бездна и её Безумие, которое для меня с каждым днём становится всё реальнее и реальнее. Именно поэтому только у меня могло получиться найти дневник отца в архиве. По той же причине Айден не мог найти древо знаний пока…

– … Пока я не обратила внимания…

– Чего? – переспросил Мик.

– Так, Мик, тебе что-нибудь известно о катакомбах под Академией и Бездне из письма Уоллеса?

Коротышка едва не выронил со рта сигарету, которую только что достал. Теперь ясно от чего он так веселился. Ему было невдомёк, что я тоже могу прочесть это письмо.

– Ну, ты мать даёшь. – Тон моего шпиона резко изменился, ухмылка с лица исчезла. – Я, конечно, подозревал, что всё пошло не по сценарию, но чтобы настолько…

– Ага! Опять твой «сценарист»! А ну давай рассказывай - партизан! Вечно мне из тебя всё клещами тянуть приходится. Что ты, что Айден одного поля ягоды, – ведь гениальность и безумие, по сути, одно и тоже только под разными углами.

Мик молча подкурил сигарету, и я тут же подсунула ему чайную кружку для пепла. Бессмысленно просить его не курить там, где не положено. Однако ему это необходимо. Теперь не мне одной, нужно время на переваривание информации. Неужели всё настолько серьёзно? То есть… я же просто письмо прочитала, что тут такого? С другой стороны, коротышка ведь не станет раздувать из мухи слона... ты-дын-ц-с-с-с!

– Да, я знаю о катакомбах, – наконец заговорил Мик. – Огромная сеть туннелей под Академией не миф, целый город под городом. Там не только путь к Бездне, но и огромная сеть подземных заводов, лабораторий, складов с оружием и техникой – остатки стальной армады Уоллеса.