Mr.KIRK – Второе пришествие (страница 2)

Итак, что мы имеем.

Во-первых, кто-то хорошенько приложился к моему черепу, да так, что меня сочли уже покойничком. Ну правильно, а зачем покойничкам на этом свете всякие там побрякушки из драгоценных металлов, кошельки и тому подобное. В этом плане я тех двоих очень даже хорошо понимаю.

Во-вторых, откуда взялся этот бугай с автоматом. Это факт, что он меня там уже поджидал и наверняка знал, что я обязательно выйду из морга. Но если он знал, что я оттуда выберусь, не он ли меня туда и отправил. Очень даже может быть. Но почему же тогда он отправил меня туда «недоделанным», так сказать. Спокойно сделал бы контрольный выстрел и не надо было бы потом устраивать возле морга весь этот цирк.

Единственной причиной, почему он так сделал, могло быть лишь то, что добить меня ему или им кто-то, или что-то помешало. Другого разумного объяснения я этому не видел, а если так, то… Резко нажал на тормоз и машина, визжа и протестуя всеми имеющимися фибрами души, сделала крутой разворот. Насколько это было возможно, с максимальной скоростью мы погнали в обратном направлении.

Я вдруг подумал, что там, в морге, на столе осталась недопитая бутылка водки, что было уже само по себе великим грехом. К тому же, один из врачей, которому я помешал выпить, с удовольствием составил бы мне компанию.

Войдя в морг, с облегчением вздохнул. Слава богу, водка никуда не испарилась. Да и врач лежал там, где оставил около часу назад.

Проделав с ним кое-какие манипуляции, привёл в чувство и усадил на стул. Приходилось поддерживать его в вертикальном положении.

Едва открыв глаза и увидев меня, он снова их закатил. Залепив ему хорошую затрещину и влив в него почти полстакана «живой воды», вроде бы удалось привести его в чувство.

Жадно глотая воздух, он вперил в меня указательный палец и, как будто перед ним стоял сам дьявол, истерически начал бормотать какую-то молитву.

Тяжёлый случай, подумал я, вливая в него ещё полстакана. То ли от водки, то ли ещё от чего мужичок впал в ступор, тупо упёршись в стену.

Мне это всё порядком уже надоело, да и голова потихоньку напоминала о себе, волнами боли накатываясь на меня.

– Тебя как зовут, дружище – как можно мягче спросил я.

– М-м-михал-лыч – ответил он.

– Ну, это уже значительно лучше. Скажи мне, Михалыч, только честно, у тебя ещё водка есть?

– Нет. Да. Нет – часто заморгал он.

– Так есть или нет, что-то я не понял?

– Спирт есть, медицинский.

– Спирт тоже пойдёт – хлопнул я его по плечу. От этого его так передёрнуло, что, казалось, он снова свалится в обморок.

– Так тащи, чего сидишь. Если есть, то и закусь какой-нибудь давай, я не врач и не могу, как вы, хлындить спирт без ничего.

Не зря всё-таки в народе водку величают живой водой. После второго стакана, правда, чистого спирта, Михалыч вроде бы оклемался. Щёки порозовели, в глазах появилась мысль. Он перестал дрожать как осиновый лист, да и я почувствовал себя значительно лучше, посвежевшим. Боль в затылке и вовсе уже не чувствовалась.

– Друг, а как тебя зовут, – закусывая помидором, осмелел Михалыч.

– Да чёрт его знает, – удивился я, не сумев вспомнить своего имени – а зачем тебе.

– Но ведь должен же я знать с кем я пью.

– Слушай, Михалыч – перебил я его, опрокидывая очередную порцию живительной влаги, – а как я здесь оказался?

– Как-как, в реанимации тебя привезли. Как положено, упакованного уже в целлофан. Правда, машина была не из нашего района, но ребята очень уж просили, куда-то опаздывали – пришлось принять покойничка.

Я вопросительно посмотрел на него.

– Тебе башку кто-то топором проломил, все мозги наружу вылезли. По всем законам природы ты сейчас здесь сидеть и спирт медицинский хлестать ну никак не можешь.

– Не может этого быть, Михалыч. Если мне мозги вышибли бы, я точно не сидел бы сейчас рядом с тобой. Да ты сам посмотри – шишка всего лишь, да и только.

– Действительно, шишка – потрогал Михалыч мой затылок и задумчиво почесал свой. – Но есть же акт вскрытия, я сам его проводил и дыру в твоей башке лично осматривал. Чем хочешь поклянусь.

– Не знаю, уж, что ты там видел – сказал я, вытаскивая из кармана бумажник, – но ты мне дай данные на этих артистов из реаниматорской машины, что привезли меня сюда. Я протянул ему несколько стодолларовых банкнот. – На, вот, напарника своего подлечишь – нечего было на меня со скальпелем кидаться.

Выпив ещё по одной и простившись с Михалычем, который аж прослезился и назвал меня своим братом – после бутылки медицинского спирта, особенно на двоих, все люди становятся братьями и сёстрами, а иногда даже мужьями и жёнами – я снова двинулся в путь.

Ровное урчание мотора настраивало на мирской лад и благодушие, а глаза так и норовили сами собой закрыться, своими похлопываниями предварительно давая хозяину понять, что они тоже устали и хотят спать.

Нужно будет найти какой-нибудь мотель и вздремнуть там часок-другой, подумал я, с трудом разлепляя веки.

Глава II.

Тихий, ненавязчивый стук в дверь вырвал меня из сладких объятий Морфея или Морфиуса (не путать с морфием – он с маленькой буквы пишется).

Нащупав запропастившееся куда-то одеяло вдруг осознал, что почему-то спал голым. Накрыв им то, что другим видеть не полагалось, я произнёс банальное «да», которое в зависимости от обстановки могло означать совершенно разные вещи. В данном случае моё «да» означало, что тому, кто посмел разбудить меня, разрешалось войти.

– Извините, Вам еду в номер подавать или как? – мальчик лет шестнадцати с невозмутимой улыбочкой на устах переминался с ноги на ногу на пороге, вперив свой взгляд куда-то в мою сторону, но мимо меня.

– Неси всё сюда – я проследил за его взглядом. В центре комнаты стоял стол, заваленный остатками еды и таким количеством пустых бутылок, что я невольно остановил движение своей головы и мои брови, в недоумении, поползли вверх. Но любопытство взяло вверх и мой взгляд направился дальше.

Заметив объект пристального внимания официанта, я невольно присвистнул и в это время услышал звук закрываемой двери. То, что так заинтересовало официанта, лежало рядом со мной.

Симпатичная блондинка, лет двадцати шести, абсолютно голая, широко раскинув ноги и выставив на обзор всё, что имелось между ними, посапывая и причмокивая, сладко спала на второй половине кровати. Не в силах устоять от охватившего меня желания, я залез на неё, конечно, разбудив при этом. Но в данный момент я ни о чём другом думать не мог.

Получив взаимное удовольствие, мы распластались на кровати. Минут через пятнадцать, зайдя в ванную, я привёл себя в порядок, а заодно и восстановил в памяти события вчерашнего вечера. Вспомнил Михалыча, его напарника, двух бугаёв с автоматами, какой-то мотель со странным названием «Любовь у дороги». Вспомнил, как стало жалко одинокую симпатичную девушку, притулившуюся в углу бара и старавшуюся остаться незамеченной.

Казалось, она назначила кому-то тайное свидание, а он так и не пришёл. Я решил скрасить её одиночество и утешить, и как бы невзначай подсел к ней. Она была не против. Мы с ней немного выпили, поболтали чуть-чуть и я решил проводить её до номера. А так как у неё не было в гостинице своего номера, я, как истинный джентльмен, предложил ей свой, на что она ответила вежливым отказом. Они всегда вначале отвечают вежливым отказом.

А вот дальше уже я, хоть убейте, не помню. Слава богу, что мебель оказалась на месте, в целости и сохранности, а также в моей постели оказалась всего лишь одна дама, а не целых три или четыре.

Закончив утренний туалет и насухо вытершись полотенцем, я решил проветрить ванную и открыл окно. Интересно было узнать, какая на улице стояла погода.

Погода, кстати сказать, хорошая и ясная, стояла на улице не одна. Там, кроме неё, стояло ещё три «джипа», один «мерс» и один «хаммер», из которых быстро и бесшумно выходили люди в масках и с автоматами в руках.

Дебилы, – подумал я. – Разве спецназ так действует? Да я бы такого командира уволил бы к чёртовой матери. Стоп, – что-то вспыхнуло у меня в голове и тотчас же погасло. Лишь камень на перстне начал бешено менять цвета – от голубого до ядовито синего.

Идиот, – стукнул я себя по лбу, – спецназ на таких машинах не разъезжает.

Вбежав в комнату и на ходу одеваясь, я ринулся к выходу, но было уже поздно. Я только успел отскочить в сторону, чтобы не мешать открывающейся двери моего номера.

К тому времени, когда пятеро или шестеро боевиков, посмевших без приглашения вломиться ко мне в номер, уже лежали без сознания возле дверей, на лестнице, ведшей на второй этаж мотеля, послышались отборная ругань и мат.

– О боже, смилостивься надо мной. Пусть её здесь не будет, – орал басом какой-то верующий армянин, – не то я ей глаза выжгу или распну.

Услышав эти крики, моя белокурая незнакомка перекосилась в лице и начала метаться по комнате, рукой зажав рот и сдерживая готовый вот-вот родиться вопль ужаса.

Я молча показал ей рукой на ванную комнату, куда она тотчас же и скрылась, взял два «Узи» и уселся на диване.

В тот момент, когда новоявленный Отелло задыхаясь переступил порог моего «люкса», я двумя одиночными выстрелами нарисовал аккуратные красные точечки на лбах сопровождавших его охранников.

Ещё недавно он был под защитой, казалось бы, неприступной армии своих охранников, но прошла минута и вот он стоит передо мной один-одинёшенек, не в силах понять, куда же подевались его люди.