Мойра Янг – Кроваво-красная дорога (страница 79)

— Итак, каков план? — спрашивает Эш.

Джек смотрит на меня. Одаривая своей кривоватой улыбкой. Я улыбаюсь в ответ.

Глаза Джека серебрят лунным светом. Они спокойны, словно озерная вода.

— Мы собираемся победить, — говорю я.

Эш закатывает глаза.

— И как я не догадалась, што ты именно это и ляпнешь?!

— Што теперь? — спрашивает Лью.

— Теперь, — отвечает Джек, — мы ждем.

* * *

Мы залегаем меж большущих каменюг на вершине холма с кучками стрел позади нас. Перед нами простираетца равнина как на ладони, широкая и голая.

Мы с Лью сидим, прислонившись спинами к большому камню. Близко друг к другу. Соприкасаясь плечами.

— Ой, — говорю я, — чуть не забыла.

Я лезу в карман. Достаю его ожерелье. Маленькие кружочки блестящего зеленого стекла нанизаны на лоскуток кожи. Я протягиваю его ему.

— Нашла его на дороге, — говорю я.

— Я всё гадал, где посеял.

— Повезло тебе, што я проходила той дорогой, — говорю я.

— Да, — соглашаетца он. — Еще как повезло.

Мы недолго молчим, затем он толкает меня локтем.

— Итак, — спрашивает он, — што там с Джеком?

— Што с ним? — отзываюсь я.

— Мне кажетца, што между вами двумя что-то происходит, — говорит он.

Я чувствую как жар распространяетца по моей шее, по щекам.

— Между нами ничево не происходит, — говорю я.

— Посмотри на себя, — говорит он. — Из тебя отвратная лгунья. Он тебе нравитца. Где вы познакомились?

Его голос звучал напряженно. Он воткнул свой лук в землю.

— В городе Надежды, — говорю я. — Я бы не нашла тебя во время если бы не он.

Он бросает на меня косой взгляд.

— Может мне его поучить уму-разуму?

— Не глупи. Нет. Ты не должен бить его.

— Хорошо, — говорит он. — Потому што теперь я опасный человек. Жестокий человек.

— Жесткий человек, — говорю я. — Куда там!

Мы пихаем друг друга плечами. Недолго сидим в тишине. Затем он говорит,

— Знаешь, што я ненавидел больше всего? Кроме того, что быть вдали от вас?

— Што?

— Мысли о Па. Мысли о том, как я вел себя по отношению к нему в тот последний день. Воспоминания обо всех тех ужасных вещах, которые я сказал ему. Он умер, веря в то, што я думал о нем.

— Он знал, што ты не имел это в виду, — говорю я.

— Это моя вина в том, што он умер, — говорит Лью. — Я чувствую себя так... как-будто это я убил его.

— Как тебе вообще такое на ум пришло? — спрашиваю я. — Тонтоны убили Па. Ты его любил и он тебя.

Он ничего не сказал. Просто уставился в землю.

— Ты его не убивал, — говорю я. — Впредь не говори так.

* * *

Солнце восходит.

Мы сидим молча.

И мы ждем.

— Они идут! — кричит Томмо вниз со своего смотрового места, высоко на дереве.

— Сколько их? — откликаетца Айк.

Томмо поднимает вверх три пальца.

— Чё за фигня? — произносит Эш.

Томмо опрометью спускаетца с дерева, будто юркая ящерка. И приземляетца рядом с Джеком.

Джек подносит увеличитель к своим глазам. Медленно его опускает вниз.

— Это Пинч, — говорит он. — С ним Эмми. Но там только два Тонтона с ним. Што он затеял?

Он бросает мне увеличитель. Я отчетливо вижу всего трёх всадников, движущихся через равнину. Они довольно близко едут друг к другу. ДеМало и еще какой-то Тонтон. По обе стороны от Пинча.

Я направляю увеличитель на Пинча. Он едет на белом жеребце. И одет в то же, в чем был накануне. Длинная золотая мантия с сияющими каменьями и кусочками стекла и мерцающими дисками. Но мантия висит на нем порванными и пожженными клочками. Его нога торчит в сторону. Она вся опутана металлическими прутьями, вроде как находитца в клетке. На нем золотая чалма, а лицо замотано золотой тряпкой.

И на пинчевом жеребце вместе с ним, прямо перед Королем едет Эмми. Он едет с таким видом, будто имеет полное право возить её с собой. Она выглядет такой маленькой, такой худенькой, такой бледной. Но её подбородок высоко вздернут. Она не хочет показывать ему, как ей страшно. У меня сжимаетца сердце.

Лью хватает увеличитель, штобы увидеть все своими глазами.

— Эмми, — говорит он. — Кажется, с ней все хорошо. Не похоже, што он навредил ей.

— Если он это сделал, я оторву его башку, — говорит Айк.

— Похоже на решительное столкновение, — говорит Эш.

— Все готовы? — спрашивает Джек.

Мы заряжаем наши арбалеты стрелами. Продолжаем прицеливатца из-за скал и ждем. Ждем. Мое сердце колотится как сумасшедшее. Во рту пересохло.

— Они здесь, — сообщает Томмо.

Мы высовываем головы из-за скал. Мы прицеливаемся.

Они остановились чуть не доезжая подножия. В пределах слышимости.

Пинч заставляет своего жеребца ехать вперед. Конь артачитца и пританцовывает, тряся головой.

Похоже на то, што он не доверяет своему всаднику.