Мойра Янг – Кроваво-красная дорога (страница 74)
Следующая четверка марширует мимо. Эти тащат Лью. Я лишь мельком вижу его. Его глаза закрыты. Его голова постоянно качаетца из стороны в сторону. Моё сердце замерло. Похоже, они его чем-то накачали.
Вот идут последние шесть Тонтонов.
Мы ждем. Я пересчитываю их про себя.
Два, четыре.
Пауза.
Затем проходят последние два Тонтона.
Мы с Айком крадемся за ними по пятам. Мы двигаемся бесшумно.
Моё сердце колотитца так сильно, што у меня такое чувство, будто оно вот-вот вырветца из груди. Я перебираю в руках веревку.
Айк мне кивает. И мы набрасываем наши удавки Тонтонам через головы. Затягиваем веревки на их глотках и утаскиваем обмякшие тела в кусты. Они были застигнуты врасплох, потому даже не сопротивлялись.
Айк замахиваетца своим арбалетом.
— Раз, два... — ударяя прикладом по голове, считает он. — Они окоченеют. Лучшего места и не найти, чтобы пошалить, — говорит он, — чем шумящая толпа.
Мы раздеваем их. Мы связываем их, запихиваем кляпы в их рты и оставляем валятца в кустах, подальше от глаз. Мы надеваем их черные робища поверх нашей одежды. Проверяем, штобы наших арбалетов с колчанами не было видно. Моя тонтоновская мантия оказывается слишком длинная.
— Дай-ка я, — предлагает Айк.
Он подтягивает ткань и затыкает её излишки за мой ремень.
Я вытаскиваю свой нож из ботинка. И прячу его у себя за пояс. Айк вторит моим действиям со своим оружием. Затем мы бежим, штобы догнать сопровождение Лью.
Айк поворачиваетца ко мне и ухмыляетца. Его зубы вспыхивают белым в свете факелов. Он выглядит опасным.
Пока все идет неплохо. И нам удаетца следовать задуманному. У нас с Айком получаетца присоединитца к Тонтонам.
Но на этом план-то и заканчиваетца. С этого момента, мы должны будем импровизировать. Как и предупреждал Джек.
Мы маршируем по дорожке, через поля чаал к платформе.
Мы добираемся до окраины открытого пространства. Здесь всё так и кишит разгоряченными потными телами, танцующих рабов. Барабаны отбивают ритм всё быстрее и быстрее. Рабы топочут и распевают. Шум стоит просто оглушительный.
Четыре Тонтона-факеланосца пробираютца сквозь толпу, покрикивая на танцующих и распихивая их в стороны, расчищая дорогу тем, кто тащит Лью. Затем мы смыкаем ряды и движемся как единое целое. Мы с Айком замыкаем процессию. Все настолько близко находятца друг к другу, што кислый запах немытых пропотевших тел ударяет мне в нос. Эта вонь заставляет меня прикрыть рукой рот и нос.
Вот мы добираемся до ступеней, ведущих на платформу. Мы поднимаемся по ступенькам. Мы с Айком посильнее надвигаем на наши лица свои капюшоны. Я бросаю быстрый взгляд на Викара Пинча. На Короля. Он сидит в своем золотом кресле в своих золотых одеждах, уставившись то в небеса, то на поющую толпу. На его сверкающем золотом лице не отображаетца никаких эмоций.
Четыре Тонтона подтаскивают Лью к песчаной яме. Когда они опускают его, колени у него подгибаютца, а голова запракидываетца назад. Они молниеносно подхватывают его и прислоняют спиной к столбу. Они привязывают Лью к столбу, связывая его по рукам и ногам. Затем они начинают раскладывать у его ног сухую ветошь для растопки.
Лью находитца лицом к толпе. Торс у него обнажен. На нем только штаны да ботинки. Глаза его всё еще закрыты. Его голова склонена на один бок, но я могу видеть, што губы у него шевелятца. Я без раздумий начинаю двигатца в его сторону.
Меня хватает Айк.
— Постой, — шипит он. — Гляди.
Вся платформа пришла в движение. Тонтоны закончили привязывать Лью к столбу. Они воткнули в песок свои зажженные факелы по кругу песочного карьера.
Затем они спешат скорее выстроитца по обе стороны ямы. Две группы по семь человек, с каждой стороны.
В этой неразберихе, нам с Айком удалось протиснутца к хвосту рядов, поближе к яме. Мы теперь ближе к Лью. Айк по одну сторону, я по другую.
Барабаны грохочут, ноги топочут, голоса распевают. Земля сотрясаетца.
Викар Пинч, Король Солнца, сидит в своем золотом кресле, возвышаетца перед нами на небольшой платформе. Он в окружении ДеМало и еще одного охранника — Тонтона.
ДеМало и тот другой Тонтон, помогают Пинчу с его ногой.
— Теперь же! — кричит Пинч. — Разожжем огонь!
Он широко раскидывает свои руки. Поднимает голову к ночному небу.
Тонтоны рядом с ним топочут ногами. Они скандируют, подпевают и покачиваютца.
Пот стекает по шее. Нам нужно, чтобы Джек с Эпоной сделали отвлекающий манёвр. Немедля.
— Ну же, Джек! Где же ты?
Я смотрю поверх Айка, который прячетца в капюшоне своего одеяния.
— Разжечь огонь! — вновь кричит Пинч.
Айк кивает. Мы с ним шагаем в карьер. Мы хватаем по факелу. Толпа всё также продолжает петь, танцевать и барабанить. Их, похоже, не очень-то интересовало, што происходит на платформе.
— Можешь прикрыть меня на какое-то время, пока я освобожу его?
Я вручаю Айку свой факел. К же мне повезло, то Айк такой здоровый. Он заслоняет меня своим рубищем Тонтонов и я ныряю вниз.
— Не мешкай, — говорит он. — Если мы не разожжем костер, они почуют неладное.
Мой нож остр. Он быстро перерезает веревки, связывающие лодыжки Лью.
— Скорее! — шипит Айк.
— Я должна освободить его руки, — говорю я.
— Разжечь огонь! — орёт вновь, што есть мочи Пинч.
В это время по всей долине разноситца вой сирены. Тот же самый, который ранее созывал работников с полей.
Быстрый взгляд через плечо. Все ирригационные каналы на поле начинают неожиданно открыватца. Всё происходит очень быстро. Один за другим желобы разлитаютца в щепки. Вода брызжет во все стороны, хлещет серебряными потоками в лунном свете. Повсюду на полях чаала, водяные каналы взрываютца и рушатца.
Вот какое отвлечение внимания придумал Джек.
Он решил устроить потоп.
Конец драгоценного урожая Пинча.
Я работаю над веревками, связывающими запястья Лью.
Пинч вопит в ярости.
— Стража! Стража! Шевелитесь, вы дурачье! Шевелитесь!
Вокруг нас все Тонтоны пускаютца бежать. Стремглав летят вниз по ступенькам, спрыгивают с пастомента, они растворяютца в полях и пытаютца остановить наводнение.
Я срезаю с запястья Лью последние путы, которые удерживали его привязанным к столбу. Айк перекидывает моего брата себе через плечо.
— Вперед! — командую я.
А потом все это происходит в мгновение ока.
ДеМало и другие Тонтоны всё еще стоят рядом с Пинчем. Он вдруг заметил, што мы сотворили. Когда Айк несетца по постаменту с Лью, у меня с головы слетает капюшон.
ДеМало засекает меня. Наши глаза встречаютца. А затем он отварачиваетца.
Он отворачиваетца.
В то же самое время, Пинч тычет в меня пальцем и орёт: