Мосян Тунсю – Благословение небожителей. Том 5 (страница 15)

– Вот и нечего затыкать мне рот! – огрызнулся Жун Гуан. – Я знаю Пэй Мина как облупленного, но и трёх дней не хватит, чтобы перечислить все его подлости! Он ведь прекрасно знал, что Сюйли собирается напасть на Юйши, но решил вскружить голову местным принцессам: полдюжины девиц, любимиц дворца, были настолько очарованы им, что чуть не поубивали друг друга из ревности! Ну каков мерзавец, а!

И правда, некрасиво: вчера он мило болтал и шутил с ними, а сегодня возглавил поход, который сотрёт с лица земли их родину.

– Получается, Пэй Мин по-доброму отнёсся к Юйши Хуан при первой встрече? – спросил принц.

– Романа между ними не было, – ответил Жун Гуан. – Этот негодяй виделся с принцессой всего пару раз. В Юйши хватало красавиц, и уже на следующий день он позабыл о встрече с ней.

Женщины легко выходят из себя, а у мужчин это происходит и того быстрее. Вот только последствия вспышек ярости разные: женщина может отвесить обидчице пару оплеух да расцарапать лицо, а мужские разборки нередко заканчиваются смертоубийством и такими разрушениями, что уже и пожаловаться будет некому. Сюйли решило нарушить мирный договор и под ложным предлогом отправило солдат в поход. Пэй Мин лично привёл отряд ко дворцу неприятеля, и правитель Юйши был вынужден укрыться в своих покоях. Генералу ничего не стоило прорвать эту последнюю линию обороны, разбив защиту дворца, как улиточный панцирь, однако он не пошёл простым путём, а обсудил всё с Жун Гуаном и воплотил в жизнь другой, изощрённый план.

Солдаты Сюйли схватили несколько сотен приговорённых к смерти заключённых, одели их как простолюдинов и привели к воротам дворца. Они потребовали, чтобы государь лично вышел к людям, отвесил три земных поклона, покаялся за то, что угнетал простой народ, и, дабы искупить свои грехи, покончил с собой – тогда солдаты Сюйли отпустят мирных жителей и не тронут других членов правящей семьи, а в противном случае отрубят головы всем до единого.

На размышления государю генерал Пэй дал три дня, но предупредил, что каждый вечер будет казнить часть пленников, а по истечении срока ворвётся во дворец и убьёт каждого представителя знати, а после них и остальных жителей Юйши.

– Поистине коварный, но вместе с тем красивый ход… – признал Се Лянь.

– Приму это как комплимент! – Жун Гуан ничуть не обиделся, напротив, голос его звучал весьма довольно.

Официальная причина, по которой Сюйли напало на Юйши, звучала примерно так: «Небеса не могут допустить, чтобы государством правил тиран. Сюйли встанет на защиту справедливости, исполнит свой священный долг и вызволит несчастный народ из пучины страданий». Ах, как благородно с их стороны!

Если государь Юйши откажется выйти, то выставит себя эгоистичным и невежественным правителем. В былые, мирные дни он частенько твердил, будто «все жители страны для него как дети родные», и теперь расхождение между словами и действиями обозлит людей, они решат, что их обманули! «Выходит, то были пустые обещания? Почему теперь мы должны жертвовать собой ради вашего семейства?!» Преданность государю растает как дым.

Когда ряженых, что столпились у входа во дворец, казнят, остальные жители города испугаются, что они следующие. Тут-то генерал объявит: «Эти люди получили по заслугам!» – и раскроет, кем они были. Народ Юйши отринет страхи, воспылает благодарностью к спасителям и с радостным сердцем подчинится новому государю, позабыв о любви к прежнему.

Если же правитель Юйши покончит с собой, это ничего не изменит: солдатам просто не придётся марать об него руки. К тому же Пэй Мин с Жун Гуаном были уверены, что государь на это не пойдёт: никто из знати не пожелал бы с таким позором уйти из жизни – на коленях, покаявшись перед какими-то оборванцами!

Ко всеобщему удивлению, на исходе первых суток, когда Пэй Мин уже готовился отдать приказ о казни первой части заключённых, ворота дворца вдруг распахнулись. Правитель появился перед собравшимися, встал на колени, поклонился, а затем выхватил из ножен Юйлун и перерезал себе горло, окропив кровью стены.

– К ним вышла Повелитель Дождя? – догадался Се Лянь.

– Верно, – кивнул Хуа Чэн.

После тщательного допроса членов венценосной семьи и служащих, прятавшихся во дворце, ситуация прояснилась. Пока Пэй Мин с Жун Гуаном оглашали свои требования, пока захватчики высокомерно расхаживали взад-вперёд перед воротами, насмехаясь над государем, во дворце царил хаос: люди плакали, выли и бились головой об пол. Правитель Юйши был мрачнее тучи, он восседал на троне, а его дети, которые прежде то и дело собачились между собой, пытаясь выслужиться перед отцом, столпились вокруг и заливались горькими слезами. Осознав, что правитель не собирается ничего делать, они начали осторожно по очереди пытаться переубедить его. Что они только не говорили: «Это ради государства и его жителей», «После смерти добрая слава о вашем благородстве останется в веках», «Если не уступить, то пострадают люди»…

Всё напрасно: государь ни в какую не соглашался, и, когда первые сутки были на исходе, некоторые из его сыновей совсем одурели от страха и принялись кричать на отца. В подтверждение того, что он ещё живее всех живых, правитель в ярости побил смутьянов скипетром. В другое время никто не посмел бы отвечать государю, но теперь всем стало наплевать на приличия: один из принцев не выдержал и дал отцу сдачи. Удар вышел таким сильным, что разбил государю, которому уже перевалило за шестьдесят, голову, да так, что тот больше не мог подняться.

Принцы и принцессы сначала перепугались, но потом, обнаружив, что правитель ещё дышит, успокоились, и завязалось бурное обсуждение, как вытащить старика, который не в состоянии пошевелиться, из дворца, заставить его отбить земные поклоны и извиниться. Поступило даже предложение подвесить государя, подобно марионетке, – правителя от злости чуть удар не хватил. Затем думали найти двух человек, которые бы вывели беднягу, поддерживая с обеих сторон, но кто возьмёт на себя эту роль? Это было слишком опасно: вдруг Пэй Мин рассердится и пустит стрелу в сопровождающих? Желающих так рисковать не нашлось.

Споры не утихали, и вдруг шестнадцатая принцесса, что за всё это время не издала ни звука и сидела всеми забытая, подошла к лежащему на полу отцу:

– Прошу вас, отрекитесь от престола в мою пользу.

Правитель взглянул на дочь, которую прежде не удостаивал вниманием, и с уголка его глаза скатилась мутная слеза. Впрочем, лишь одна. В мирное время каждому хотелось усесться на трон, а ныне это означало смертный приговор. Не прошло и часа, как состоялась самая быстрая в истории государства церемония передачи власти, и титул перешёл к той, у кого прежде на него не было шансов.

Новоявленная государыня Юйши перерезала себе горло, кровь забила фонтаном, и все поняли, что девушка обречена. Пэй Мин, который вышел на улицу подышать свежим воздухом после выпитого вина, увидел это и буквально оцепенел. Он и подумать не мог, что всё так обернётся! Правитель Юйши и правда покончил с собой, да только не тот! Смерть стороннего человека ничего не давала: она не впечатлит народ и не избавит захватчиков от настоящей проблемы в лице старого государя. Жун Гуан бранился последними словами, пеняя на страшное невезение:

– Кто ж знал, мать твою, что они найдут козла отпущения! Это уже ни в какие ворота!

Солдатам Сюйли была не по душе такая жестокая жертва, они попытались спасти девушку, однако ранение оказалось слишком серьёзным, и врачи сказали, что ей уже не помочь. Пэй Мину пришлось сдержать данное обещание: он не тронул людей перед дворцом и пока оставил в покое венценосную семью. Генерал обмотал бинтами горло юной государыни и с надлежащими почестями доставил её в монастырь Дождевого Дракона, чтобы девушка испустила дух там. После он собирался подыскать для неё подобающее место в усыпальнице.

В тот вечер за мгновение перед смертью Юйши Хуан внезапно услышала вздох: он донёсся от статуи Повелителя Дождя над её головой. Под раскаты грома и всполохи молний вознеслось новое божество.

– Теперь понятно, почему у генерала Пэя при виде меча сделалось такое лицо… – задумчиво протянул Се Лянь.

Глава 172

Чёрный бык, не жалея копыт, мчится к Медной Печи

Этим самым мечом Юйши Хуан перерезала себе горло! Чудесный артефакт – орудие убийства!

– Повелитель Дождя тоже хороша: надо же до такого додуматься! А может, она нарочно решила поизмываться над Пэй Мином? Ещё бы он принял Юйлун! – Жун Гуан захихикал.

– Ну зачем вы так? – не выдержав, перебил его Се Лянь, а затем взмахом руки вновь налепил на меч талисман.

Пэй Мин позвал издалека:

– Ваше высочество, Искатель Цветов под Кровавым Дождём, вы уже отдохнули? Пора собираться в дорогу!

За разговором время пролетело незаметно – подремать они так и не успели.

Се Лянь, Хуа Чэн и Пэй Мин двинулись в путь, оставив остальных дожидаться их возвращения. Повелитель Дождя предложила довезти их небольшой отряд до подножия горы, и принц охотно согласился. Чёрный бык вмиг увеличился вдвое: теперь на его спине могло разместиться полдюжины человек. Бык преклонил колени, позволив Повелителю Дождя забраться первой. Следом за ней поднялся Пэй Мин – он занял место подальше от небожительницы, – и последними уселись Се Лянь с Хуа Чэном. Когда все устроились, бык поднялся, и они оказались высоко над землёй. Принц провёл рукой по блестящему шелковистому боку.